Главная

"Если лучше приглядеться..." Глава 18: Нонсенс и раздумья

Если лучше приглядеться...

07.11.2014, 01:03
Гарри в нерешительности остановился перед темной дубовой дверью. Поднес к ее поверхности руку, и несколько раз постучал костяшками пальцев. Прозвучало скупое "Войдите", и Гарри проскользнул внутрь, воспользовавшись сим приглашением.
Профессор Снейп стоял посреди своего кабинета. Одет он был в теплую черную мантию. Черный-таки взгляд Снейпа дырявил циферблат его наручных часов.
- Вы опоздали на целых шесть минут, мистер Поттер, - произнес Снейп, поглядев, наконец, на Гарри.
- Извините, сэр. Вот ваша книга. Спасибо, - сказал Гарри, протягивая профессору "Генеалогическое Древо Гарри Северуса Снейпа". Профессор кивнул, и, взяв книгу, исчез за дверью своих апартаментов. Не прошло и минуты, как он стоял перед Гарри уже с пустыми руками.
- Ты готов? - спросил Снейп, окинув взглядом теплую одежду Гарри, которую тот надел.
- Да, - кивнул Поттер.
- Тогда за мной, - профессор быстрым шагом направился к двери. Гарри поспешил за ним.
Миновав множество коридоров, они оказались возле главного выхода из замка. Ни на секунду не остановившись, Снейп отворил дверь и пропустил Гарри вперед. Тот сначала застыл на месте, но, поймав взгляд профессора, послушно вышел. Снейп последовал за ним.
Холодный порыв ветра взлохматил и без того не очень-то ухоженную прическу Гарри. А посмотрев под ноги, мальчик понял, что нормально идти ему не удастся - на улице стоял гололед. Чуть грязноватый снег покрылся коркой льда, к тому же морозный воздух создавал ощущение, что все внутренние органы уже превратились в сосульки.
Интуиция Гарри не обманула. Как только они отправились в путь, он чуть не упал на Снейпа, идущего впереди. К счастью, профессор этого не заметил. А если и заметил, то вида не подал. Сам зельевар за весь путь даже ни один раз не потерял равновесие. Небо было затянуто тучами, но снега не было. Морозный ветер, словно хлыстом, стегал по лицу и отмораживал конечности.
Наконец, когда Гарри уже понял, что взял с собой слишком тонкую одежду для такого похода, Снейп остановился.
- Дай руку, - произнес профессор, поворачиваясь к Гарри лицом.
Поттер с каким-то то ли недоверием, то ли ужасом начал протягивать руку к Снейпу. Когда теплые цепкие пальцы Снейпа вцепились в оледеневшую ладонь Гарри... случилось нечто очень странное. Мир немедленно погрузился во тьму, грудь Гарри стиснуло с такой силой, словно он нечаянно попал под пресс на маггловской фабрике. Поттер почувствовал, будто все его тело деформируется и его несет куда-то сквозь темноту. Единственное нормальное ощущение, оставшееся в эти мгновенья-тысячелетия - это сильная рука, намертво вцепившаяся в руку самого Гарри.
Внезапно в мир вернулся свет. Много белого, черное и серое окружило Гарри. Колени ударились о что-то колючее и обжигающе холодное. Глаза слезились после той экзекуции, что он только что вынес. Голова шла кругом, дыхание сбилось. Спустя полминуты, когда Гарри чуть пришел в себя, он различил под коленками тот самый оледеневший снег. Подняв голову, мальчик увидел низ черной мантии своего профессора, который возвышался над ним. Гарри воспользовался протянутой рукой, и поднялся на ноги.
Огляделся вокруг. Они находились на кладбище, сомнений не было. Серые надгробия, покрытые коркой льда и шапками твердого снега, были единственными свидетелями пребывания здесь Гарри и Снейпа. Вдалеке стояла старинная деревенская церковь.
- Нам сюда, - голос профессора прозвучал как-то странно в этой необычайно тихой обстановке.
Пройдя возле какого-то надгробного камня, настолько старинного, что на нем стерлось имя обладателя могилы, они остановились перед широким прямоугольным надгробием. У Гарри перехватило дыхание - это могила Джеймса и Лили Поттеров.
Он знал, что идет, чтобы увидеть ее, но понимал, что еще не готов. Конечно, Джеймс не был его отцом, но мама...
Он не знал, сколько времени стоял здесь. Возле могилы мамы и Джеймса Поттера. Которого он любил, хоть почти и не помнил. И мечтал, чтобы все было иначе, чтобы "папа" жил. Вдруг слева что-то засветилось. Это Снейп наколдовал серебряное сияние, в котором появился пышный букет обычных ромашек. Затем сияние исчезло, букет медленно опустился в руку Снейпа. Профессор подошел впритык к надгробию, наклонился, и положил цветы под именем Лили Поттер. Тогда так же наколдовал букет желтых хризантем, и опустил на снежный коврик под именем Джеймса Поттера.
Гарри боялся посмотреть в лицо профессору. Боялся увидеть там какие-то чувства или даже слезы. Вместо этого он боролся с собственными чувствами.
Вот уже пятнадцать лет, как они погибли. А Гарри еще ни разу здесь не побывал. Первые одиннадцать лет он даже не знал истинной причины смерти этих людей. Как же больно понимать, что их уже не вернуть! Как холодно и пусто на душе от мысли, что его детство прошло без родителей. Что мама не видела, как он вырос. Что отец не имел права даже признаться о своем существовании, не то чтобы привести Гарри сюда. Что Лили и Джеймс остались где-то позади, или же унеслись далеко вперед, и эту потерю им, живым, придется проглотить, словно горькое зелье. Что единственное, на что они способны - это положить на холодный камень цветы. Эти люди умерли, чтобы Гарри жил. И он обязан жить, но почему кто-то должен был забрать их у него? Почему кто-то должен был украсть у него еще и живого отца? Почему их семью так жестоко ограбили, их жизни уничтожили, а любовь растоптали и прикрыли? И почему, в конце-концов, именно Гарри должен здесь навеки лечь, рядом с мамой и Джеймсом Поттером, только потому, что так глаголет пророчество? Или они умерли даром?
Глаза защипало. Вскоре они наполнились быстро стынущей на морозе влагой, и все вокруг стало размытым. Гарри отвернулся в сторону, чтобы не показывать свои слезы Снейпу. Когда соленая вода "вышла из берегов" и покатилась по лицу, Гарри направился вдоль полуразрушенных могил, пытаясь успокоиться. Слезы не переставали течь, отмораживая Гарри щеки на таком ледяном ветре. Горло сжало горечью. Дыхание стало прерывистым. Но Гарри было уже немного наплевать. Он брел хрустящей под ногами дорожкой, мысли и рыдания переполняли его.
Спустя несколько минут он понял, что зашел далеко. Снейп не последовал за ним (за что Гарри был ему благодарен), и теперь издалека было видно лишь маленькую черную точку - мантию профессора. Гарри засунул замерзшие руки в карманы и огляделся. Вокруг были лишь надгробия. Какое-то искореженное долгой и мучительной жизнью дерево мерзло справа. Одно из надгробий привлекло внимание Гарри - оно выглядело очень уж древним.
Гарри приблизился к сему раритету и присел, дабы получше разглядеть находку. Старинная мраморная плита, потресканная и перекосившаяся, была почти полностью покрыта снегом и льдом. В одном месте лед был настолько прозрачным, что можно было различить выгравированный на камне герб...
Гарри открыл рот от удивления - это был тот самый знак, в виде которого был сделан амулет, который прислал Скримджер. Тот самый знак, что был изображен в "Сказках Барда Бидля". И тот же самый знак, что украшал кольцо лорда Генри Перси, нарисованное в книге Аргуса Амайноса.
Нет, ну разве не ирония судьбы? Или этот дурацкий треугольник просто решил теперь преследовать Гарри повсюду вплоть до его кончины? Мальчик протянул руку и попытался содрать с плиты ледяную корку. Не получилось. Тогда Гарри достал палочку и промолвил заклинание горячего воздуха. Из кончика палочки вырвался пар, уничтожая остатки снега с надгробия. Вскоре Гарри смог прочесть полустертое временем:
"Игнотус Перевелл
12 июля 1214 - 18 мая 1291
".

"Перевелл? - подумал Гарри. - Где-то я это уже встречал. Ах, да! Ну конечно же! В генеалогическом древе, которое мне дал Снейп, было полно Перевеллов где-то на первых страницах".
Гарри поднялся на ноги и с задумчивым видом поплелся туда, где его ждал профессор Снейп.
- Пора возвращаться, - сказал Снейп, когда гриффиндорец приблизился к нему.
- Сэр, - обратился к учителю Гарри.
- Да, Гарри?
- Хочу, чтобы вы знали... - Поттер сам опешил от того, что намеревался сказать. - Когда все это закончится... я... сменю фамилию. На настоящую.
Что-то особенно незнакомое и нетипичное блеснуло в глазах Северуса Снейпа.
В следующий миг Гарри почувствовал тепло черной мантии профессора и руку, обнявшую его за плечи, словно ребенка. Носом мальчик уткнулся в плечо Снейпа. Ситуация, вроде, шокирующая, но, как ни странно, приятная.
- Сын, - прошептал над ухом профессор Снейп.
Они простояли так то ли миг, то ли вечность, когда Снейп, наконец, выпустил Гарри из объятий. На секунду с лица профессора исчезла ничего не выражающая маска, и Гарри успел заметить там волнение и немножко... нежности? Как не типично для Снейпа. Но в следующее мгновение его лицо вновь обрело свое всегдашнее бесстрастное выражение.
- Ты готов? - спросил зельевар, держа Гарри за руку.
- Да, - кивнул тот, оглянувшись в последний раз на могилу Джеймса и Лили.
И они опять трансгрессировали, оставив старые надгробия на усмотрение ледяному ветру.

* * *


Вернувшись в замок, Гарри сразу же отправился на уроки. Через десять минут должна была начаться трансфигурация. Возле кабинета уже собралась кучка студентов, ожидая прихода профессора Макгонагалл. Гарри поздоровался с ребятами, и отыскал взглядом Рона. Тот стоял возле стены и копался в своем портфеле, ища что-то.
- Привет, - улыбнулся Рон, заметив Гарри. - Ну, как там снейповская отработка? Он вообще себе одурел - отпрашивать тебя с уроков, чтобы ты отбывал наказание в его вонючих подземельях!
- Рон, скажи честно, - начал Гарри убито. - Я схожу с ума, да?
- Немного, - ответил Рон уверенно. - А почему ты спрашиваешь?
Гарри сам задумался над этим вопросом.
- Не знаю. Просто странно все это, - протянул он, опускаясь на корточки.
- Да ты не переживай! Если б у меня были твои проблемы, я б уже давно в психушке бушевал, - похлопал его по плечу Рон.
- Спасибо, утешил, - усмехнулся горько Гарри.
- Кстати, Гермиона нам письмо прислала, - сказал Рон, продолжая рыться в сумке. - Но, черт побери, я не могу его найти, - пробурчал он, окончательно взбесившись, и просто вывернул все содержимое своего ранца на пол.
Гарри увидел в образовавшейся куче хлама много интересных вещей - от старого огрызка яблока до коробки волшебных шахмат.
- Ах, вот оно! - воскликнул Рон, вытащив из-под потрепанной книги по трансфигурации немного помятый конверт. - Я решил не открывать его без тебя. Держи, - и он протянул письмо Гарри.
Вскрыв конверт, ребята прочли следующее:
"Дорогие Гарри и Рон!
Я надеюсь, вы еще не натворили никаких глупостей. Мне так жаль, что я не могу контролировать ваши безответственные действия отсюда! Не смейте прогуливать уроки. Вам необходимы знания. Не забывайте об этом.
Кстати, я приеду к вам на рождественские каникулы, Рон. Просто ужасно соскучилась по всем. Здесь ужасная атмосфера. Но хватит обо мне. Я кое-что нашла.
Короче говоря, я абсолютно случайно наткнулась на книгу о Британском музее. Оказывается, кольцо Генри Перси находится именно там. Но вы же понимаете, что это значит!
Скримджер не мог просить нас грабить музей. Значит, это не он. Но зачем тогда кому-то называться чужим именем? Наверняка, это какой-то злоумышленник. Быть может, это вообще ловушка. Мы с самого начала не должны были идти у него на поводу. Все это пугает. Надо было сразу рассказать обо всем Дамблдору.
Теперь читайте внимательно:
1. Ни в коем случае не принимайте посылки от этого подозрительного типа.
2. Если послание подкинули - не трогайте его. Не распечатывайте. Спрячьте где-нибудь подальше и забудьте о нем.
3. Подумайте. Быть может, нужно сообщить обо всем профессору Макгонагалл, или даже Снейпу.
4. И. Не. Вздумайте. Грабить. Британский. Музей.
5. Не ввязывайтесь в неприятности - Скелус Декус не так прост.
P.S. Будьте осторожны. Скоро увидимся.
Искренне ваша, Гермиона.
"
- Нет, ну разве не ужасная женщина? - спросил Рон, собирая свои вещи назад в портфель. - Вечно желает все держать под контролем.
Пришла Макгонагалл, и ученики начали неспешно вваливаться в класс.

* * *


После окончания уроков Гарри и Рон отправились в Гриффиндорскую башню - собирать вещи. Рон пребывал в прекрасном настроении, несмотря на усталость после занятий. Он носился по всей спальне, отыскивая свои носки-одиночки, и с восхищением рассказывал о праздничном пироге, который его мама готовит каждое Рождество.
Гарри же пребывал в близком к прострации состоянии, до сих пор не отошедший от посещения могилы Поттеров. Мысли в голове путались, мешая сконцентроваться на чемодане с вещами. Что-то необъяснимо тяжелое давило на сердце, заставляя несчастный орган сжиматься от печали. Даже то, что он поедет на каникулы к семейству Уизли, не приносило особой радости. Хотя...
Гермиона обещала приехать. Гарри вдруг понял, что ужасно соскучился по ней. Это было так странно - тот поцелуй в щеку. Может ли такое быть, что Гермиона к нему неравнодушна?.. Или это был просто дружеский жест? Но нет. "Просто друзья" прощаются чуть иначе. Гарри перехватило дыхание от одного воспоминания, как они обнимались. Он до сих пор не мог забыть освежающий запах ее торчащих во все стороны волос. И вообще... она вся такая маленькая, хрупкая, хоть и ужасно умная...
Так. Стоп. Гарри прервал себя, осознав, что уже пять минут думает о том, какая милая улыбка у Гермионы.
Но все же страшно даже подумать, что она могла поцеловать его из жалости. Что Гарри, такой горемыка, влюбился в нее по уши, а у нее для него ничего нет. А она не может ответить взаимностью. А у нее... может, у нее уже кто-то есть?! Гарри ведь никогда раньше особенно не интересовался личной жизнью Гермионы. Если она влюблена в другого? А Гарри, будто идиот, сохнет по ней? И... признался в любви, чтоб его.
Гермиона даже не написала ему ни разу. Только это "письмо к народу", но в нем нет даже намека... Стоп. Намека на что? Надо остановиться. Подумать о чем-нибудь ином.
А думать было о чем. Гарри ущипнул себя, чтобы проверить, не приснилось ли ему то, что случилось между ним и Снейпом несколькими часами ранее.
Сначала Снейп обнял его. Нет, не так. Сначала Гарри пообещал изменить в будущем (интересно, в каком, ведь он со дня на день должен помереть от руки Волан-де-Морта) свою фамилию на "Снейп". Гарри мысленно проклял себя. Снейп ведь наверняка знает о пророчестве.
Тогда немного легче обьяснить реакцию профессора. Быть может, если бы это был не Снейп, Гарри не был бы так шокирован. Но его обнял определенно Снейп, и от этого мурашки шли по коже. Неужели слизеринскому декану присущи человеческие чувства и порывы? Этот вопрос мучал Гарри еще с того момента, как он стащил у Снейпа книгу со старыми фотографиями. Такие сантименты... Либо это какой-то грандиозный розыграш, либо Гарри абсолютно не знает, кто такой на самом деле Северус Снейп.
Но самое страшное произошло уже по возращению в Хогвартс. Ох, черт. Кажется, Снейп предложил Гарри встретить вместе Рождество.
Сам нонсенс ситуации приводил мозг в тупик. Все это жутко пугало. Этот профессор Снейп, который ненавидит Гарри Поттера с первого урока. Профессор Снейп, который так подло высмеивает его перед всем классом. Профессор Снейп со своей саркастической ухмылкой и неистощимым запасом ядовитых замечаний. Этот профессор Снейп обнимает Гарри, называет сыном, и приглашает к себе на Рождество. Похоже на прелюдию к фильму ужасов.
Но что правду таить, Гарри тоже ведет себя странно в последнее время. Он ведь еще помнил ту старую добрую ненависть, бушевавшую в нем каждый раз при виде зельевара. А теперь ее нет. Ну вот нет, и все тут. Иногда профессор, несомненно, выводит его из себя. Зачастую - просто пугает. Но Гарри, даже не веря до конца в искренность Снейпа, не может ненавидеть его после всего, что тот сделал для него и того, что рассказал ему.
Но что же делать с этим подозрительным приглашением? Гарри представил себе Снейпа, распевающего рождественские песенки, наряжая при этом большую пушистую елку, и усмехнулся. Что можно ожидать от этого человека? Судя по последним событиям, чего угодно.
У Гарри есть время до двадцать третьего января, чтобы дать ответ.

* * *


"Хогвартс-Экспресс" неспешно уносил их в темень ночи. Колеса спокойно отбивали лишь себе известный ритм, а большие пушистые комки снега благополучно обклеивали окно снаружи. Внутри же теплого купе, освещенное желтыми лампами, происходило второе и последнее перед рождественскими каникулами собрание организации Луны. Присутствовали все четыре участника: Луна Лавгуд, Рон Уизли, Гарри Поттер и Невилл Лонгботтом. Последний вступил в организацию еще вчера и даже попал на первое собрание. Похоже, эти четверо уже долго о чем-то говорили, но сейчас между ними повисло молчание. Каждый напряженно размышлял о чем-то.
- Еще какие-то вопросы? - спросила, наконец, Луна, отстраненно разглядывая страницу "Придиры". Услышав в ответ тишину и почувствовав несколько выразительных взглядов, она сказала без определенной интонации, но с улыбкой:
- Ну, тогда я пойду. Надеюсь, вы все поняли. Счастливого Рождества.
И девочка вышла из купе, неслышно затворив за собой дверь.
В окне побежали огни лондонского пригорода.
Добавил: Vassy |
Просмотров: 1455
Форма входа
Логин:
Пароль:
 
Статистика