Главная

"Если лучше приглядеться..." Глава 6: Как это могло случиться?!

Если лучше приглядеться

25.08.2014, 17:51
- Рон, Гарри! Почему это вы не разговариваете? Что у вас такое стряслось? – спросила за обедом Гермиона. Говорила она тоном человека, который жаждет знать всю правду от начала и до конца, не останавливаясь ни на чем.

Гарри снова почувствовал страшную неловкость и втихаря посмотрел на Рона, ожидая его реакции. Тот лишь еще больше нахмурился и уставился на свою еду.

- Эй, я, вообще-то, вас о чем-то спросила! – теряла терпение Гермиона, почувствовав что-то интересное в этой ситуации. Она даже оторвалась от учебника по нумерологии ради сего разговора.

- Это наше с Гарри дело, Гермиона. Тебе незачем это знать, – ответил, наконец, Рон, посмотрев девочке в глаза.

- Ах, мне незачем знать?! – воскликнула она обижено. – А я-то думала, что мы все проблемы решаем вместе! Гарри, ты тоже разделяешь его мнение? – повернулась Гермиона к нему.

- Гермиона, Рон прав. Это только наша с Роном проблема… - тут Гарри подумал, что в некоторой степени соврал. Черт, как же странно было говорить об этом с Гермионой!

- Неужели вы думаете, что я смогу дружить с вами, если вы друг друга игнорируете? – спросила Гермиона с жалостью.

- Нет, Гермиона, я не считаю, что это возможно, – буркнул Рон, скрестив руки на груди.

Гарри подумал, что это похоже на какую-то клоунаду, и ощутил новую волну паршивого настроения.

- Отлично! Тогда можете не рассчитывать на мою помощь с уроками! И не смотри так на меня, Рональд Уизли. Пока вы с Гарри не помиритесь или хотя бы не соизволите поделиться со мной своей страшной тайной, я не собираюсь вам помогать. – Гермиона злилась редко, но всегда очень принципиально. Она вновь углубилась в чтение ужасно полезной книги толщиной примерно такой, как стена замка Хогвартс. Время от времени девочка подносила к устам ложку с уже поостывшим супом, но все время опускала ее назад в тарелку, очень уж увлекшись чтением. Гарри оторвал от нее взгляд только когда почувствовал, как испепеляет его взором Рон. Ну что за бред? Гарри никогда не думал, что между ними может случиться такое сумасшествие.

Мальчик решил сосредоточиться на своей еде, но от этого только начало подташнивать. Он выбрался из-за стола и вышел из Большого Зала. Никто из друзей даже не поглядел на него – еще бы, после такого безумия. Гарри шел коридором и пытался собраться с мыслями, которые последним временем путались, словно мухи в паутине.

«Что сейчас самое главное для меня? Учеба? Конечно, это очень важно, но, черт побери, я же должен сразиться насмерть с Волан-де-Мортом, зачем мне тогда учеба?! Но нет. Ведь для того, чтобы убить его, мне нужны знания. Эта перспектива – убить человека… Я чувствую, что не хочу быть убийцей. Я знаю. Знаю, он убил столько невинных людей и моих родителей… Но опускаться до его уровня не хочется. Из-за меня уже погибло достаточно людей. Да, если бы все было так просто!.. Я должен остановить Всемирное Зло. Потому что я – чертов Избранный. Потому что меня никто не спрашивал. Потому что… Не хочу думать об этом».

Гарри силой воли прервал поток мыслей и вновь попытался сосредоточиться. Он понял, что уже минут десять сидит на корточках, облокотившись спиной о каменную стену замка и пялясь в никуда. Мимо проходили студенты, бросая на него удивленные, насмешливые или равнодушные взгляды, кое-кто даже пытался комментировать на ходу унылое настроение Героя Мира Сего. Но Гарри привык быть в центре не всегда позитивного внимания.

«Что у меня есть? У меня есть пророчество, согласно которому я должен либо умереть, либо выжить. Есть число – первое августа, когда на нас троих напали дементоры, но почему-то не убили, и министр ушел в отпуск, уже не вернувшись живим. Есть какое-то непонятное завещание от этого же самого министра, которого я, кстати, никогда не знал, - шкатулка с амулетом. Амулет не проклят. Кроме того, есть глупый стишок, невозможный для понимания. Есть Дамблдор, которого прокляли во время матча, когда я отсутствовал из-за дурацкого снитча. Какой-то винегрет… Нет Дамблдора – нет защиты. Черт, Волан-де-Морт теперь в любой момент может напасть! Но он и этого не делает».

Гарри принялся массажировать виски. Надо сосредоточиться.

«Есть Снейп, который… Не. Хочу. Об. Этом. Думать».

Раздался звонок, и Поттер поплелся на следующее занятие.

* * *


- Можете войти, мистер Поттер, – послышалось из-за темной двери, и Гарри послушался. Ему ужасно не хотелось видеть Снейпа, но Гарри знал, что назначенных отработок лучше не избегать.

Профессор сидел за своим столом и, по всей видимости, проверял домашние задания студентов. Он был настолько сосредоточен на щедром орошении бесконечных пергаментов красными, как кровь, чернилами, что даже не поднял на Гарри глаза, когда тот вошел.

Гарри застыл в ожидании приказов, не рискуя спрашивать. Он очень боялся, что Снейп опять начнет что-то говорить о… ужасных вещах, о которых Гарри пытался не думать. У мальчика было чувство, что его мозг взорвется, если он начнет задумываться об этом. К счастью, профессор почему-то ничего такого не предпринимал, будто забыв вдруг последнюю отработку мальчика.

- Вот эти прелестные котлы ожидают, пока вы их вымоете, Поттер. – холодно заметил Мастер Зелий, указав на гору вышеуказанных сосудов, которая расположилась на столах в глубине кабинета.

- Да, сэр, – вздохнул Гарри и побрел к предмету своего наказания.

Котлы, конечно, были отборными. Казалось, это стадо Невиллов привело их в такое состояние. Кроме того, они, видимо, долго стояли после последнего использования, так как ужасные на вид вещества стали твердыми, словно камень и намертво приросли к поверхности посудин. Гарри, стиснув зубы, принялся отдирать засохшие остатки неимоверных ядов всеми известными ему доселе методами. Конечно, использовать магию Снейп не позволял. Иначе наказание потеряло бы свою сущность и длительность. В ход пошли губки со специальным покрытием, разнообразные моющие средства и даже нож.

- Поттер, я должен отлучиться на некоторое время. Продолжайте чистить котлы, ничего не трогайте, не шумите. Не выходить из кабинета до моего возвращения. Вы меня поняли? – Гарри вздрогнул, когда услышал голос профессора за спиной.

- Да, сэр, – ответил он, не оборачиваясь.

- Хорошо бы, если так, – заметил довольно ядовито Снейп, и вышел, но не в коридор, а в другую дверь, за учительским столом.

Гарри даже возрадовался, что Снейп ушел. Его присутствие было невыносимо из-за причин, о которых гриффиндорец все пытался не вспоминать.

Тем временем грязных котлов становилось все меньше, хоть и ужасно медленно, время все шло, за окном все темнело, ноги у Гарри все сильнее и сильнее уставали от стоячего положения.

Когда домыть осталось только один единственный котел, Гарри подумал, что сейчас упадет. Он бросил нож внутрь этого особо не отчищающегося котла и присел на краешек стола. Снял очки и закрыл глаза. Как же хотелось спать! Так. Стоп. Какой это час? Мальчик поднял к глазам руку с часами, но не увидел ничего, кроме расплывающихся пятен. Надел очки, и увидел, что часы показывают без пяти одиннадцать.

«Что этот Снейп себе думает? Ведь это уже давно отбой!» - подумал Гарри. Профессор до сих пор не вернулся.

«Сам, небось, спать улегся», - и такое подумал Гарри.

Дабы заглушить какие-либо мысли о Снейпе, он повернулся к грязному котлу и принялся с тройной злостью отдирать подгоревшую грязь. Кожа на руках за вечер сморщилась от постоянного контакта с водой, в некоторых местах появились мозоли. Кроме того, Гарри умудрился несколько раз порезаться - хорошо, что несильно. Но Поттеру было наплевать. Он в очередной раз воткнул в черную, похожую на застигшую смолу гадость нож, и вдруг почувствовал, что та поддается. Гарри почти с триумфом принялся отколупывать гадость. Вот уже послышался тихонький скрип отклеивающейся мерзости, а потом хрясь!.. Гарри удивленно уставился на дыру в котле. Чертова смола так выпалила идиотскую посудину, что Гарри почти без труда отковырял кусок днища!

Гарри выругался и швырнул нож на стол. Снейп наверняка убьет его. Как же, это ж его драгоценные котлы! Мальчик почувствовал, как клокочет в нем злоба. Он еще раз посмотрел на часы – полдвенадцатого. Ну, нет. Это уже слишком. Он не собирается торчать здесь всю ночь!

Гарри направился к двери, в которую почти пять часов назад удалился Снейп. На секунду замер перед ней, нахмурившись. А затем поднял руку и тихонько постучал. Ответа не последовало. Постучал громче. Ничего.

«Может, с ним что-то случилось?» - пронеслось вдруг в голове. Гарри аж перекосило от своих мыслей. Это когда он начал беспокоиться о Снейпе?! Но, с другой стороны, Гарри действительно не мог ночевать в кабинете зельеварения.

Гарри постучал еще раз – на всякий случай. Нет, никто не ответил. За дверью было абсолютно тихо.

Сжав всю силу воли в кулак, Гарри осторожно нажал на ручку двери и открыл ее. Первое, что он увидел, был камин. Там вовсю пылали дрова, озаряя комнату приятным теплым светом. Мальчик осторожно ступил внутрь комнаты. Снейпа нигде не было видно.

Комната была довольно большая, все стены уставлены шкафами с книгами. Возле камина стояли большое мягкое кресло и журнальный столик. Присутствовали еще двое темных дверей. Пол был укрыт большим узорчатым ковром. В основном, помещение было отделано в темных и холодных тонах.

«Ой. Похоже, я попал в личные комнаты Снейпа», - подумал испуганно Гарри.

- Профессор? – позвал он тихонько. Ответа, конечно, и сейчас не последовало.

Гарри уже собирался развернуться и возвратиться в кабинет – от греха подальше, но вдруг заметил нечто… знакомое. На одной из полок шкафа напротив стоял золотой кубок. Гарри подошел поближе и увидел выгравированную на поверхности кубка надпись:

«Северусу Снейпу – лучшему ловцу Школы Чародейства и Волшебства Хогвартс – на память о первом месте на Третьем Международном Турнире По Квиддичу среди магических школ Европы. 1976 год».

Гарри медленно закрыл лицо ладонями и принялся тереть глаза, но получилось, что тер он очки.

- О-о-о, Боже! – простонал он, не веря своим глазам. – Этого не может быть! Как? Как?.. – мальчик потянулся за кубком, чтобы поднести его к свету, но уронил лежащую рядом с ним маленькую книгу. Та, упав с легким хлопком на пол, открылась.

Гарри, поставив кубок, который оказался очень тяжелым, на место, нагнулся, чтобы поднять ее. Но увидел маму.

На старинной колдографии. Она стояла возле какого-то черноволосого мальчика и улыбалась ему. Такая счастливая… Рядом в книге было вставлено еще несколько колдографий – целая стопка! На самой верхней – Лили сидела возле хогвартского озера и смотрела вдаль. Волосы ее развевались на ветру… «Совсем как у Гермионы», - пронеслось у Гарри в голове.

Вдруг мальчик услышал усиленное потрескивание угольков в камине возле себя. Понял, что кто-то воспользовался каминной сетью и через секунду будет здесь. Даже не успев подумать, что делает, Гарри закрыл книжку с колдографиями и сунул в просторный карман мантии.

Ах, каков был ужас Гарри, когда из камина вышел профессор Снейп!

Тот, в свою очередь, увидев мальчика, на секунду застыл с таким лицом, словно он увидел мчащегося на пегасе Волан-де-Морта. Но, не прошло и доли секунды, как на его лицо нашло такое гневное выражение, что Гарри попятился.

- П-професор, я не… - он не мог вымолвить ничего путного. Почувствовал, что на лбу выступила холодная испарина. Сердце в груди то бешено билось, то пропускало удар.

- Поттер… Что вы делаете в моих комнатах? – вкрадчивый голос был пропитан настоящим гневом. Гарри согласен был оказаться сейчас хоть в логове Арагога, лишь бы не перед Северусом Снейпом.

- Я… - все слова застряли в горле, отказываясь оттуда выходить.

- За мной, – приказал почти беззвучно зельевар через плечо. Гарри поплелся за учителем к двери в кабинет. Снейп очень любезно открыл их перед ним, и мальчик проскользнул внутрь так быстро, как мог. Профессор последовал следом, дыша злобой.

- Я говорил сидеть здесь до моего прихода и никуда не ходить? – спросил он, нависая над Гарри, словно черная туча.

- Говорили, профессор, но…

- А вы меня послушались, Поттер? – перебил его Снейп, сверля Гарри черными глазами.

- Нет, но…

- Никаких «но», Поттер, – отрезал профессор. – Вы знаете, что бывает, когда ученик не слушается преподавателя?

- Да, но я…

- Ученика наказывают, Поттер.

У Гарри упало сердце. Наверняка Снейп придумает что-то ужасное…

- Отработки с мистером Филчем в течение трех недель.

- Да, сэр…

- И вы напишете мне эссе длиной в три фута на тему непослушания и наказания.

Гарри нахмурился, но пробормотал:

- Да, сэр.

- И тридцать очков с Гриффиндора.

- Нет!..

- Не испытывайте мое исчезающее терпение, мистер Поттер… - Снейп прищурился.

- Да, сэр. Могу я идти? – спросил Гарри резко.

- Иди, – сказал Снейп, и Гарри услышал в его голосе усталость.

* * *


Вернулся в гостиную Гарри очень рассерженный и уставший. Он упал в свое кресло возле Рона и Гермионы и полез в ранец за тетрадкой с домашними работами. Задали на завтра, как всегда, ужасно много. Поэтому он не удивился, что друзья до сих пор не спят.

- Ну как? Почему он так долго тебя держал? – спросила Гермиона чуть с холодком - из-за сегодняшнего разговора. Кстати, Гарри заметил, что Рон самостоятельно мучился над домашними заданиями.

- Не спрашивай лучше, – ответил Гарри, откидываясь на спинку кресла и закрывая глаза. Голова очень болела.

- Ты бы лучше уроками занялся – а то не успеешь, – посоветовала почти сочувственно Гермиона.

Гарри с трудом отлип от мягкой спинки и послушно засел за нескончаемые задания.

Когда уже и друзья (хоть по поведению глупого Рона теперь трудно было сказать, что он Гарри друг) пошли спать, Гарри все писал и зубрил. Сознание его начинало потихоньку отключаться. Слова перед глазами расплывались, тупая головная боль рассасывалась, глупые мысли сплетались в идиотические тирады…

Голова опускалась все ниже, и когда она почти ударилась о стол, Гарри почувствовал, наконец, боль от того, что что-то острое впивалось ему в бок. Мальчик встрепенулся. Засунув руку в карман, он с ужасом нащупал там что-то твердое и прямоугольное.

«Я украл у Снейпа книгу», - подумал Гарри и ему тут же захотелось умереть. Это ж каким надо было быть оболтусом, чтобы украсть у Снейпа, Снейпа книгу?!

Гриффиндорец вытащил книжку и принялся ее разглядывать. Обложка была старая, потрепанная, но когда-то она была пурпурной. Книга называлась «Сказки Барда Бидля».

«Неужели Снейп - любитель детских сказочек?» - пронеслось в болящей голове Гарри.

Теперь, кроме незаконного проникновения на территорию Снейпа и продырявленного котла, которого профессор, кстати, еще не видел, на душе у Гарри лежала еще и кража книги.

Открыв книжку на форзаце, мальчик вспомнил, почему он ее украл.

Гарри взял в руки стопку колдографий, и заметил надпись на форзаце: «Дорогому Северусу от Лили в его День Рождения. 9 января 1972 года»

Гарри прикусил губу и сглотнул. Сжал свободную от колдографий руку в кулак.

Принялся вновь разглядывать фотокарточки, стараясь утихомирить бьющееся изо всех сил о грудную клетку сердце.

Мальчик, который стоял возле Лили… Он был так похож на… Гарри.

«Наверное, это Джеймс Поттер», - подумалось ему, но он чуть не задохнулся от воспоминаний о «признании» Снейпа…

На мальчике не было очков. И глаза были черные-черные… И нос довольно большой…

- Я ненавижу тебя, Снейп, – сказал Гарри, не боясь, что кто-то его услышит, ибо он сам остался в гостиной.

Он осторожно, чтобы не порвать на тысячу маленьких кусочков, положил колдографию на книгу.

На следующей карточке была прекрасная и задумчивая мама, но Гарри не мог сейчас долго смотреть на нее. Эту он тоже положил на место. А вот третья магическая фотография его озадачила.

Там был изображено шестеро подростков. Лили стояла посредине, улыбаясь и… положив голову на плечо Северусу Снейпу – здесь он был очень похож на себя – с чуть длинными волосами. Гарри стиснул зубы. С другой стороны мамы стоял, облокотившись на стену позади, сам Джеймс Поттер. Лицо его, как заметил Гарри в исступлении, не было похоже на лицо самого Гарри. Хотя на носу и красовались круглые очки, а черные волосы были растрепаны. Спереди, прямо на полу, присел еще один их сверстник – Сириус, без сомнения. Симпатичный, черноволосый и озорной. С двух сторон стояло еще два мальчика. Один был высоким, с серьезным лицом, несмотря на улыбку, и растрепанными русыми волосами. Он держал под мышкой книгу. Лицо этого школьника было немножко омрачено усталостью – это был Люпин. Другой мальчик был немного полноват, но… очень милый. Белые кудри обрамляли веселое лицо с двумя большими голубыми глазами. Неужели это Питер Петтигрю?

«Но как же так?! Как они все могли дружить? Ведь я видел то воспоминание Снейпа, за которое он меня так возненавидел!»

Мозг Гарри отказывался думать и осознавать. Оставалось только вырубиться, что он вскоре и сделал.
Добавил: Vassy |
Просмотров: 1758
Форма входа
Логин:
Пароль:
 
Статистика