Главная

"Если лучше приглядеться..." Глава 24: Излечение

Если лучше приглядеться

15.11.2014, 18:52
Солнце, медленно, но верно продвигающееся к горизонту, блестело на серебристой глади воды, слепя глаза трем гриффиндорцам и одной рейвенкловке. Дети сидели вчетвером, и никто не выявлял желания присоединиться к ним. Гарри сидел на желтоватой прошлогодней траве, подтянув к груди одну ногу. Его взгляд был устремлен куда-то поверх роскошных холмов на горизонте. По правую сторону от него примостился Невилл, обхватив колени руками. Возле него сидела Луна с повседневно-отстраненным взглядом. Но что-то в ней, в ее светлых глазах и тоне, каким она теперь разговаривала, немного изменилось в последнее время. Или она просто больше начала раскрываться друзьям? Рон, сидящий по левую сторону Гарри, сверлил взглядом ее сережки-редиски. Луна почти никак на это не реагировала. Наверно, так же, как и Гарри, давно привыкла, что на нее постоянно пялятся. Рон время от времени отрывал свой нахмуренный взгляд от ее украшений, чтобы соблюдать хоть какие-то правила приличия, но потом все равно возвращался к созерцанию редисок. И почему он постоянно так смотрит на эти дурацкие украшения, словно хочет прожечь в них дыры своим скептицизмом?
С тех пор, как распался «МОР», что случилось практически сразу после события в Большом Зале, никто не проявлял особого стремления общаться с основателями «Магической Организованной Революции». Хотя самих основателей это почти не беспокоило. Только Невилл как-то грустил, что, если на него и раньше почти никто не обращал внимания, то теперь его еще и умышленно избегали. Поэтому он попросил друзей, чтобы они не упоминали при нем глупую затею, из-за которой случилось столько ужасных вещей. Да и новость об увольнении его дяди тоже не вселяла в Невилла радости. В связи с этим волеизъявлением почти все время четверка проводила молча, ибо кроме «МОРа» их всех разом взятых почти ничего не объединяло. Но этим студентам все равно приходилось держаться вместе, потому что почти вся школа как будто ополчилась против них.
Гарри не спал вот уже двое суток. Головная боль зарождалась где-то внутри черепной коробки, и охватывала большую часть головы, переходя в ноющую боль в слишком напряженных мышцах шеи и плечевого пояса. Хотя Гарри сидел на берегу озера, ему казалось, будто он находится на берегу моря – так шумела кровь в ушах. Взгляд, в отличие от того, которым он только что пялился на горизонт, теперь был совсем рассеянным. Гарри даже не знал, куда он смотрит, и смотрит ли он вообще на что-то. Ему казалось, что он сейчас, как есть, повалится набок и уснет либо обычным, либо даже вечным сном. Мысли немножко притупились, и он не мог даже точно сказать, о чем сейчас думает. Во рту царил горький неприятный привкус. Руки, обхватившие одно колено, мелко дрожали, будто взбунтовавшись против отсутствия сна. Вдруг, неожиданно для себя самого, Гарри почувствовал, что глаза сильно пекут, и вскоре они начали активно увлажняться. «Что это я вдруг, - подумал Гарри, - плачу, как девчонка какая-то?». В его душе сразу же зародился страх, что кто-нибудь из друзей заметит эти непонятные слезы. Гарри аккуратно поднес к лицу волшебную палочку и шепнул слабое осушающее заклинание. Глаза вдруг запекло еще сильнее, кожа начала слегка зудеть, но слезы исчезли. Почувствовав себя теперь еще хуже, Гарри встал на ноги. Голова чуть закружилась, а пустой желудок послал ему тошнотворные ощущения. Но Гарри все равно быстро направился к замку, ни на кого не взглянув.
- Куда это ты собрался? – Закричал Рон ему вслед, выйдя из первого ступора. Гарри не останавливался, но спустя несколько секунд друг уже догнал его, и, крепко схватив за предплечье, развернул к себе. – Что с тобой? Ты какой-то странный в последнее время. И выглядишь жутко.
Гарри попытался вырваться из цепкого замка пальцев Рона, но сил оказалось слишком мало.
- Отпусти, Рон, - произнес он немного не своим голосом. При этом под кожей головы у него будто бы слабый электрический ток прошелся. До чего же мерзкое самочувствие.
- Слушай, тебе бы не помешало обратиться к мадам Помфри, - сказал Рон почти негодующе.
- Нет, - слишком мгновенно произнес Гарри.
- Но… - начал Рон, но Поттер вдруг перебил его громко:
- Да отстань ты от меня! – голос слегка сорвался, и прозвучало это совсем жалко, но Гарри одновременно сильно дернулся, и освободился-таки из крепкой хватки шокированного Рона.
- Ну, как знаешь, - не без обиды в голосе сказал Рон, и остался стоять на месте, пока Гарри продолжил свой путь, не оборачиваясь.
А затем он повернулся спиной к Хогвартсу и спустился назад к Невиллу и Луне, которые встревоженно наблюдали издалека за этой сценой. Впрочем, как и почти все гуляющие неподалеку студенты.
- Что случилось? – спросил Невилл, когда Рон приблизился к ним.
- Да я без понятия. Нервный он какой-то. Я ему говорю: рожа у тебя зеленая, иди в лазарет, а он злится и убегает, - пожаловался Рон раздраженно.
- Но ты ведь его друг, - произнесла вдруг Луна абсолютно спокойно.
- Да, и что? Если он такой глупый, я ничего не могу поделать, - отрезал Рон.
- Ты в этом уверен? – спросила Луна невинно.
- Ну, да, - ответил Рон, приподняв одну бровь и пытаясь понять, к чему она клонит.
- Если ты уверен, тогда все хорошо, - сказала Луна, смотря прямо перед собой.
- Ох, черт, - разозлился вдруг Рон. – Думаешь, я не прав? Ладно. Думай, что хочешь. Все равно общество даже слегка тронутого Гарри лучше общества ненормальной с редисками в ушах! – и он направился назад к замку, со злостью сжав кулаки.
Луна провожала его взглядом. В ее глазах сейчас можно было заметить боль, если бы кто-нибудь туда смотрел.
Рон вошел в замок и, не долго думая, направился к лестнице, ведущей наверх. Гарри мог быть сейчас лишь в одном месте.

* * *


Гарри думал о сне. Вернее, о его отсутствии. Ноги несли его по многочисленным ступенькам и коридорам. Впрочем, ему было все равно, куда он придет. Его голова сейчас была занята не этим. Но, очутившись около входа на смотровую площадку Астрономической башни, он совсем не удивился такому выбору. Незамедлительно он отворил дверь, ступил шаг вперед, и застыл.
Спиной к нему, опершись на перила и смотрящий вниз, стоял очень знакомый силуэт. Гарри чувствовал себя ужасно, но когда он увидел профессора Снейпа, стоящего к нему спиной, ко всем неприятным чувствам примешались еще и страх, смущение и львиная доля стыда. Снейп наверняка уже обо всем узнал. И это пугало Гарри больше всего. Он решил, что еще не готов к этому разговору и попытался тихонько ретироваться.
- Стоять, Поттер, - резкий голос настолько неожиданно прозвучал в глубокой тишине, что Гарри замер, занеся ногу. Он обернулся к Снейпу и увидел, что тот все еще стоит к нему спиной. Наконец, профессор повернулся, и несколько секунд изучал Гарри обеспокоенным взглядом.
- О чем ты думал? – слова Снейпа обрушились на Гарри тяжестью Вселенной.
- Я… - начал Гарри тихо, но его прервали:
- О чем ты думал, когда рисковал столькими жизнями? – спросил Снейп безжалостно. – Разве я не говорил тебе не нервировать Скелуса, разве не предупреждал? Зачем тебе твоя глупая голова, если ты ею не думаешь?
- Я думаю! – возмутился Гарри, пытаясь не умереть от стыда.
- Нет, - возразил неумолимо профессор Снейп. – Ты никогда не думаешь об опасности, которая грозит тебе и людям вокруг. Ты не думал, когда шел вместе с двумя первогодками прямо в руки Волдеморту. Не думал, когда полез в Тайную Комнату на съедение монстру. Даже не задумываясь, ты отправился в логово оборотня в полнолуние. Но когда ты пошел в Министерство, рискуя не только собственной жизнью, но и жизнями целой сворки детей, из-за твоей беспробудной глупости Сириус должен был пожертвовать жизнью!
На секунду между ними повисла тишина, которую украшали только жесткие порывы ветра.
- Вы… хотите сказать, я убил Сириуса? – спросил Гарри дрожащим голосом.
- Нет, но… - начал негодующе Снейп, но Гарри его перебил:
- Нет, вы так и сказали! И я с вами согласен. Меня это мучает уже почти год. Каждую ночь, каждую секунду, я не могу не думать об этом, - лицо Гарри испортила несчастная гримаса, глаза страшно блестели. – Я постоянно думаю, что бы сейчас было, если бы я тогда не поперся в Министерство. Вина просто сжигает меня изнутри. Но знаете, почему я тогда сделал это? – в его голосе зазвучали опасные нотки. – Потому, что вы не научили меня окклюменции, и я не смог защитить свой разум от чертова Волдеморта!
Снейп на секунду приоткрыл рот, будто хотел что-то сказать, а затем лицо его побледнело более обычного, а ноздри гневно раздулись.
- Я, конечно, не гожусь на роль идеального папеньки, и не всегда успеваю присмотреть за своим беспомощным сыном, - начал профессор угрожающе, - но стоит мне отлучиться на три недели, как он едва не разносит Хогвартс и из-за его проказ увольняют с работы половину Министерства. Посмотри, до чего ты себя довел. На тебя смотреть жалко.
- Чего?.. – донесся до них предельно удивленный, почти надрывный голос.
Рон Уизли вышел из-за двери. Лицо его вытянулось, глаза стали минимум в два раза больше обычного. Брови взлетели вверх, выражая крайний шок. Рот был приоткрыт в недоумении.
Снейп с Гарри уставились на Рона с такими же лицами. Что он здесь делает?!
- О…н… твой… отец? – сдавленно спросил Рон, сделав какой-то неопределённый жест дрожащей рукой в сторону Снейпа. Гарри понял, что его отрицанию и так никто не поверит, к тому же, здесь был профессор. Поэтому ему оставалось только одно:
- Да, - еле выдавил из себя он. Их «разговор» приобрел еще более интересный оборот после следующих слов Снейпа:
- Я думал, ты рассказал своему лучшему другу, - голос профессора прозвучал как-то странно, будто со смущением. Хотя, наверное, показалось. После этой фразы Гарри пришлось сделать над собой огромные усилия, чтобы не свалиться с ног.
«Даже Снейп не ожидал от меня такого. Наверное, будь он на моем месте, рассказал бы», - подумал Гарри с горечью. Усталость накатила на него со всей ужасной тяжестью, которую только способен был вынести человеческий организм. Гарри, подчиняясь то ли какому-то инстинкту, то ли чувству самосохранения, подошел к перилам и ухватился за них, чтобы не упасть.
Но то, что сделал после этого Снейп, просто окончательно сбило его с толку. Профессор приблизился к нему, схватил Гарри за руку, и, кинув Рону: «Мистер Уизли, простите меня за моего сына», утащил его с площадки.
Какое выражение лица было тогда у Рона и что он обо всем этом думал – этого Гарри позже так и не узнал. Сейчас же ему было все равно, куда его вел Снейп и как отреагирует на них, идущих за руку, весь Хогвартс. С каждым шагом Гарри становилось все хуже, но когда он увидел коридор, ведущий в лазарет, из последних сил промямлил:
- Сэр, не надо в лазарет. Пожалуйста…
Снейп так резко развернулся, выпустив руку Гарри, что тот едва успел притормозить. Профессор непроницаемым взглядом посмотрел на мальчика и спросил:
- Почему не надо, Поттер?
- Не надо… - Гарри посмотрел ему в глаза почти умоляюще. Снейп хмыкнул, одарив его подозревающим взглядом. Но они все же направились в другую сторону – в подземелья.
После многочисленных лестничных пролетов и сквозняков Снейп с Гарри оказались в пустом кабинете зельеварения. Но и здесь они не остановились, а последовали дальше – в личные комнаты профессора. Когда дверь за ними затворилась, Снейп усадил Гарри в ближайшее мягкое кресло и взмахом палочки зажег камин. Гарри безо всякого интереса уставился в полыхающий огонь. Спустя несколько секунд ему в руку сунули стеклянный пузырек и заставили выпить содержимое. Гарри безропотно проглотил мерзкое варево. Словно сквозь туман, Гарри увидел, как Снейп водит перед ним в воздухе палочкой. Так всегда делает мадам Помфри, накладывая на пациентов диагностические заклинания.
- Глупый ребенок, - выдохнул, нахмурившись, Снейп, и спрятал палочку. – Иди за мной.
Гарри повиновался, забывая реагировать на слова профессора. Вскоре он оказался в незнакомой небольшой комнате со светло-оливковыми стенами. Мальчика усадили на кровать, напоили еще одной гадостью, и оставили. Где-то на краю сознания Гарри прозвучало тихое «Спокойной ночи».
Даже не раздеваясь, он залез под одеяло, и мгновенно провалился в сон.

* * *


Гарри проснулся с ощущением возобновленных сил. Лежать в кровати было настолько тепло и приятно, что он не спешил открывать глаза и вставать. Однако сознание его понемногу пробуждалось, и вскоре он в ужасе вскочил с кровати, вспомнив вчерашние события. Комната с оливковыми стенами, в которой Гарри, собственно, находился, окончательно уверила его в реальности не слишком приятных воспоминаний. Гарри принялся как можно медленнее застилать постель. Переодеваться надобности не было, ведь он спал в школьной одежде, а его вещи находились почти за километр отсюда. Стряхнув со своей донельзя помятой одежды не то пыль, не то остатки сна, Поттер аккуратно отворил дверь, и выскользнул в небольшой темный коридор.
Пройдя пару метров, он очутился на пороге той самой комнаты, где он когда-то заметил кубок с чемпионата по квиддичу с инициалами Снейпа и украл у профессора книгу. К величайшему сожалению Гарри, в кресле напротив камина, с чашкой ароматного чая в руке, сидел Северус Снейп.
- Доброе утро, - сказал довольно холодно зельевар, повернув к Гарри голову.
Гарри тихо буркнул ответ, и сделал шаг вперед, чтобы не стоять в проходе, продуваемом сквозняком.
- Присаживайся, - спокойно пригласил его Снейп, указав на второе кресло.
Гарри с неким недобрым предчувствием сложного разговора приблизился, и присел на краешек мягкой мебели.
Спустя несколько секунд молчания Снейп опустил пустую чашку на стоящий рядом журнальный столик, и сказал:
- Вчера, как ты помнишь, я тебя обследовал. И я не имею ни малейшего представления, как ты смог довести себя до такого состояния, - при этих словах профессора Гарри прожгла волна стыда. Он злился. Злился на себя за то, что ничего не рассказал Рону. За то, что не послушался Снейпа. А злость на себя за участие в «МОРе» не покидала его вот уже третий день.
Снейп, тем временем, продолжал:
- Даже если бы ты принимал зелье каждый день, оно не должно было вызвать такого привыкания. Но у тебя, видимо, какая-то особенная реакция на диазепам, хотя я и ослаблял его действие.
Гарри попытался сделать умный вид, чтобы профессор не догадался, что он впервые слышит об этом диазепаме.
- Но, как бы то ни было, ты сейчас физически зависим от Зелья Для Сна Без Сновидений, и это надо лечить, - подытожил Снейп, а Гарри нервно сглотнул. – Зелье, которое я дал тебе вчера, только временно нейтрализовало какое-либо действие на твой организм Зелья Для Сна Без Сновидений. Но ты не можешь принимать его вечно. Поэтому тебе придется принимать другое, немного менее приятное снадобье. Я не просто так говорил тебе, что даже с помощью магической медицины непросто излечить зависимость. Зелье, о котором идет речь, варится на основе корней ибоги – растения семейства Кутровые. В этих корнях высокая концентрация ибогаина – вещества, которое даже магглы используют для лечения от наркотической зависимости. Это, по сути, самый оптимальный вариант излечения подобных заболеваний, но чреват он одним нюансом – ибогаин довольно сильный галлюциноген. Во избежание неприятных последствий я оптимизировал это его действие, но, несмотря на мои старания, результат частого потребления зелья может быть довольно непредсказуемым. Для начала это головокружение, затекание конечностей, потом тошнота, может проявиться анемия, депрессивное состояние. Но все же это лучше, нежели галлюцинации, можешь быть уверен, - добавил профессор, увидев реакцию Гарри.

* * *


Гарри только что вышел из кабинета зельеварения с непроницаемым выражением лица. На самом деле, он все время прислушивался к собственным ощущениям. Не проявились ли еще симптомы только что выпитого зелья? Снейп, конечно, говорил, что они появятся лишь через несколько дней после ежедневного употребления, но вдруг у Гарри и к этому снадобью тоже какая-то особая чувствительность?
Когда Гарри пришел в гриффиндорскую гостиную, он среди множества учеников увидел рыжую макушку Рона Уизли и поспешил к нему.
- Рон, - начал Гарри, надеясь, что друг еще не слишком его возненавидел. – Извини.
Но Рон даже не обратил на него внимания, в отличие от остальных находящихся здесь гриффиндорцев.
- Позволь мне объяснить тебе все, - попросил Гарри, но Рон просто поднялся и быстро направился в сторону спален для мальчиков.
Когда за младшим Уизли захлопнулась дверь, Гарри еще миг стоял среди родной гостиной, пронизываемый десятками взглядов. А затем сжал кулаки и последовал за Роном.
Войдя в их спальню, он обнаружил младшего Уизли стоящим около окна, всматривающегося в унылый пейзаж.
- Гермиона знает, да? – прервал затянувшуюся тишину холодный как никогда голос Рона.
- Рон…
- Давно? – спросил Уизли, грубо перебив Гарри. – Или… всегда?.. – последнее слово прозвучало настолько тихо и горько, что у Гарри мурашки по коже пробежались.
- Нет! – выкрикнул сразу же Гарри. – Я сам узнал только… в начале этого учебного года, - закончил он совсем безнадежно. Злость на себя самого быстро перерастала в ненависть.
- Так значит, все это время... – начал Рон с болью в глазах. – Но почему ты ничего мне не рассказал?.. Ведь я всегда открывал тебе все свои тайны, я даже давал тебе читать свои письма. Я думал, мы друзья, - последнее предложение прервало для Гарри поток воздуха.
- Я просто…
- Не доверяешь мне? В отличие от Гермионы, - жестоко закончил вместо Гарри Рон.
- Но ты не спрашивал! – воскликнул он, будто хватаясь за последнюю спасительную соломинку. – Гермиона спросила сама.
- Ах, так, - протянул Рон почти с ненавистью. – А сколько раз я давал тебе знать, что понимаю, что ты что-то от меня скрываешь? Сколько раз я пытался разговорить тебя! Но я даже не подозревал, что это может быть что-то столь… чудовищное, - произнес он почти в ярости.
- Чудовищное?.. – повторил Гарри едва слышно. Почему-то это его задело. Почему это так больно?
- Раз для тебя это так чудовищно, не надо было подслушивать! – воскликнул он вдруг со злостью.
Лицо Рона неожиданно сменило гневное выражение на боль и уязвимость. Он подошел к Поттеру почти вплотную, заглянул прямо в глаза, и сказал:
- Я просто волновался за тебя. Поэтому пошел за тобой. Но, как оказалось, тебе не нужна помощь того, кто столько раз рисковал ради тебя жизнью. Ты думаешь лишь о своих проблемах. Друзья тебя не волнуют. Ты… - хотел что-то еще сказать Рон, но запнулся, утомленно прикрыл глаза, обогнул Гарри и вышел из помещения.
Добавил: Vassy |
Просмотров: 1184
Форма входа
Логин:
Пароль:
 
Статистика