Главная

ФАНФИК "РАСКРОШИ ДЛЯ МЕНЯ ЗАКАТ" NC-17 Глава 1. Серый дым в синем небе.

ФАНФИК "РАСКРОШИ ДЛЯ МЕНЯ ЗАКАТ" NC-17

28.06.2014, 21:25
Глава 1. Серый дым в синем небе
«Дорогой Гарри. Я обещала написать тебе, как только прибуду на место. Я сдержала обещание. Хогвартс встретил меня ярким солнцем и новыми лицами. Нас не было здесь всего пять лет, а я уже с трудом узнаю эти стены. Возможно, они немного изменились после реконструкции замка? Я надеюсь, что это так и я не сошла с ума. Только «тсс»… Я больше не слышу голоса картин. Преподаватели несказанно рады мне. Особенно профессор Макгонагалл. Она постарела, Гарри. Но держится уверенно. И передает привет. Мне обещали выделить одну из преподавательских комнат в новом корпусе. Надеюсь, что она будет находиться недалеко от библиотеки? Не смейся… Я слишком разбита, чтобы отказывать себе в единственной слабости – чтении.
Ты только ответь мне, Гарри. Мне трудно чувствовать себя одинокой. Я не привыкла к этому.
Пора обустраиваться… Будь умницей, Гарри Поттер. Целую. Твоя Гермиона Грейнджер».

Девушка свернула лист пергамента аккуратной трубочкой и прицепила к лапке школьной совы. Томный вздох… Все будет хорошо...
***
- А вот и ваша спальня, Профессор Грейнджер.
Невысокий парень, на вид лет семнадцати, распахнул перед Гермионой узкую белую дверь и мягко улыбнулся. У него были красивые зеленые глаза и забавный румянец на щеках.
- А Вы…, - вопросительно изогнув брови, спросила девушка.
- Пит. Главный староста мальчиков. Седьмой курс. Факультет Гриффиндор. Профессор Макгонагалл сейчас занята. Попросила помочь вам с заселением.
Улыбка парня практически сбила Гермиону с толку. Она успела забыть каково это. Когда тебе улыбаются вот так. Без особой причины.
Помещение было небольшим, но очень светлым. Волшебницу порадовало окно в половину главной стены, большая кровать и вместительный книжный шкаф. Маленькое кресло в углу немного скрадывало пространство, но на это можно было закрыть глаза, ведь оно удивительно гармонировало с цветом стен.
- Здесь очень мило.
- Да. Общая гостиная, через которую мы вошли, относится к еще двум подобным спальням. В одной из них живет профессор Снейп. А вторая свободна до прибытия нового преподавателя по квиддичу. В каждой комнате имеется отдельная ванная. Это очень удобно.
Энергия парня завораживала. Волшебница мысленно перенеслась в Хогвартс пятилетней давности и внимательно разглядела значок старосты на своей груди. Тогда это казалось жутко важным. Желанная должность и куча ненужной ответственности.
Сомнения грызли Гермиону изнутри. Не потому что ей не хотелось здесь работать. Напротив, родной запах камня и старых книг придавал сил. Заставлял дышать и отбрасывать в сторону мысли о жизненной ненужности. Ее смущал новый статус. Новая должность. Новая жизнь.
- Профессор? – тихо позвал Пит, словно боясь отвлечь девушку от таких рассыпчатых, как песочное печенье раздумий.
Профессор. Профессор Грейнджер. Преподаватель по чарам.
- Прости. Я отвлеклась.
- Через полчаса ужин. Проводить Вас в Большой зал?
Девушка моргнула, все еще вникая в смысл сказанных слов.
- Эээ… Нет. Я знаю замок наизусть, Пит.
- Хорошо, тогда… раз Вам больше ничего не нужно…?
- Иди, конечно.
Студент еще раз всмотрелся в задумчивое лицо Грейнджер, прежде чем выйти за дверь. Она странная. Очень. Но дико красивая.
После ухода парня Гермиона еще несколько минут продолжала сверлить взглядом оборку шторы. Она была изумрудного цвета, тающего от проходящего насквозь солнца. Сентябрь подходил к концу, и это не могло не огорчать. Хотя, вряд ли девушка смогла бы сейчас точно ответить, какая погода ее обрадует. Глаза резало от усталости, а тело требовало… дождя?
После осмотра комнаты и помещения всех вещей на предусмотренные для них места, Гермиона осторожно приоткрыла дверь в гостиную. Очень хотелось рассмотреть ее подробнее, но произнесенное Питом имя будущего соседа немного пугало. Не то, чтобы Грейнджер боялась Снейпа или не доверяла ему. Слишком много времени прошло после их последней встречи. Северусу удалось выжить и полностью очиститься от вылитых на него обвинений. Дамблдора невозможно было вернуть, а Снейп добровольно отказался от поста директора. От желанной должности преподавателя от темных сил. Его устраивал прежний статус зельевара. И Гермиона понимала это как никто другой. После войны им всем пришлось родиться заново. Вспомнить старые привычки и вернуться туда, где небо было синее сажи, а в воздухе стоял запах цветов, а не сигаретного дыма.
Кому-то это удалось. Войти в прежнюю струю жизни, не упасть в пропасть. Не измениться. А Гермиона все еще искала прежнюю себя на затворках сознания, в капельках пота и в клубах предрождественского пара. И не находила. Шанс был. Один из тысячи. Если бы только он был рядом. Самый лучший. Самый верный. Человек, который эти пять лет вытаскивал ее за волосы из депрессии. Качал на руках, поил чем-то крепким и уходил, надеясь, что это в последний раз. Что она не сорвется. Снова заблуждался… Снова возвращался. Слушал оскорбления в свой адрес и укладывал спать, накрывая пледом и создавая иллюзию фальшивого уюта.
«Почему ты возишься со мной, Гарри?»
«Потому что ты возилась со мной. С первого дня нашего знакомства».

***
Глубокий вдох. Глубже. Еще глубже… Пока легкие не разорвет от восторга. Разве было в этом мире место, сравнимое с Хогвартсом по свежести воздуха?
Малфой осторожно спустился на перрон, придерживая рукой воротник тонкого, аккуратно скроенного пальто. На улице было теплее, чем он думал. Солнечный сгусток неба застыл над головой, заставляя щуриться и ворчать про себя. Малфой любил ворчать. Все Малфои ворчат. Это правило.
Молодой человек не торопился уходить с платформы. Грудь его вздымалась от глухой потребности надышаться, а глаза оставались спокойными. Глыбно-серыми. Словно кто-то выпустил в них сигаретный дым.
Кстати, об этом.
Драко не спеша достал из кармана пачку непривычно-магловских сигарет и распечатал ее. Вынул одну и, немного покрутив ее в длинных пальцах, зажал между губами. Пальцы, обвивающие тонкую, идеально-ровную палочку, вычертили в воздухе маленькое пламя, похожее на огонек от свечи:
- Инсендио.
Мягкий свет пролился из острия волшебной палочки, и блондин удовлетворенно зажмурился, поджигая сигарету и втягивая в себя первый яд за сегодняшний день. Голова поплыла отдельно от тела. Это было не больно. Это было привычно. Сигареты стали единственной вещью, от которой Малфой зависел. Наверное, так было нужно. Считать себя зависимым. Хоть от чего-то в этой жизни.
Повозка ждала его. Худой, молодой фестрал фыркал, оборачиваясь на неподвижного блондина.
«Да иду я».
Драко хорошо помнил день, когда впервые увидел это существо. То, что казалось невидимым много лет. В день смерти директора, имя которого парень так и не смог произнести за все эти годы. Ни разу. Это не он убил. Не он произнес непростительное. Но на руках все равно скрипела прозрачная кровь великого волшебника. Скрипела и не смывалась.
Пока повозка спокойно проплывала над озером, Малфой кутал пальцы в рукава пальто и смотрел на то, как темнеет небо. Оно обещало черную ночь, безлунную. И это не могло не радовать.
Столько всего произошло в жизни Драко за последнее время, что дико хотелось этой черноты. Хотелось до хруста на зубах. Желание разрезать ее светом волшебной палочки и дышать, дышать, дышать. Словно целых пять лет он провел на дне глубокой ямы. Без капли кислорода в легких и окровавленный. Сердце напоминало разорванный мяч. Как и душа. Она вопила. Молила о помощи. О той, которую бы Драко никогда не принял.

***
- Ваше присутствие здесь отвлекает меня от дела, мисс Грейнджер…
Девушка вздрогнула от голоса строгого профессора и оторвала взгляд от начатой ею книги. Удивительно, что они вообще смогли пробыть в одном помещении столь долгое время.
Шатенка прокашлялась, пряча за ухо непослушный локон.
- В моей комнате плохое освещение…
- Вы волшебница. Придумаете что-нибудь, - взгляд Северуса скользнул по расстроенному лицу Гермионы, а потом спустился вниз, к ногам.
- Где ваша обувь?
Колдунья поморщилась, подгибая под себя ноги, укутанные вязаными белоснежными носками.
- Не люблю ходить в обуви… дома.
Брови Снейпа поползни вверх. Девушке показалась, что даже плотно сжатые губы тронула усмешка.
- Вы не дома.
- Простите, профессор, но это вопрос моего личного комфорта, вы так не думаете? – дерзость застыла на губах, как капли раскаленного воска.
Учитель отбросил газету в сторону с такой скоростью, что Гермиона невольно взвизгнула.
- Как жаль, - выдавливая из себя слова, словно яд, прошипел он. – Жаль, что моя комната в подземелье не подлежит восстановлению.
Грейнджер закрыла глаза и закусила щеку изнутри. А кто говорил, что будет просто?
Пришлось встать, собрать свои книги и направиться в комнату, стараясь не ненавидеть себя еще больше за бесхарактерность.
Она почти распахнула дверь. Почти вошла внутрь. Почти замкнулась в своем тусклом, пахнущем пылью мирке. Но Снейп остановил ее одной фразой. И все бы ничего. И она бы наплевала на эти слова. Решила бы, что это просто фраза, ничего не значащая фраза… Но его тон. Самодовольный и издевательский. Этот тон заставил скукожиться и сделаться маленькой, как таракан:
- Думаю, вы будете в восторге от нашего второго соседа, мисс Грейнджер. Уверен, что вы скучали по моему любимому ученику. Ученику Слизерина.
Две вещи произошли одновременно. Две. Проклятые вещи. Они произошли так медленно, словно всю ее жизнь поставили на скорость «мини».
Нет.
Нет. Нет. Нет.
Он просто пошутил сейчас.
Макгонагалл не поступила бы так с ней.
Не сейчас.
Когда между жизнью и смертью, когда одна депрессия за другой. Когда смысл только в книгах и бессоннице. Когда так сильно хочется скулить.
Она застыла неподвижной глыбой, слушая, как скрипит входная дверь. Как сердце выбивает ненавистную фамилию в висках.
М.
А.
Л.
- Добрый вечер, профессор Снейп…
Ф.
О.
Й.
Его голос был таким же. Вызывал кучу мурашек по спине и рвотный позыв.
Все еще находясь в состоянии шока, Гермиона развернулась на пятках и одарила слизеринца взглядом «я-тебя-ненавижу-и-будь-ты-хоть-миллиард-раз-мой-сосед». Он был удивлен не менее. Медленно сглотнул, прищурив правый глаз, и прошел к распахнутому настежь окну. Вынул из кармана совершенно магловскую сигарету и молча закурил. Даже пылинки застыли в воздухе от его суровости. Все в этом помещении боялось его сейчас.
Его реакция была более чем странной. Более чем ненормальной. И девушка понимала, что это так не по-малфоевски, что страшно.
Он осторожно повернулся к Гермионе, словно проверяя уровень своей нормальности. Оглядел ее с головы до ног. Сделал очередную затяжку и произнес:
- Ты туфли потеряла, грязнокровка?
И мир полетел от этих слов. Потому что их хватило для понимания самой главной вещи:
«Ты вляпалась, Грейнджер. Ты снова нашла себе неприятности. Снова. Опять. К чертям».
Добавил: Джулия |
Просмотров: 269
Форма входа
Логин:
Пароль:
 
Статистика