Главная

Фанфик "Паук и музыка" Глава 3

31.10.2017, 23:35
После одной из выволочек, устроенной Дугласом, Бейл по обыкновению попытался подлечить нервы в винном погребе. Поздно ночью он отправился проверять, закрыты ли двери и окна поместья. Рассудок его под действием крепкого напитка стал более податливым, и Паук без труда вычеркнул кухню из списка помещений, который предстояло обойти. Дух справедливо рассудил, что Люциус больше не должен приближаться к месту приготовления пищи, ведь это занятие доставляет столько разочарования!
- Это было фамильное серебро, передававшееся в семье Дугласов из поколения в поколение… - жаловался Люциус Базилю Кейнсу старому знакомому по клубу камердинеров, когда они сидели в одном из пабов.
- Тебя не обвинили в соучастии? – Базиль хитро сверкнул глазами из-за круглых черных очков.
- Окно было не заперто, и вор проник тихо. Стекла буфета были разбиты. Если бы я был причастен, то бить их не было бы смысла – ключи у меня. Лишний шум мог выдать вора, но он пошел на это. Дуглас рассудил справедливо, что это просто халатность с моей стороны. Как я мог забыть запереть дверь?! – он прижал кулаки к вискам.
О вмешательстве в эту историю Паука Люциус не догадывался, а маленький дух благоразумно молчал об этом.
- Ладно, с кем не бывает, - Базиль сочувственно похлопал товарища по плечу и допил свой виски с содовой. – Есть у меня одна мысль…

***
Так Люциус оказался дворецким в доме Чарльза Ривьера. Он занимал двухэтажную квартиру на Флит-стрит, прислуга которой состояла из горничной и поварихи в одном лице.
Не то чтобы этот дом представлял собой Авгиевы конюшни, но здесь, безусловно, требовалась властная, педантичная рука. Хотя Бейлу трудно было совмещать обязанности дворецкого, эконома, камердинера и лакея, должность шеф-повара в этом доме он не был намерен уступать никому! Горничная была решительно изгнана Люциусом из кухни. Кажется, это её ничуть не огорчило.
Чарли, как он велел себя называть, был молодым человеком двадцати пяти лет, стройным, светловолосым, с внимательным спокойным взглядом серо-голубых глаз. По профессии Чарли оказался… пианистом. Он работал в одном довольно респектабельном клубе, обеспечивая музыкой посетителей бара по ночам. На его жалование и чаевые он мог позволить себе держать только двух слуг.
К людям искусства Люциус относился несколько предвзято, он считал их рассеянными чудаками, которые натыкаются на мебель и все время попадают в нелепые ситуации. Чарльз Ривьера был не из таких. Он прекрасно ориентировался в окружающей действительности и жил по средствам. А также с большой серьезностью относился к музыке, содержал свое рабочее место в чистоте и порядке. Этот молодой человек не бросался высокопарными словами об искусстве, но говорил о своем творчестве с таким царственным спокойствием и уверенностью в своей правоте, что собеседник невольно проникался уважением к нему и его занятию.
Поначалу хозяин и новый дворецкий относились друг к другу настороженно. Люциус изучал правила и распорядок дня этого дома, присматривался к Чарли, выбирал линию своего поведения и манеру речи. Определиться ему помог случай.
Чарли обычно возвращался с работы около четырех утра, дома его неизменно ждал горячий ужин и ароматная ванна. В то утро Чарли задерживался, и Люциуса стало одолевать смутное беспокойство. Паук скулил и сновал вверх-вниз по позвоночнику. Бейл пытался отмахнуться от него – дела господина не касаются слуги, молодой человек вполне мог задержаться, скажем, у какой-нибудь прелестной особы. Паук пускал по его телу холодные мурашки, лишал чувствительности пальцы рук и ног, даже сдавливал спазмами гортань, пока Люциус не накинул пальто и не вышел в холодное зимнее утро навстречу хозяину.
Он подоспел как раз во время – Чарли сражался с двумя грабителями на Пудинг-лейн. Один оборванец, крепкий и приземистый, схватил пианиста сзади, другой – долговязый, обшаривал карманы молодого человека. Люциус поспешил на выручку и с удивлением заметил, что хозяин не растерялся. Повиснув в объятиях крепыша, он ударил длинного грабителя обеими ногами, отбросив от себя. Потом взмахнул головой, приложив силача затылком в лицо, и довольно удачно. Злодей застонал, второй такой же удар заставил его разжать руки.
Долговязый начал подниматься, когда подоспевший дворецкий пинком в живот и ударом по голове, заставил его рухнуть без сознания. Едва вывернувшись из рук коренастого бандита, Чарли нанес удар кулаком в солнечное сплетение. Грабитель повалился на снег, глотая ртом воздух. Затем пианист, к очередному удивлению Бейла, невозмутимо вытащил револьвер и выстрелил в воздух, привлекая внимания полиции. Грабители были задержаны дежурными констеблями.
Люциус проникся к хозяину еще большим уважением за смелость и умение обращаться с оружием. Разговор по дороге домой зашел о преимуществах девятимиллиметрового «Кольт-Патерсон» перед револьвером Лефоше. Бейл сам не заметил, как разговорился, и опомнился только когда оказался вызванным на соревнование в стрельбе.
С соревнования больше напоминавшего конную прогулку в солнечный зимний день Чарли и Люциус вернулись довольными, усталыми и раскрасневшимися от морозного воздуха и кофе с коньяком.
С тех пор отношения между ними можно было назвать скорее приятельскими, хотя каждый не забывал о своей социальной роли и обязанностях. Люциусу нравилось заботиться о хозяине, иногда позволяя себе изображать наставника, поскольку Чарли был действительно моложе его. Тот в свою очередь любил долго беседовать с дворецким, хвалил за внимательность, порядок в доме и… вкусные кушанья. Последнее особенно радовало Люциуса.
Но вот однажды во время обеда, когда Бейл, вдохновенно сотворивший этот самый обед, прислуживал хозяину за столом, а Паук гордо расхаживал по только что сплетенному узору, Чарли неожиданно спросил:
- Это суп «Эктон»?
- Да, вы правы. Это густой говяжий суп с сельдереем и брюквой, - ответил Люциус, настораживаясь. Встречный вопрос: «А что не так?» застрял у него в горле.
Паук остановился и тревожно приподнялся на лапках.
Чарли задумчиво помешивал ложкой в тарелке:
- В доме отца тоже подавали его, но тогда был несколько иной привкус…
- Вам не нравится? – позволил себе спросить Люциус, обеспокоенно глядя на господина.
Чарли помедлил с ответом.
- Непривычно, - наконец сказал он, промокнув губы салфеткой, - пожалуй, это мне не по вкусу. Что там на второе?
«Ну вот, не угодил…», - расстроился Люциус про себя. Туман огорчения не заставил себя ждать. Паук приготовился к худшему, но в этот раз туман был не угольно черным, а скорее пепельно-серым. Он не разъедал работу и не отравлял ментальное пространство, но внушал отвращение к созданному, будь то суп или паутина. Маленький дух отвернулся от сплетенного узора. Нахохлившись и подобрав под себя ножки, он устроился в уголке, где-то под сердцем Люциуса, и долго горевал, прерывисто вздыхая и ежась, точно от холода.
Этим вечером дворецкий постучал в дверь каморки, где обитала горничная.
- Элен, я был бы глубоко признателен, если бы ужин сегодня приготовили вы.
- Конечно, мистер Бейл. Что-нибудь случилось?
- Я заболел.
Добавил: Бёдвильд |
Просмотров: 137
Форма входа
Логин:
Пароль:
 
Статистика
Яндекс.Метрика