Главная

Действие второе. Близкое знакомство.

ФАНФИК "ТВОЙ ГОСПОДИН" NC-21

25.08.2014, 21:01
Когда они наконец покинули комнату, оставив меня наедине с собой, я вновь перевел взгляд на экран и непроизвольно присвистнул. За время разговора со своими работниками, девица успела перевернуть то немногое, что находилось в комнате, вверх дном. Проведя по сенсорной панели, прибавил звук и, ухмыляясь, взглянул на экран. 
Ящики из комода были выдернуты и разбросаны по углам комнаты. Катерина даже кресло умудрилась перевернуть и, стащив белье с кровати, кажется, разорвала его в клочья. Куски черного атласа валялись по всему полу, а у разъяренной девушки на лбу виднелась широкая повязка из той же ткани. Кэт кричала, выдавая знатные ругательства, и осыпала проклятиями хозяина дома, а я лишь рассмеялся в ответ, напрочь забыв о том, что микрофон включается одновременно со звуком динамиков. 

– И что здесь смешного? – девушка резко остановилась и направила свой взгляд прямо на камеру, уже успела определить ее положение. – Ты... ты... Паршивый толстосум! Немедленно выпусти меня! – ее голос уже совсем не дрожал. Из напуганной еще несколько мгновений назад девчонки, она превратилась в уверенную в себе, готовую дать отпор девушку. Ту, которая зацепила меня вчера, с полыхающим ненавистью взглядом, готовую биться до конца. 

– Придется много работать над твоими манерами, крошка, – убрав из голоса смех, произнес ледяным безэмоциональным тоном. 

– Чего?! Ты рехнулся, дядя? Ты знаешь, что все, что ты делаешь, подпадает под несколько десятков статей?! - встав напротив камеры, Катерина скрестила руки на груди с совершенно бесстрашным видом, отчего вновь вызвала во мне усмешку. 

– Ты лишь ухудшаешь свое положение таким поведением, Катерина, - в этот раз я не смог скрыть смеха, меня безумно заводила эта новая игра. В своих мыслях я уже рисовал картины происходящего в ближайшем будущем и точно знал, каким именно станет ее первое наказание за неподобающее поведение. То, что не оставит следов на нежной молочной коже, не испортит ее привлекательности, но позволит пленнице всецело убедиться в моей безжалостности. 

– И что ты сделаешь? – хмыкнула девчонка, поджав губы. – Изобьёшь? Свяжешь? Изнасилуешь? Или просто убьешь? – казалось, Кэт совсем не тронуло то, что я знаю ее имя. Ни одной эмоции не отразилось на лице пленницы, или она подготовила себя к этому? Вероятно, девчонка совсем не понимала, в какую ситуацию попала. Но лицитатор говорил о том, что ей были разъяснены все правила... Что ж, вскоре мы это узнаем из первых уст. 

– Последнего пункта тебе точно не дождаться, крошка, - чуть склонив голову набок, протягиваю руку к пульту управления. - Это слишком легко, а я легких путей не выбираю. Скоро мы познакомимся лично, ждать тебе осталось недолго. 

На этих словах отключаю в комнате свет, и ее мгновенно заволакивает мрак, оставляя девушку посреди раскуроченной комнаты. Выключаю камеру и откидываюсь на спинку кожаного кресла, запрокинув назад голову и запустив пальцы в волосы, слегка ероша их. 

– Нда, Алекс... - усмехнулся и резко поднялся с кресла, огибая стол и подходя к креслу, на котором стояли бумажные пакеты. Заглянув в первый, обнаружил шелковые пижамы: короткие шортики и с откровенным вырезом топы, отделанные стразами и кружевом, насыщенных ярких оттенков. Красная, даже ближе к бордо, цвета спелой черешни. Черничная, ярко-желтая и изумрудная. Все они должны были хорошо сочетаться с цветом ее кожи и очень выгодно подчеркивать его. Во втором пакете оказались комплекты нижнего белья, как красочных, так и пастельных тонов. Полупрозрачное кружево, которое должно сексуально лечь на ее мягкие формы. Также среди покупок обнаружил махровый халат и три платья: пару коктейльных и одно в пол серебристого цвета. Для начала и этого хватит, но все же нужно будет самому навестить бутики и подобрать Катерине подходящий гардероб. В будущем ее нужно будет вывозить на закрытые вечеринки в «Вуаль», а то еще пойдут слухи, что я прибил эту малолетку. Но только после того, как эта особа выучит все правила, соответствующие своему новому положению. 

***
 

Забрав все пакеты, выхожу из кабинета и сворачиваю вместо столовой в кухню, отчего растерявшаяся Мелси роняет из рук стакан, и тот со звоном, мелкими кусочками разлетается по полу. 

– Ой... - виновато смотрит на меня женщина. - Лекс, чего же ты тут делаешь? Я тебе уже в столовой накрыла, - она медленно опускается на колени, по инерции намереваясь собирать стекло руками. 

– Стоять! - выпаливаю сгоряча, делая шаг вперед и протягивая к ней руку. - Для этого же есть пылесос! Снова порежешься... - растерявшись еще больше, Мелси резко выпрямляется. 

– Лекс... - только ей и матери позволено меня так называть, но женщина разговаривает со мной на "ты" и обращается по имени, лишь когда мы наедине, считая, что если будет позволять себе это в присутствии остального персонала, сможет дискредитировать меня, хотя я вовсе не запрещал ей такую вольность. - Эта девушка... - Мелси не договаривает, так как я подношу палец к ее губам, заставляя замолчать. 

– Не сейчас... - усмехнулся, потому как знал уже ее вопрос. - И возможно не сегодня. Но я возьму бутылку воды. 

– Но так нельзя! Ты что же решил ее голодом заморить? – негодуя, мотает головой женщина, укоризненно глядя на меня. 

– Мелси, прошу тебя... 

И она сжимает губы в ровную полоску, отворачивается от меня, направляясь к холодильнику. 

– Зачем ты сюда пришел? Не за водой же... - женщина достает с дверцы холодильника бутылку минеральной негазированной воды и протягивает мне. 

– Выйди на пару минут. Я возьму то, что мне необходимо и через час вернусь обедать, уже в столовую, - медленно подхожу к ней и забираю из рук прохладную бутылку. 

Мелси, более ничего не говоря и не показывая никаких эмоций, выходит из кухни, а я, воспользовавшись полной свободой, вновь открываю холодильник и из овощного отдела достаю корень имбиря. Усмехнувшись, подкинул его в руках, примеряя на вес и длину. Найдя нож для чистки овощей, очистил и придал корню необходимую форму, а по окончанию прибрал за собой, дабы не оставлять ненужных следов. Прихватив пакеты, которые оставил у входа и бутылку воды, покинул кухню и, предвкушая приближающийся момент, направился к винтовой лестнице, вырезанной из белого дерева, ведущей на цокольный этаж. 

Вход туда опять же ограничен дверью с кодовым замком и электронным ключом. Этот этаж скрывает мою темную сторону жизни. И хотя половину цоколя занимает сауна и бассейн, но вот вторая половина – это три комнаты, каждая из которых имеет свой оттенок и характер. Но все их объединяет одно - они предназначены для сексуальных игр извращенного характера, извращенного для большинства населения планеты. Для меня же секс существует только в такой форме. И только имея полную власть над своей партнершей и причиняя ей боль, я могу получать удовольствие. И я никак не думал, что меня будет так сильно заводить то, что в моей власти будет находитЬся девушка, не желающая добровольно дать мне то, что я хочу. Что мне придется принуждать Катерину, ломать ее жизненные устои и волю. И мое дьявольское сознание рисовало мне немыслимые, захватывающие дух картины моих возможностей, от которых вспыхнул азарт в глазах, а во всем теле появилось приятное напряжение. 

*** 


Захожу в среднюю комнату, соседствующую с черной, с той, в которой находится девушка. Обстановка здесь иная: цвета исключительно в кровавых и бордовых оттенках, даже мебель из темно-красного дерева, в воздухе витает аромат пачули, слегка терпкий, но очень подходящий к этой атмосфере. Большая кровать, выполненная в стиле царских веков, с массивными резными спинками и столбами по углам, которые сверху покрывает балдахин. Опять же большой комод, в котором попрятана атрибутика. Над ним музыкальная система и система для светомузыки. Дальше по стене висят на крючках плети, розги, стеки и шлепалки совершенно разных форм, но исключительно кожаные. Вдоль противоположной стены стоит длинный диван, на который Клод и сложил все вынесенное из черной комнаты. Положив пакеты на кровать, задумчивым взглядом скольжу по дивану, прикидывая, что мне может понадобиться для знакомства с моей новой игрушкой. С хищной улыбкой освобождаю один из них, просто вытряхнув нижнее белье на кровать, и уже с пустым пакетом направляюсь к дивану. 
Первыми в него отправляются кожаные манжеты для запястий, скрепленные между собой метровой, толщиной в палец, металлической цепочкой. Такие же манжеты для щиколоток, только цепочка там длиннее в два раза. Теперь от металлических наручников и веревок мне придется отказаться, так как они оставляют на коже синяки и ссадины, а кожу Кэт, такую нежную, с ее необыкновенным цветом, я просто не в силах испортить. Вновь пробегаясь взглядом по предметам на диване, замечаю металлический расширитель для рта - кольцо диаметром в четыре сантиметра, с кожаными тонкими черными ремешками, которые будут отлично сочетаться с ее волосами. Расширитель отправляется вслед за манжетами, а я останавливаюсь, обдумывая, что же еще мне сейчас может пригодится. Тюбик лубриканта, упаковка вагинальных свечей с сильнейшими афродизиаками... По возвращению к кровати, на глаза мне снова попадается нижнее белье и, обдумав свою мысль, с хищной улыбкой отправляю в пакет черные кружевные трусики, бутылку воды и корень имбиря. Из комода достаю упакованный катетер Нелатона и пластмассовую трубочку для него длинной в полтора метра, а также спиртовые салфетки и стеклянную бутылку на пару литров. На глаза попадается тюбик с хлороформом; довольно кивнув сам себе, беру марлевую салфетку, обильно смачиваю ее раствором и зажимаю в руке так, чтобы он не выдохся раньше времени. 

Ну вот, все, что мне необходимо, собрано, и с наполненным бумажным пакетом направляюсь к выходу из комнаты, но взгляд цепляется за собственное отражение в зеркале в полстены. «Толстосум!» - проносится эхом выражение девчонки у меня в голове, и, не сдержав себя, в голос смеюсь. Я помню, как Катерина была удивлена в кабинете лицитатора, увидев перед собой не богача-неудачника с противной, обрюзгшей внешностью, а высокого, хорошо сложенного мужчину. От отца мне достались отличные данные: рост под два метра, широкие плечи и узкие бедра, пышные, цвета густой смолы волосы и правильные черты лица. В определенных кругах он в свое время считался секс-символом. Впрочем, как и я, до того момента, пока мое лицо не украсилось шрамом. Хотя и после того происшествия поклонниц у меня не убавилось, и они, как одна, все говорили одно и то же – шрамы украшают мужчин. Если бы они знали природу этого... Провожу пальцем по широкому рубцу, рассекающему правую сторону моего лица почти пополам, от виска, по щеке, и тянущемуся до середины шеи. Я, конечно, мог бы давно его убрать, возможности есть, как и финансовые, так и медицинские достижения сейчас сильны. Но это напоминание, извечное напоминание о моей темной, дьявольской стороне, а потому шрам занимает свое достойное место. И неважно во что я одет, будь то дорогой костюм или простая белая футболка с довольно потрепанными классическими джинсами, как в данный момент, я могу заполучить любую даму своего уровня. В темно-карих глазах плавится желание, желание власти и обладания, и, не смея противится внутреннему Я, отрываю взгляд от отражения и направляюсь к своей цели. 

***
 

Введя код, аккуратно открываю дверь и прохожу в черную комнату. Кэт не сразу замечает мое присутствие - она сидит на полу, обняв колени и уткнувшись в них лицом. Набираю на внутреннем пульте электронный код, чтобы включить свет, и слышу, как девушка шевелится, видимо, поднимаясь на ноги. Но точно не знаю, так как на нее сейчас не смотрю, и только когда свет озаряет комнату, поворачиваюсь и вновь устремляю взгляд к ней. Катерина стоит ко мне лицом в трех - четырех шагах от меня, взгляд бегает по мне от головы до пят, слегка обескураженный и, кажется, даже разочарованный. Чем? Тем, что я оказался кардинально другим, не соответствующим ее представлениям?! Её реакция вызывает во мне усмешку, но, не теряя времени и пользуясь ее замешательством, в мгновение приближаюсь к пленнице, по пути бросая пакет рядом с перевернутым креслом, и развернув девушку к себе спиной, прижимаю марлю к ее носу, не давая возможности вдохнуть чистый воздух. Слабые попытки отбиться длятся еще меньше минуты, а затем ее тело обмякает в моих объятьях, когда Кэт теряет сознание. Подхватываю ее на руки и отношу на кровать, укладывая на правый край ложа. 

- Ну, здравствуй, крошка... - склоняюсь и провожу указательным пальцем по ее щеке, убирая волосы и наслаждаясь мягкостью ее кожи. Невероятно нежная и все еще прохладная. Может, такая температура нормальна для нее? Скольжу ладонями от плеч, вниз по ее телу, огибая ими изгибы статной фигурки Катерины. Она такая хрупкая, миниатюрная, хотя в некоторые моменты, как тогда на торгах, кажется, способна на многое. Дохожу до края туники и, ухватив за нее, снимаю ненужную теперь вещь с пленницы, оставляя руки заведенными вверх над головой. 

- Ну что ж, начнем, крошка ... 

Забираю пакет, оставленный у кресла, и первыми его покидают манжеты на запястья. Они не должны будут оставить следов, а это моё основное желание. Продеваю цепочку, связывающую их, через спинку кровати и закрепляю каждый на руках девушки, туго стянув ремешки, но при этом не на столько, чтобы помешать кровообращению. Вот так, отлично. Выудив из пакета трусики, аккуратно натягиваю их на Катерину. Хм... Довольно странно одевать их, а не снимать, но так надо, сейчас надо. Следующий пункт - ножки. Достав манжеты, пропускаю цепочку через изножье кровати, так, чтобы расстояние между двумя манжетами было около полутора метров. Ухватив девушку за щиколотки, тяну вниз и застегиваю манжеты на щиколотках, широко разведя ножки, подстраивая длину цепочки так, чтобы она была натянута и не позволяла пленнице делать свободных движений. 
Упершись коленом в кровать, перегибаюсь через Кэт и, просунув руку между стыками матрасов, достаю ремень с застежкой, а второй его конец выуживаю из под матраса на краю кровати. В целом, это напоминает ремни безопасности, но ими-то я и пристегиваю пленницу на уровне бедер к кровати, туго затянув сам ремень. Теперь Катерина не сможет пошевелить бедрами, а именно это мне и нужно. 

Пробегаюсь по ней взглядом. Все еще без сознания, но уже вот-вот должна очнуться. И она не представляет, что ожидает ее. Не теряя времени, привожу комнату в порядок, устанавливая кресло в нужное положение и убирая ящики в комод. Выкладываю на него все оставшееся в пакете, а в уже опустевший складываю остатки черной ткани, когда-то бывшие дорогим коллекционным постельным бельем. Ох, чёрт... Чуть не забыл. Один из клочков так и красуется на лбу девушки. Тихо усмехнувшись, возвращаюсь к кровати, оставляя уже полный пакет около нее. Присаживаясь на край, снимаю со лба повязку, немного приподняв голову Катерины. 

- Убери от меня свои грязные лапы, ублюдок, - сквозь зубы прошипела девчонка, чем снова вызвала мой смех. – Хватит ржать. Или ты умалишенный?! – резко распахнув глаза, следом выкрикнула она. 

- Не в твоем положении мне указывать, крошка, - ухватил Кэт пальцами за подбородок, сжав чуть сильнее, чем рассчитывал, отчего та нахмурилась. – Тебе же объясняли правила поведения при своем Хозяине и Господине, м? 

- Господине?! Хозяине?! – усмехнулась девчонка и попыталась пошевелиться. Цепочки на руках и ногах звякнули, натянувшись и не дав ей возможности сдвинуться и на сантиметр. На лице Кэт одна за другой мгновенно сменялись эмоции: гнев, раздражение, удивление, страх, снова удивление и ужас, при очередной попытке пошевелиться. Ужас, который овладевал ею все сильнее, когда она начала понимать, что находится в невыгодном положении. Чуть приподняв голову, она, видимо, подтвердила свою догадку, обнаружив себя почти полностью обнаженной и крепко привязанной к кровати. 

- Ну, что? Все еще не поняла, что ты полностью в моей власти? Я купил тебя, крошка. И теперь ты - моя вещь, очень дорогая вещь. Предназначенная, для моих развлечений и удовлетворения моих потребностей, - улыбаясь уголками губ, я смаковал каждое слово, осознавая их реальность. - Ты ничего не сможешь изменить... И у тебя просто нет выбора, кроме как смирится и жить по моим правилам, - отпускаю, наконец, ее подбородок и поднимаюсь с кровати. 

- Вещь? Игрушка, значит?! Игрушка богатенького морального урода?! – пленница одарила меня серым стальным взглядом, и если бы у нее была возможность убить меня им, то этот взгляд стал бы для меня последним, что я увидел бы в жизни. В кровь резко выплеснулся адреналин. О да! Именно за этот взгляд я и выложил такую внушительную сумму. За него и его обладательницу с невероятно прекрасным цветом кожи. 

- Ну, хоть толстосумом не называешь. Это уже прогресс, а над остальным мы поработаем, - я и сам слышу ледяной оттенок своего голоса, полностью поддаваясь зову внутреннего демона. - Итак, урок номер один: обращаться ко мне ты можешь лишь на Вы, трепетно и уважительно. Для тебя я - твой Господин, твой Хозяин. 

Катерина, стоически скрывает свой страх за гневом и ненавистью, периодически делая попытки пошевелиться. Стоя у кровати и склонив голову на бок, наблюдаю за ней, скрестив руки на груди. 

- Для меня ты - извращенец, ублюдок, мразь и моральный урод! И иначе никогда не будет, - девушка с ненавистью выплевывала каждое слово. - Ты можешь делать со мной, все, что тебе вздумается. Но ты никогда не добьешься того, чего так желаешь! Я не буду подчиняться тебе! – прищурившись, она все сильнее дергала руками и ногами, но все ее попытки были тщетны. 

- Упрямая. А, знаешь, так даже лучше. Для меня лучше, - усмехаюсь и направляюсь к комоду. - Ты даешь мне возможность в полной мере насладиться всеми аспектами твоего обучения. Тем, как я буду ломать твою волю и из столь дерзкой девчонки лепить покладистую и исполнительную рабыню. А так и будет. Потому как наказание за каждую твою провинность будет весьма мучительным. 

- Наказание? - Катерина выдавливает из себя смех, но я все же слышу, как дрожит ее голос. Храбрится. Неужели она серьезно думает, что все это шутки? – Будешь меня бить? Брать силой? Да пожалуйста! Только тебе это не поможет. Меня уже и насиловали, и били, и даже было не один раз. И такой грязи, как ты, я не испугаюсь. 

- Бить я тебя не буду, это ни к чему, - глупая, неужели думает, что это самое страшное наказание? Нет, твою кожу портить я не стану. А вот брать силой... Это заманчиво, но вскоре ты сама будешь просить, чтобы я взял тебя и как можно грубее. - Есть масса других способов для наказания. И избиение покажется тебе самой нежной лаской по сравнению с ними. 

Встав у комода, рассматриваю лежащие на нем вещи и, мельком взглянув на Кэт, не могу определиться с выбором - с чего же мне все-таки стоит начать. А она по-прежнему своим пронзительным взглядом выказывает всю ненависть, что испытывает ко мне, и не оставляет попыток освободиться. Глупая девчонка, скоро твои глаза, цвета хмурого Лондонского неба, пеленой заволокут слезы, и ты будешь умолять своего Господина о прощении и милости.
Добавил: Данталион |
Просмотров: 4467
Форма входа
Логин:
Пароль:
 
Статистика