Главная

Фанфик "Меняя историю" Глава четвертая. Враги и союзники

31.10.2014, 13:41
— Что вы выберете: виски или спасение души?
— А какой виски? (7)


I. - Каждый мой день с твоего приезда начинается абсолютно одинаково – с просмотра некрологов в газетах.

Утро застало меня еще в постели. Половину ночи я развлекался в баре с какой-то девицей, поившей меня попеременно выпивкой и кровью. Потом, решив, что девочка достойна жизни, я просто отправился домой отдохнуть от веселья. Нехотя повернувшись в постели, я открыл глаза и прислушался. Зак уже был на ногах и чем-то занимался в гостиной. Шум был тихий, едва уловимый, видимо, он старался двигаться так, чтобы я не мог его услышать.
Не теряя больше ни секунды, я принял душ и свежим и бодрым спустился в библиотеку и огляделся. Поиски предстояли масштабные. Среди всех этих книг, томов и брошюрок должен быть дневник отца, а там синими чернилами по желтым страницам должно быть написано, где я могу найти гремуар Эмили Беннет с заклинанием. Кетрин окажется на свободе, несмотря ни на что. Она не будет там заключена вечно. Не важно, какие заклинания придется читать и разрушать, что для этого придется отыскать и похоронить, Кетрин будет свободна.
Полный решимости, я начал искать. Особняк был полон всякой старины и антиквариата, но больше всего во все времена Сальваторе любили книги. Собирать, читать, хранить и перечитывать. Наличие библиотеки в доме – вечное развлечение для умного человека. Руки одну за другой вытягивали с полок книги. Не то, не то, все не то. Я начинал нервничать. Старый пьяница мог сжечь свои мемуары. Я отшвырнул небольшой томик Джека Лондона - очередная пустышка. Я оставлял за собой след из разорванных и потрепанных книг и все яростней и яростней искал. Дойдя ровно до половины библиотеки и призвав себя остановиться и успокоиться, я задумался. Простой и легкий план по освобождению вампирши терпел одну неудачу за другой. Сначала таинственная Елена, неожиданно появившаяся прямо у меня перед носом, потом строптивая Бонни с нежеланием сотрудничать, затем комета, летящая сквозь космос несмотря ни на что и приближавшаяся слишком быстро, а теперь еще и это. Я был близок к тому, чтобы сдаться.
- Что ты делаешь с книгами? – возмущенный голос Зака прозвучал как раз вовремя. Шум в библиотеке, должно быть, привлек его внимание и заставил прийти сюда.
- А на что похоже? – поставив томик Гюго обратно на полку, я посмотрел на родственника. Зак стоял почти напротив меня и боялся. Он всегда меня боялся. Не уверен, знал ли он, что когда-нибудь я доберусь и до него, или боялся заранее и про запас, но “дядя” трусил передо мной. Впрочем, я иногда и сам себя боялся.
- Что ты ищешь? Может, я помогу,
- С чего такое рвение?
- Мне жаль книги, - Зак не умел лгать. Он хотел узнать о моих планах, донести совету и избавиться от меня. Самому ему не по силам, а вот в команде с охотниками все может закончиться и не в мою пользу. Логичный вопрос: почему он не сделал такой попытки ранее, получает столь же логичный ответ – Зак ничего не знал обо мне кроме семейных легенд. Думаю, в его голове не укладывалось мое внезапное возвращение в родной городок и он силился понять. Бедняга.
- Как дела в совете основателей? – я поднял с пола один из брошенных фолиантов и поставил на полку стеллажа. Книги и вправду жаль. – Все так же играете в войну?
Зак хмыкнул и ушел в гостиную, очевидно, поняв, что я не собираюсь раскрывать своих планов. Временами он умилял меня своей наивностью и верой в собственное коварство. Пытался обхитрить двухсотлетнего вампира такими изощренными вопросами, что я почти попался на удочку. Но рыбка сорвалась, и охотник остался ни с чем. Конец истории.
Оглядев руины библиотеки, я захотел выпить. Неспешными шагами я последовал за “дядюшкой”. Вот любопытно: зная о вампирах, он не боялся жить в такой глуши совсем один. Вот так умрешь, и никто не узнает, спохватятся на очередном собрании совета и только.
- Как начался денек? – я прошел мимо дальнего родственника к столику с любимым виски.
- Каждый мой день с твоего приезда начинается абсолютно одинаково – с просмотра некрологов в газетах, - с плохо скрытым раздражением проговорил Зак.
- Почему ты обо мне такого плохого мнения? – на моем лице появилось выражение крайней обиды. - Я умею заметать следы, - злорадная улыбка заиграла на губах, - и трупы никто не найдет.
- Ты чудовище, - тихо произнес “дядя”. – Ты убийца и монстр.
- И тебе стоит помнить об этом, - я надежно припечатал его к стене тяжелой рукой, а под глазами выступили синие вены, - всякий раз, когда видишь меня. И уж точно не советую злить своего племянника, - вместо оскала на лице вновь появилась злая ухмылка, - потому как я не отличаюсь особым терпением.
- Я пью вербену много лет подряд, - хрипло из-за моей руки, сжимавшей горло, произнес Зак. – Моя кровь отравлена для тебя.
- Я гурман, дядюшка, - наконец разжав пальцы, проговорил я. Он шумно задышал и потер ладонью шею. – И в мыслях не было покушаться на тебя. Зачем, если в этом городе предостаточно чудных и вкусных детишек?
Я развернулся к нему спиной и вернулся к столику с выпивкой. Мой наполненный янтарным напитком стакан терпеливо ожидал своей участи. Пальцы ощутили приятную прохладу стекла, и я поднес стакан к губам.
- Отличная попытка, - рот расплылся в кривой усмешке, - вербена в виски, - легким движением руки я перевернул стакан, и благородный напиток полился на ковер. – Так ты меня совсем расстроишь.
За моей спиной произошло движение, и я услышал, как тонко свистит в полете пуля. Не потребовалось больше секунды, чтобы она задела меня, каким-то чудом я успел увернуться. В спинку кресла воткнулась деревянная стрела. Мимолетно удивившись, я расстроился из-за обивки, а потом перестал контролировать эмоции, и ярость захлестнула меня. Все происходило будто в замедленной съемке. Я обернулся и смог увидеть, как Зак снова заряжает старый арбалет, висевший на стене. Быстрый рывок к нему, но человек успел спустить тетиву, и стрела вонзилась мне в плечо. Ощутив не боль от раны, а жжение от вербены на наконечнике, я пошатнулся, и на секунду потеряв равновесие, ухватился за спинку дивана. Боковым зрением видел, как Зак снова вставляет стрелу в арбалет и обходит меня на расстоянии, прицеливаясь. Вербена в теле медленно выжигает меня изнутри. Чертов родственничек, решил избавиться от гостя.
И вот “дядя” оказывается у меня за спиной, взводит арбалет и нажимает на спуск. Резко оттолкнувшись от дивана, так что тот перевернулся, я бросился на Зака. Выбивая из его рук оружие, я почему-то подумал, что было бы неплохо умереть сейчас, но умер он. Шея последнего из рода Сальваторе хрустнула как сухая ветка, и он рухнул на пол. В глазах Зака застыло умиротворение, а я все еще плохо соображал - сказывалось действие вербены. Вся драка заняла считанные секунды, яд не останавливается так быстро. Взявшись рукой за торчавшую из моего плеча стрелу, я резко дернул. Рана стала медленно затягиваться, и появилась сильнее привычной жажда крови. Я посмотрел на мертвое тело Зака и достал из кармана телефон.
- Девять один один, что у Вас произошло?
- На моего дядю напали у нас в доме. Похоже, что он убит.
- Вы ранены? Преступник еще в здании?
- Нет, не думаю. Входная дверь распахнута настежь.
- Мы отправим по Вашему адресу наряд. Дождитесь патруль.
- Хорошо, - я сбросил звонок и, перешагнув через тело, взял в руку бутылку виски. Улика против меня, вампира, под номером один. Стрела в моей руке была уликой номер два. Потом я посмотрел на футболку с дыркой и кровью и поднялся к себе, чтобы переодеться и избавиться от вещественных доказательств, не забыв открыть при этом входную дверь нараспашку.

II. Добро пожаловать.

- Как это произошло? – Лиз Форбс опустилась на корточки рядом с трупом и рукой в белой резиновой перчатке осторожно повернула голову Зака.
- Понятия не имею, - я держался на отдалении от тела и разыгрывал скорбь. – Я услышал шум и крики, а когда спустился, дядя уже был мертв, а входная дверь открыта.
- Есть следы борьбы, - доложил один из помощников шерифа, обследовав комнату. – Судя по всему, потерпевший оборонялся этим дряхлым арбалетом, который кажется абсолютно бутафорским.
- Впервые вижу дом, столь напичканный оружием, - Лиз выпрямилась, оглядываясь вокруг.
- Это все семейные реликвии, - заметил я.
- Арбалеты не у каждого под рукой, - пробормотал следователь. – Стрелу нашли?
- Да, - один из людей шерифа подал снаряд ему. – Торчала в стене рядом с холлом.
- Я взгляну? - попросила Лиз и внимательно осмотрела наконечник. Потом принюхалась, ощутила запах вербены и отложила стрелу в сторону.
Лиз - член совета. Лиз знает о вампирах.
Надо показать ей, что я в курсе, чем снабжал именитых горожан мой безвременно скончавшийся при трагических обстоятельствах “дядюшка”.
- Так Вы не видели нападавшего? – следователь что-то пометил в своем блокнотике.
- К сожалению, - и я развел руки в стороны. - Не видел, не слышал, и знать не знаю, кто это был.
- Жаль, что он не задел нападавшего, - сокрушалась Лиз, - по ДНК могли найти быстрее.
- Будем закругляться, - следователь закрыл блокнот и убрал его в карман. - Можете забирать! – крикнул он медикам, стоящим у порога в ожидании своей работы. Ребята в белой униформе молча и невозмутимо погрузили тело на носилки и вынесли из дома.
Во всей этой фальшивой драме есть один минус – дом больше не имел хозяина, и приглашение для вампиров перестало быть преградой. А у меня предостаточно врагов.
- У Вас есть еще родственники, которых нужно оповестить о кончине? – Лиз подошла ко мне, провожая взглядом скорую помощь и своих подчиненных.
- Нет, - я покачал головой. – Зак был единственной оставшейся у меня родней, - шериф сочувственно положила мне руку на плечо. Я бегло заглянул в ее голову. Неудавшийся брак, неплохая карьера, должность в совете основателей и пропавшая без вести больше четырех лет назад дочь Керолайн.
- Шериф, я хотел бы переговорить с Вами с глазу на глаз, если это возможно.
- Конечно, - согласно кивнула Лиз, проследив, чтобы после ухода всех работников входная дверь была плотно прикрыта. – У Вас есть еще какие-то данные о происшествии?
- Нет. Я хотел сообщить, что в куре того, чем занимался дядя Зак, - шериф молча смотрела на меня, все еще храня свою тайну. – Если Вам понадобится вербена для защиты, я Вам ее предоставлю.
Лиз вздохнула с облегчением:
- Слава Богу, я думала, что со смертью Зака…
- Нет, ни в коем случае, - я покачал головой, уверенно играя роль борца против вампиров. – Я осознаю всю важность нашего дела, - произнес я, добавив патетики, и стал ждать результата.
- Ты ведь знаешь, да?
- О вампирах, - понизив голос до шепота, я всерьез забавлялся ситуацией. – Конечно.
Лиза Форбс задумалась немного, еще раз осмотрела комнату, ища за что зацепиться взглядом, и, ничего не найдя, решила, что ей тоже пора ехать.
- Думаете, это были они? – округлив глаза, произнес я тихим шепотом.
- Возможно, - пожала плечами шериф. - Я не знаю. Твой дядя входил в совет основателей, - перед тем как открыть дверь, заговорила Лиз, - я думаю, будет правильно, если ты займешь его место. По наследству.
- Для меня это большая честь, - согласно кивнув и мысленно посмеявшись, я закрыл дверь за местной полицией. Итак, подведем итог этого утра. Зак мертв, я в совете, и никто не знает, что я вампир. Мне бы еще Кетрин под бок, и вообще было бы прекрасно.
Мысли о Кет словно змеи поползли в мою голову. Комета уже приближалась, а я все еще не приблизился ни на дюйм к высвобождению вампирши из заточения. Я начинал волноваться, что в моем безупречном плане слишком много прорех и слабых звеньев. Амулет, гремуар, ведьма, комета - из всего этого у меня не было ничего. Без янтарного кулона ничего не выйдет, как и без ведьмы из рода Беннет. Малышка Бонни оказалась крепким орешком, несмотря на то, что я - первый вампир, которого она видит. Я был в замешательстве. Все могло рухнуть, и это нагнетало страх на меня. Я не хотел провести еще долбанное количество лет своей вечности, снова ожидая комету.
Похороны Зака состоялись спустя два дня. Мэр Локвуд и все остальные члены совета пришли почтить память “дядюшки”, было сказано много слов о роли в развитии города и личных качествах, посмертной похвалы и признания, и бла-бла-бла, так свойственного людям.
- Соболезную Вашей утрате, - пожимая мне руку, проговорил мэр.
- Жаль, что наше знакомство совпало с таким скорбным событием, - миссис Локвуд сочувствующе смотрела на меня голубыми глазами.
- Он был прекрасным человеком, - Мередит Фелл держала под руку своего женишка, местного судмедэксперта. – Они дружили с моим братом Логаном.
Я с присущим событиям лицом принимал сочувствие, в тайне желая лишь скорейшего окончания церемонии. Были еще какие-то люди, пришедшие почтить память Зака Сальваторе, все же он прожил всю свою жизнь в этом бесславном городишке, но я не особо придавал им значение. Место в Совете открывало безграничные возможности и неограниченную власть, они сами же вручили мне ключ к управлению жизнями и собственной безопасности. Теперь никто в ближайшие годы не заподозрит во мне вампира, а мне нужно всего-то пару месяцев, четырнадцатого ноября комета пролетит, я освобожу Кетрин, и на Рождество мы уже будем счастливы на берегу океана. Я мельком глянул на часы, подумывая, не поторопить ли Бонни с ответом, и вспомнил о Елене, не объявлявшейся со дня нашей поездки. И почему мне все время приходится иметь дело с женщинами? Наверное, это все из-за моего животного магнетизма: они слетаются, как бабочки на огонь.
- Деймон, – Лиз оказалась у меня за спиной, - собрание совета состоится в доме мэра, во время поминального обеда. Ты познакомишься со всеми.
Я молча кивнул и стал ожидать, когда все, кто пришел почтить память Зака, покинут кладбище. Мне нужно наведаться в еще одно местечко, и я все равно успею на совет. Могилы ровными рядами надгробий расходились во все стороны от новой обители “дяди”. Я прошел мимо десятка одинаковых мраморных плит, читая надписи: Келли Парк прожила, например, семьдесят два года, а вот Дороти Парк, упокоившаяся рядом, всего сорок шесть, некий мистер Фикс умер двадцатилетнем, а вот Миранда и Грейсон Гилберт погибли в один день чуть больше четырех лет назад.
Я прошел вдоль рядов и добрался до места. “Сальваторе” было выбито крупными буквами над входом в склеп. Еще одна семейная реликвия. Я толкнул тяжелую каменную дверь и оказался внутри. Солнце тут же ворвалось в пыльное, затхлое помещение. Здесь уже давно не бывало никого живого, а я, живой мертвец, не в счет. За всю жизнь мне довелось оказаться здесь дважды: на похоронах матери и сейчас. Смерть отца не затронула моей души, потому что к тому времени у меня и души не осталось, только жажда крови и Кетрин в мыслях.
Я постоял на пороге, не решаясь спуститься на три ступеньки ниже, на расстоянии посмотрел на имена, высеченные на заржавевших табличках, и вышел. Не хватило духу. Так странно было снова стать тем, у кого есть прошлое. Много лет я жил одним днем, не вспоминая о былом и не думая о будущем. А теперь все будто возвращалось из небытия и снова становилось реальным. Выйдя из мрачного склепа на воздух, я вдохнул полной грудью. Странно, а мог бы поклясться, что способен обходиться без атмосферы. На секунду мне почудилось, что кто-то наблюдает за мной со стороны. Внимательно оглядевшись и не заметив ничего и никого, я поспешил покинуть кладбище.
В доме Локвудов было полно народу, когда я все же добрался туда. Хозяйка дома стояла на крыльце и вежливо приветствовала гостей.
- Деймон, - она махнула мне рукой, - проходи в гостиную, там накрыты столы.
- Благодарю, миссис Локвуд, - я кивнул и вошел в дом. Приглашение было получено до безумия легко. Как все же беспечны жители маленьких городов, даже знающие о вампирах.
Гостиная в доме мэра была большой и светлой. И полной людей с фальшивой скорбью.
- Лиз, - я заметил шерифа среди толпы, она улыбнулась и подошла ко мне.
- Собрание начнется через пару минут. Ты вовремя.
- Боялся опоздать.
- Без тебя бы не начали, - улыбнулась Лиз. – Пойдем, кабинет мэра на втором этаже.
Я последовал за шерифом по лестнице и коридорам. Она замерла перед одной из дверей.
- Ну, - покровительственно улыбнулась Лиз. - Добро пожаловать, - и распахнула створки.

III. Входи.

Я с глупым упорством нажимал на кнопки мобильника.
- Привет. Оставьте сообщение, - равнодушно сообщил мне телефон задорным голосом Елены. И так я говорил с автоответчиком уже пятый день, ни разу не оставив сообщения. После той странной поездки в лечебницу я больше ее не видел, она словно канула в воду.
Мое умение сопоставлять факты изменило мне. Я все силился понять, кто она есть, почему ведет себя так странно и почему ее жизнь наполнена неординарным событиями, но ничего не выходило. Елена была человеком – первый и неоспоримый факт, а не догадка. И на этом все. Дальше можно было лишь предполагать, что ее настоящее имя вовсе не Елена, а на самом деле Грета. Отсутствие машины и собственного жилья можно списать на новое место, а можно на нежелание светиться с поддельными документами. Хотя в университете она учится под именем Елены Смит, для чего, если это не настоящее имя? А я уже был уверен, что оно ненастоящее. И тот странный мужчина, непонятно как оказавшийся в ее спальне, говорил о каком-то возвращении домой. Значит, дом все же есть, но где? И еще он что-то говорил о похоронах и королях. Тщетно я пытался припомнить все мелочи их разговора, тогда мне было не слишком интересно слушать, а теперь приходилось жалеть.
Может, смотаться в ту клинику для психов и выяснить что-то стоящее там? Мне необходимо понять, знает ли Елена что-либо о вампирах или нет. Охотником она уж точно быть не может, не та комплекция. Стоит узнать, как погибли ее родители, может быть, там кроется подсказка или разгадка шарады.
Я ломал голову над этими вопросами уже не один день и все не решался идти дальше. Не хотел узнать то, о чем можно будет пожалеть. Так было когда-то с Кетрин. Я подозревал, что она необычный человек, не похожа на всех остальных. Долго подозревал, а потом решился выяснить все до конца и узнал, кто она на самом деле. И я позорно и трусливо попытался сбежать. От вампира. Теперь-то я понимаю, насколько жалкими выглядят люди, пытаясь убежать, но тогда это было сродни инстинкту. И я бежал. Уехал на войну с янки, не сказав никому ни слова о вампирах, наводнивших город, а потом дезертировал с фронта, чтобы быть с ней. Тогда я и понял, что люблю.
Наверное, подсознательно я все же отождествлял Елену с Кетрин, а потому все мои эмоции давней, еще человеческой жизни, снова всплыли из глубин чудовищной души. Эта девочка была для меня словно осязаемым призраком, но я не воображал себе лишнего. Она была не Кетрин. Их достаточно сложно перепутать, слишком разные. В Елене невооруженным глазом видны те черты, что я не смог отыскать в своей вампирше: доброта, жертвенность, сопереживание. Когда я был еще человеком, то все время думал, что это важные качества, за них можно любить всю жизнь, а потом Кетрин перевернула мое мировоззрение с ног на голову, и я полюбил ее вопреки чудовищности, ненависти, лицемерию.
Мои пальцы вновь нажали на кнопку вызова.
- Привет. Оставьте сообщение, - и когда уже прозвучат другие слова? Не вынуждай меня, Елена, додумывать ответы самому. Мысли о том, кто же такая мисс Смит-Зимерман, плавно вытеснили мысли о Кетрин. И там, и там у меня был полный застой. Бонни демонстративно избегала меня, где бы я ни появлялся в Мистик Фолс, и пока не стремилась отдавать мне янтарный амулет да и на контакт абсолютно не шла.
Я резко поднялся из кресла и, взяв куртку со спинки дивана, решительно двинулся к дверям. Проведаю Елену, вдруг узнаю что-нибудь новенькое или любопытное.
Верный мустанг ждал меня на подъездной дорожке, и, особо не раздумывая, я сел за руль. Жди меня, Дьюк.
Дорога заняла уже привычное для меня время, и когда автомобиль затормозил у дома Елены, я предпочел оглядеться по сторонам. Странное ощущение, что кто-то за мной наблюдает, возникло еще по пути сюда. Ничего. Люди сновали вдоль по улочке по своим делам, и никого подозрительного мое чутье не определило в преследователи. Но чьи-то глаза неотступно смотрели на меня, а я предпочел сделать вид, что ничего особенного не заметил, и, приняв решение не делать глупостей, не полез по своему обычному пути к окну Елены. Не раздумывая больше ни секунды, я решительно потянул дверь подъезда на себя и вошел в здание. В парадном оказалось достаточно прохладно, сумрачно и на удивление чисто. Вверх по лестнице три этажа - для меня немного, и я преодолел ступени без труда за секунды. Я постучал в первую же дверь, мне открыл старичок и вопросительно уставился на меня.
- Не та квартира, - произнеся это тихим голосом, я развернулся ко второй и последней двери на площадке. Старичок безмолвно захлопнул вход в свою обитель, наверняка разочарованный таким гостем как я.
Звонок гулко разлетелся по апартаментам Елены, но никто не спешил открывать мне. Я нажал еще раз и еще.
- Боже, кто там в такую рань, - недовольно заговорили с той стороны стен. Я невольно бросил взгляд на часы. Четыре часа после полудня, для Елены это почти вечер, так как ее “рань” начинается около шести утра. В двери повернулся ключ, и она нехотя отворилась. На пороге стояла соседка Елены Викки. В короткой майке и нижнем белье, сонная, растрепанная, не такая ухоженная как всегда, но все еще достаточно соблазнительная.
- Слушаю тебя, красавчик, - она облокотила хорошенькую головку на косяк и, прикрыв глаза, судя по всему, задремала. Мило, очень мило.
- Я ищу Елену, - она вздрогнула от моего голоса, и туман в глазах стал понемногу рассеиваться.
- Ее нет дома. Звони на мобильный, - и Викки попыталась захлопнуть дверь.
- На мобильный она не отвечает, - я рукой придержал створку и не позволил ей сделать задуманное.
- Я не знаю, где она. Она уехала куда-то в середине недели и пока не возвращалась. Мы ведь встречались с тобой раньше, - неожиданно вспомнила девушка. – В клубе. Деймон, верно?
- Верно, могу я войти?
- Входи, - беспечно проговорила Викки.
И-и-и-и, Джек-пот!
Я перешагнул порог и оказался внутри квартиры Елены, где как не здесь я могу отыскать ответы на все мои вопросы?
- Зачем тебе моя соседка? У нее, между прочим, и парень есть, в отличие от меня, - Викки прошла на кухню, которая была в двух шагах от порога. Она достала из холодильника, не забыв при этом соблазнительно выгнуть спину, бутылку пива и вопросительно глянула на меня. Я отрицательно покачал головой: это дешевое пойло не для меня, и стал осматривать квартиру. Кухня была соединена с гостиной напрямую - никаких перегородок. Два больших окна были занавешены тяжелыми портьерами, создавая полумрак. Две двери вели в другие помещения. В гостевой комнате стояли большой телевизор, удобный диван и кресло. Еще был стеллаж, забитый всяким хламом, журналами и телефонным справочником Дьюка. Между мягкой мебелью стоял небольшой кофейный столик с остатками вчерашнего пиршества Викки. Пол был устелен мягким ковром, а стены оказались выкрашены в светлый бежевый цвет. Взгляд зацепился за картину, висящую на стене прямо напротив меня. На полотне были изображены сломанные вазы с отколотыми черепками или вовсе разбитые. Странный выбор для интерьера такой светлой гостиной.
- Так зачем тебе Елена? – оторвавшись от бутылки, повторила вопрос девушка.
- А которая из комнат ее?
- Вон та, - рукой Викки ткнула в крайнюю слева дверь и уселась на высокий стул за барной стойкой, которая заменила в этом доме обеденный стол. Я кивнул и повернулся к девушке. Теперь, когда у меня есть приглашение, пошарить в вещах двойника Кетрин я успею в любое время, а вот для разговора с болтливой и недалекой Викки может не представиться более удачного момента.
- Так ты не знаешь, куда уехала Елена?
- Она пришла, - нехотя проговорила девушка, - сказала, что ее не будет некоторое время, собрала свою дурацкую большую школьную сумку и ушла. Еще попросила передать это Метту. Я и передала, когда он стал названивать мне.
- Метт это ее парень? – я оглядывал комнату, придавая значение любым мелочам.
- И мой младший брат, - покивала головой Викки и снова приложилась к бутылке. – Уже два месяца ходит с ней за ручку, не удивлюсь, если эта мисс Правильность еще ни с кем не спала.
Я хмыкнул. Не стоит обвинять Елену в ее нравственности. То, что она не прыгает в постель с каждым, кто положил на нее глаз, еще ничего не значит. В ней живет скрытая сексуальность, она не вульгарна, не носит откровенные наряды, но одни ее глаза способны свести с ума любого, даже такого закаленного в боях как я. Ей не нужно привлекать к себе внимание яркими красками, она способна завлечь даже простым шепотом. Викки не дано природой понять этого. Она всерьез полагает, что если товар не рекламировать, никто не купит. Вот и сейчас она настойчиво предлагает мне себя, делая вид, что отсутствие на ней одежды не является нарушением всех приличий.
- Расскажи мне о ней, - я уселся напротив Викки на такой же высокий стул.
- С чего бы? – вдруг начала соображать девушка.
- Расскажи мне о Елене, - мои зрачки расширились, слова прозвучали четко, и оставалось только дождаться результата.
- Мы не подружки. Я мало что могу сообщить, - покладисто заговорила девушка.
- Валяй, - повелительно махнул я рукой, - рассказывай все, что знаешь.
- Ее зовут Елена, лет ей около двадцати.
- Откуда она приехала?
- Разве она не живет здесь всю жизнь? – поразилась Викки и опять отпила из бутылки. Да уж, отличного информатора я себе отыскал. И это девка из значимой семьи Дьюка.
- Где она бывает?
- Мы развлекаемся в разных местах и по-разному.
- Что еще ты знаешь? – обреченно спросил я.
- Знаю, что Метт поселил ее со мной, чтобы она приглядывала за бунтаркой Викки Донован, - не без доли гордости за саму себя проговорила девушка. – Елена заучка и тихоня, все время с книжками таскается, еще она считает себя спортсменкой из-за группы поддержки. Ни алкоголя, ни наркоты, по-моему, даже занимается йогой, или как там называется, когда медленно водишь руками в воздухе и строишь всякие фигуры? - Викки попыталась показать движения.
Я от неожиданности даже цокнул языком. Это боевое искусство называется кун-фу, если мне не изменяет память.
- Что еще? – вслух размышляла тем временем девушка. – Одежда у нее безвкусная и тусклая, у нее нет стиля, а с модой она даже не знакома. Родители у нее погибли в автокатастрофе лет пять назад, - ну хоть что-то полезное и внятное. - Все, больше ничего не могу сказать, – закончила Викки и допила пиво из бутылки.
Я задумался. Родители умирают на дороге, а их дочурка делает себе поддельные документы, занимается кун-фу и учится быть психологом, при этом ездит в психиатрические лечебницы и куда-то исчезает по ночам, а то и на несколько дней.
Весьма сумбурно, мистер Деймон Сальваторе, весьма.
Можно даже сказать – несуразно.
А еще точнее будет звучать – чушь собачья.
- Почему тебя так интересует Елена? - в Викки снова проснулся здравый смысл, и она решила узнать, для чего только что растрепала всю информацию незнакомому парню в кожаной куртке.
- Не забивай свою голову такими глупостями, - ласково улыбнувшись ей, я продолжил думать, но ничего так и не смог понять.
- Ну, раз мы закончили с темой под названием “Елена”, может, стоит приступить к теме “Викки”? – недвусмысленно предложила девушка, поднимаясь со стула и приближаясь вплотную ко мне. – Предлагаю глубоко изучить этот предмет
Я не стал отказываться от того, что само плыло в руки, когда она прильнула к моей груди и соблазнительно повела пальцами по бедру. Подняв ее лицо за подбородок, я посмотрел в мутные глаза девушки и поцеловал пухлые губы. Она тут же обвила мои плечи руками и прижалась как можно сильнее, я подхватил ее ладонями под бедра и усадил на барную стойку. Время развлечься, детка.

IV. Оказывается, в кино не врут.

Около пяти утра я вышел из спальни Викки, до куда мы все-таки добрались после барной стойки и дивана. Абсолютно довольный своим послесмертием, я решил сварить немного кофе. Секс вышел замечательным, а ужин, которым угостила меня девушка, состоял из третьей положительной, текущей прямо по сонной артерии. Загрузив кофеварку, я глянул на дверь спальни Елены. Самое время туда забраться и поискать вещественные доказательства. Кто знает, что я могу там найти? Опустившись на высокий стул, я терпеливо ожидал, когда мой горячий кофе будет готов. Потянувшись, рукой отодвинул занавеску с кухонного оконца и посмотрел на безлюдные улицы. Красиво. Над крышами домов уже занимался рассвет, под боком уютно жужжала кофеварка, и у меня было прекрасное настроение. Пискнув, машина сообщила о завершении работы, и я, налив полную кружку, поднялся и направился к комнате Елены.
Ступая по мягкому ковру, который делал мои шаги абсолютно бесшумными, я думал о последствиях. Вот сейчас узнаю, кто она, и что потом? Пойду ее убивать? Или сделаю вид, что мне ничего неизвестно, если это не имеет отношения к вампирам? Я снова поддавался импульсу, не думая о будущем. Как тогда, когда ринулся спасать Кетрин от рук горожан и получил две пули в грудь.
Замешкавшись лишь на пару секунд, я решительно повернул ручку двери. В комнате царила темнота. Плотная занавеска, которой Елена всегда отгораживалась от меня, и сейчас была на своем месте. Я щелкнул выключателем, и спальня озарилась рассеянным светом лампочек. Заправленная кровать, письменный стол, большое зеркало во весь рост и шкаф. По-спартански ты живешь, Елена. Где же милые пустячки, бусинки, куколки, фотографии? Ничего такого не было в комнате. Кровать была идеально, без единой складочки, заправлена темным покрывалом, сверху лежали две светлые прямоугольные подушки и небольшой медвежонок. На прикроватной тумбочке стояли небольшие электронные часы, показывавшие пять пятнадцать утра. Оставалась хрупкая надежда на шкаф.
Я двинулся внутрь комнаты, аккуратно попивая горячий кофе. Прошел мимо двери, ведущей в ванную комнату, точная такая же дверь есть в спальне Викки, двинулся вдоль занавески, задернув ее к краю окна, сразу стало значительно светлее. На письменном столе лежали кипы книг по психологии, психотерапии и психиатрии. Елена изучала всевозможные направления анализа и воздействий на головной мозг человека. Рядом на полу были стопкой составлены книги по истории и сказки. Странный выбор. Легким движением руки я открыл какую-то тетрадь и взглянул с интересом на почерк. Сумбурный, неразборчивый, но красивый. Добравшись до шкафа и отставив чашку с кофе на подоконник, я распахнул обе створки сразу. Шмотки, шмотки, скучные шмотки. Раздвинув вешалки, увидел несколько полок с обувью. Сплошь спортивные кроссовки, пара босоножек и две пары туфелек на каблуке. В сереньких она была в клубе, в первый день нашего знакомства, вспомнилось мне.
Я посмотрел вниз шкафа, там стоял относительно небольших размеров обычный чемодан в форме прямоугольника, старый, но хорошо сохранившийся. На полированных боках были видны давние царапины, полученные, скорее всего, при постоянных переездах. Приподнявшись на цыпочки, я заглянул на верхние полки. Пусто. А где ящик с нижним бельем? Хорошо оглядевшись, я нашел невысокий комод рядом с кроватью, который не заметил сразу. Решив не сопротивляться любопытству, просто двинулся к другому концу комнаты.
Итак, что тут у нас? Хм, не дурно, Елена, очень даже не дурно. Не ожидал от тебя такого.
В ящиках комода хранилось соблазнительное белье. Комплекты вскружили мне голову, захотелось увидеть ее вон в том черном кружевном и ярко синем с завязочками. Кто бы мог подумать, что под скромными футболками скрывается такое великолепие? Я задвинул ящики обратно и вернулся к шкафу. Целью взлома комнаты было вовсе не белье и моя неуемная фантазия в тоске по любимой женщине.
На странном чемодане висел крупный и внушительный замок старого образца, с выемкой для ключа в середине. Что такого можно хранить с таким затвором? Я огляделся, пытаясь понять, куда Елена могла запрятать ключик, и ничего не придумал. Она могла носить его с собой на шее. Вполне возможно, что именно его я принимал за кулон все это время. Ломать замок не входило в мои планы, но раз уж ничего больше не оставалось... Я присел на корточки, чтобы осмотреть получше чемоданный сейф, когда услышал шум открывающейся двери. На глаза попался толстый блокнот в массивном переплете, одиноко лежащий на дне шкафа. “Дорогой Дневник” - было написано на позолоченной наклейке. Я улыбнулся, она ведет дневник, и наверняка здесь кроется разгадка всех тайн.
По гостиной разлетелись тихие невесомые шаги и тяжелый вздох усталого человека. Внезапно шаги остановились, а потом вернулись к кухне и уже оттуда снова осторожно двинулись в мою сторону.
- Что ты здесь делаешь?! – на пороге комнаты возникла Елена, держа в руке широкий нож для мяса. На ее лице были решимость и напряженность, и где-то совсем невнятно прорисовывалось удивление.
- Эм…, - я не ожидал ее возвращения, мне казалось, что это моя недавняя партнерша бродит в утренней полудремоте по квартире. – Ищу вход в Нарнию.
- Как ты вошел? – Елена все еще держала нож, направленный на меня.
- Мы подружились с Викки, - я выпрямился во весь рост.
Девушка отступила на несколько шагов назад в темноту гостиной, не отводя глаз от меня и не преставая угрожать тесаком. Она добралась до двери спальни соседки и, нажав на нее свободной рукой, отворила. Я прекрасно видел все ее движения, не обращая внимания на темноту гостиной.
- Викки, - позвала Елена, наблюдая за мной, я терпеливо стоял в центре спальни и думал, не осталось ли следов крови на подушках. – Вик. Викки! – в тревоге девушка решила повысить голос.
- Ну что тебе? – сквозь сон пробормотала Донован.
- Ты в порядке? – Елена бросила беглый взгляд на соседку и снова уставилась на меня.
- Отстань, я сплю, - отмахнулась та.
Слабый вздох облегчения сорвался с губ двойника Кетрин, и она медленно опустила нож и прикрыла обратно дверь. Елена двинулась ко мне, уже не так воинственно настроенная.
- А что ты делаешь в моей спальне? – она остановилась на пороге комнаты, настороженность не покидала девушку.
- Если честно, я волновался о тебе. Ты пропадаешь на несколько дней после той поездки, и никто не знает, где тебя искать.
- Ты меняешь тему, - она вошла внутрь, наконец, попав под лучи рассвета. - С чего бы тебе вдруг так переживать? – Елена осматривала комнату, ища в ней нарушения. Девушка щелкнула выключателем, убирая искусственный свет.
- Потому что я все знаю, - добавив в голос таинственности, я перешел в атаку. Настоящего оправдания у меня не было, а раскрываться пока не хотелось.
- Что все? – девушка медленно двигалась по комнате к столу, она взглянула на слегка сдвинутый мной чемодан с замком и оперлась руками на столешницу.
- Все твои секреты, которые ты так тщательно хранишь, - я стал медленно приближаться к ней, стараясь сделать грозное лицо.
- И что же за секреты? – одна ее рука соскользнула с поверхности стола и девушка завела ладонь под столешницу. При всем видимом спокойствии, в ней ощущалась яркая, просто фееричная готовность бороться.
- Что под твоей напускной скромностью, - я уже оказался настолько близко к ней, что мог ладонью коснуться одежды, - скрывается отнюдь не скромная личность, - проведя пальцами вверх, я слегка задрал край футболки.
- Э… О чем ты? – искреннее изумилась Елена. Недоумение проявилось на ее хорошеньком личике.
- О том маленьком камодике и его содержимом, - я мотнул головой в сторону и саркастично улыбнулся.
- Ты рылся в моем белье?! – скидывая мою руку с себя, возмутилась девушка. Она оторвалась от стола и кинулась к шкафчику с эротичными комплектами, не теряя ни секунды, я провел ладонью под столешницей. Ничего. Никакого оружия: ни кола, ни ствола револьвера. Промахнулся я, значит. Холостой выстрел.
- О Боже, это отвратительно, - она поочередно выдвинула ящички и осмотрела их содержимое. – Я надеюсь, ты не... - девушка обернулась, так и не закончив предложение, и вопросительно глянула на меня.
- Не знаю, на что ты надеешься, но лично я здесь ничего не делал. Просто посмотрел, оценил. Метту должно нравиться.
- Извращенец, - резюмировала Елена.
- Так откуда ты явилась, ранняя пташка? – я уселся на подоконник.
- Из аэропорта. Самолет приземлился около четырех часов утра. Так что я была бы не против, если бы ты позволил мне переодеться и принять душ.
- Разумеется, - обезоруживающе подняв руки, я вышел из комнаты. Елена захлопнула за мной дверь и, пошуршав вещами в шкафу, отправилась в ванную. Я достал из кармана телефон и взял с полки телефонный справочник. Быстро пролистав страницы, я нашел номер аэропорта и, набрав нужные цифры, стал ждать ответа.
- Здравствуйте, - приветливо для шести часов утра проговорила девушка на том конце. - Аэропорт Дьюка, справочная, чем могу помочь?
- Какой рейс сегодня приземлился около четырех утра? – без лишних предисловий прозвучал мой вопрос. В Дьюке нет большого числа самолетов и взлетно-посадочных полос, шанс узнать, где была Елена, был равен почти ста процентам.
- Секундочку, - вежливо попросила меня девушка. – В три пятьдесят две приземлился рейс из Нью-Йорка, а в четыре шестнадцать - рейс из Лондона.
- Благодарю, - я отключил звонок и задумался. Нелюбительница больших городов летала почти на неделю в Нью-Йорк, для чего?
Шум воды в ванной прекратился, Елена закончила с утренними процедурами и сейчас негромко шумела у себя в спальне. Я двинулся в комнату к Викки.
- Подъем, красотка! – девушка даже не шелохнулась. Не умерла ли она там часом, а то ночью я слегка перестарался. – Эй, я сказал подъем!
Донован заворочалась и открыла глаза.
- Я хочу спать, - она попыталась перевернуться на другой бок.
- Нет, - я потряс ее за плечи и, поймав взгляд, внушил: - Ты никому не скажешь о том, что я вампир, и будешь это скрывать так хорошо, как сможешь. Поняла меня?
Викки кивнула.
- А теперь просыпайся, собирайся и иди на весь день гулять в парк. Никто не должен заметить следы укусов на твоей шее. И в других местах, – подумав, пришлось добавить. Я вчера разошелся и где только не оставил отметин.
Девушка послушно поднялась с кровати и, подойдя к двери ванной, дернула ее на себя. Я остался в комнате один и вышел в гостиную. Отсюда я лучше слышу, что происходит в комнате Елены. А там ничего не происходило. Может, девчонка улеглась спать после ночного перелета? Но нет, почти в ту же секунду она вышла из комнаты. Еще влажные после душа волосы ниспадали на плечи, белая майка с минимальным вырезом, синие джинсы, расклешенные к низу и почти черные кроссовки. В руке она держала мой недопитый кофе и свой нож, которым собиралась обороняться ранее.
- Надеюсь, это твое? Потому что иначе мне придется вешать замок на дверь.
- Мое, - я протянул ладонь и забрал кружку. – Как прошла поездка?
- Обычно, - пожала плечами Елена, обходя меня и направляясь к кухне. Там она положила тесак в специальную подставку, набрала в чайник воды и поставила его на плиту. Потом залезла в холодильник, пошарила там недолго и вынырнула обратно с початой упаковкой пива. Все так же храня молчание, Елена вскрыла бутылки одну за другой и слила содержимое в раковину. Ух, как! Аж мурашки по телу.
- Чай будешь? – буднично предложила девушка. – Настой на травах.
- Нет, я лучше допью кофе, - не хочется мне что-то сегодня травить себя, девочка.
- Он уже остыл, - Елена стояла ко мне спиной и заваривала себе чай. – Давай сделаю новый, - проговорила она, не оборачиваясь. Такая странная, обыденная для нее забота была в новинку для меня. Никто никогда не задумывался, что в моем стакане: остывший кофе, двадцатая порция виски или ядовитая вербена. Всем наплевать.
- Так как? – она повернулась и посмотрела на меня своими совиными карими глазами. От ее настороженной враждебности час назад не осталось и следа. Она снова стала уютной домашней девчонкой.
- Конечно, - легкая полуулыбка сама по себе заиграла у меня на губах. Елена кивнула и включила кофемашину. Я приблизился к барной стойке и сел на жесткий стул. Ужасные стулья.
- Ужасные стулья, правда? – она повернулась ко мне, держа в руках чашку с ароматным дымящимся кофе, и улыбнулась. – Сахар нужен?
- Нет, спасибо, - я принял у нее из ладоней кружку и едва сдержался, чтобы не притянуть к себе девушку для поцелуя. Оказывается, в кино не врут, когда показывают идиллию, где любимая женщина варит кофе и готовит завтрак, а любимый мужчина балует ее подарками и носит на руках, где все время хочется целоваться, просто потому что можно и валять дурака, обнимаясь на диване, а потом заниматься любовью до звона в ушах. Непостижимым образом я как-то испытывал на себе какую-то часть этой киношной жизни прямо сейчас, и мне хотелось большего.
- Может, тебе приготовить что-то? Хотя должна предупредить, что хорошо готовить я умею только хлопья с молоком, - она весело улыбнулась и уселась напротив меня со своим чаем. Я улыбнулся в ответ.
В гостиную вошла Викки в кофте, закрывавшей все места укусов на теле и шарфиком на шее, чтобы скрыть рану на горле.
- Викки? – поразилась Елена. – Ты здорова? – о, девочка, ты недалека от истины. Она пока не вполне в норме, но придет в себя, если я больше не буду так сильно ее использовать.
- Разумеется, - фыркнула Донован и переступила в туфлях на высоком каблуке.
- Просто сейчас шесть тридцать утра понедельника и на тебе надета странно закрытая одежда. Я даже не подозревала, что у тебя есть такое, - Елена внимательно смотрела на соседку. У той залегли синяки под глазами от потери крови, и никакая косметика их не скроет, да и шатало Викки сильно, особенно на таких каблучищах.
- Я в норме, – моя послушная любовница двинулась к выходу.
- Куда ты? – занервничала Елена. – Викки, зачем тебе этот шарф? - девушка соскочила со стула и, преградив путь к двери, потянулась к повязке на шее.
- Отвали от меня, - поймав руку соседки, Донован грубо отбросила ее от себя и, толкнув Елену плечом, вышла из квартиры. С той стороны стен я мог слышать, как она переступает по ступеням в своих туфлях, цокая не хуже лошади. Елена растерянно посмотрела на меня.
- Что между вами произошло? – проговорила она, не спеша возвращаться на стул.
- Ничего, - я пожал плечами и залпом допил горячий кофе.
- Я собираюсь уходить на учебу, - весьма невежливо заявила Елена, даже не пытаясь завуалировать свой намек. Я покорно поднялся на ноги и прошел к выходу. – Не советую тебе обижать ее, Деймон, - в спину мне проговорила девушка.
- Почему? – я обернулся, открыв дверь, принимая вызов.
- Просто не советую, - пожала плечами Елена и, закинув на плечо свою любимую сумку, вышла вслед за мной. Достала из одного из отделений ключи и, вставив их в замочную скважину, несколько раз повернула.
- Могу подвезти тебя, - когда мы спустились вниз, прозвучало мое предложение. Я пытался понять, что именно так разозлило Елену. Хамство Викки или знание о том, что это я сделал Викки такой?
- Не нужно, я прогуляюсь, - отказалась девушка и пошла в сторону своей любимой утренней кофейни. Подул ветерок, и ее влажные волосы красиво заиграли солнечными бликами.
- Подожди, - я поймал ее за руку, уже даже не пытаясь влезть в голову девушки. Елена мягко высвободила руку, но остановилась. - Давай-ка проясним кое-что: между мной и Викки был секс, - она внимательно слушала и смотрела мне в глаза, - но я не должен на ней теперь жениться. И если это так мешает моему общению с тобой, то я предпочту забыть об этой интрижке, - на меня внезапно снизошло озарение, что Елена может просто ревновать. А ревность это хорошо, ревность значит смерть безразличию.
- У Викки есть, кому ее защищать, - проговорила она. – И поверь, Метт один из тех людей, кто всегда найдет способ отомстить. Они влиятельные люди, Деймон. Если ты не хочешь себе проблем, просто не связывайся с ними, и уж тем более не перечь и не переходи дорогу.
- Так ты, поэтому с ним? Потому что он захотел, и ты не смогла отказаться? – во мне зарождалось чувство ненависти к квотербеку. По крайней мере это объясняло холодность девушки к своему парню. – Я могу разобраться с ним.
- Я с ним, потому что мне удобно. Я не нуждаюсь в защите. И это абсолютно не твое дело, - договорив, Елена развернулась, не оглядываясь по сторонам, пошла к перекрестку, дождалась зеленого света и, перейдя улицу, свернула за угол дома.
Так вот оно что! Вся эта таинственность, секретность и настороженность из-за Метта Донована, который способен перекрыть кислород маленькой и хрупкой Елене. Вот и разгадка для всего. Вот и решение. Я смогу заполучить тебя, Елена.

— Я не нуждаюсь в том, чтобы вы меня спасали. Я сумею сама позаботиться о себе, мерси.
— Не говорите так, Скарлетт. Думайте так, если вам нравится, но никогда, никогда не говорите этого мужчине. (8)
Добавил: LinaAlex |
Просмотров: 1186
Форма входа
Логин:
Пароль:
 
Статистика
Яндекс.Метрика