Главная

"ДА". Часть четвертая

Миди-фик "Дыхание ангела"

19.12.2014, 17:26
Наступило Рождество. Город преобразился, сверкая миллионами огней, свежий снег искрился под морозным солнцем, хрустел под ногами тысяч счастливых людей, гуляющих в Центральном парке и наслаждающихся праздником и весельем. Атмосфера радости царила повсюду и затрагивала каждого, даже того, кто считал себя больше не способным ничему радоваться.

Открывая дверь своей квартиры, Деймон точно знал, что ему здесь нужно: забрать свои вещи и уйти. Но он не ожидал, что на пороге его встретит кающаяся грешница.
- Милый, где ты был?

Кэтрин бросилась на шею мужчине и принялась осыпать поцелуями:
- Твой телефон несколько дней не отвечал, я волновалась.

Чтобы расцепить ее руки за своей шеей, Деймону пришлось приложить усилия. Освободившись от навязчивых объятий, он отодвинул девушку в сторону и направился в спальню. Объяснять ей, что мобильный он выбросил в тот же день, он не собирался.
- Деймон…

Кэтрин скинула махровый халат, представ во всей своей бесстыдной красе, едва прикрытой черными кружевными полосками. Она отлично знала, что Деймон никогда не мог устоять перед ее совершенным телом. Какие бы мелкие разногласия между ними не возникали, все заканчивалось сексом, а уж в этом ей не было равных.

Окинув ее презрительным взглядом, Деймон бросил:
- Прикройся!

- Надо же! – казалось, Кэтрин искренне удивилась. – Даже не посмотришь?

Не обращая внимания на заигрывания, Сальваторе прошел мимо, достал дорожную сумку и принялся вытаскивать вещи из шкафа.

- Куда-то собрался?

Она присела на огромную кровать, где они так часто предавались любовным утехам, которая постепенно покрывалась рубашками, брюками и другой мужской одеждой. Она растянулась сверху, подперев голову рукой, и приподняла ногу, бесстыдно демонстрируя свои прелести.

Деймон вытащил из-под Кэтрин пиджак и положил в сумку. Он думал только о том, как бы эта дрянь не испортила своей похотью его дизайнерские вещи.

Видя, что ее приемы не действуют, Кэтрин надула губы и ушла в другую комнату. Послышался звон: это стукнулось горлышко бутылки о стакан. Спустя минуту соблазнительница вернулась с двумя бокалами виски, один протянула Деймону.
- Выпьем на прощание, - улыбнулась она.

Продолжая игнорировать ее, Деймон закончил сборы и остановился на пороге. На мгновение ему захотелось все вернуть, стереть себе память и вычеркнуть тот злополучный день из своей жизни, снова быть счастливым и влюбленным, уверенным в любви Кэтрин. Но при взгляде на нее, такую самоуверенную, эгоистичную, сексуальную и отвратительно лживую, боль поднялась из глубин его естества, напоминая, что дороги назад быть не может.

- Почему он? Почему Стефан? – не удержался Деймон.

Кэтрин мило пожала плечами, невинно улыбаясь.

- Тебе не стоило обещать любить меня вечно. Вечность – слишком долгий срок для одной любви.

И Деймон захлопнул за собой дверь в прошлое.

*****
Голова звенела от пустоты. Закинув сумки в багажник, Деймон просто пошел вперед, не глядя, сливаясь с многочисленными веселыми человечками. Санта-Клаусы в красных колпаках, эльфы, олени в упряжках, елочные игрушки, разноцветные гирлянды, блестящие мишурой фасады магазинов – ничего этого он не видел. Смеющиеся люди обходили стороной мрачного человека во всем черном. Инстинкты им подсказывали, что лучше не задевать его даже краем рукава, чтобы не заразиться безысходностью.

Деймон шагал, не останавливаясь, потому что ему некуда было идти. Он ничего не хотел. Его душа была в разодрана в клочья, растоптана и выброшена на свалку. Там же теперь хранились и воспоминания о прошлой жизни. Он ощущал себя потерянным в безликой вселенной, использованным и никчемным. Кэтрин отняла у него самое дорогое – самого себя. Все эти годы он жил ею одной, а когда ее не стало – утратил смысл существования. И не представлял, что делать дальше.

Когда Деймон осознал, что уже несколько часов бесцельно слоняется по городу, то, наконец, остановился. Перед ним высилось здание знакомой больницы. Странно, что, не отдавая себе отчета, он пришел именно сюда. Что ему здесь понадобилось? Если его предположения верны, то миссис Елена Майклсон наверняка дома, в окружении любящих родственников и в объятиях супруга, открывает подарки, заботливо приготовленные и заранее упакованные.

Однако Сальваторе все-таки зашел в приемный покой. Несмотря на Рождество, больница работала в обычном режиме, ни медперсонала, ни больных меньше не стало. Люди по-прежнему болели, сбивали друг друга на дорогах, калечили и убивали. Контраст между праздничной атмосферой на улицах и страданием здесь был физически ощутим.

Подойдя к медсестре за стойкой, Деймон, особо ни на что не рассчитывая, спросил:
- Елену Майклсон давно выписали?

Сверившись с базой данных пациентов, женщина ответила:
- Нет. Миссис Майклсон в палате 206В. С ее травмами она пробудет здесь не меньше месяца.

Вот так новость! Неужели муж бросил ее на произвол судьбы? Или Деймон все-таки ошибся, и к его старым знакомым этот Майклсон не имеет никакого отношения?

Слабое любопытство зашевелилось в нем.

Возле палаты 206В Сальваторе остановился. Оттуда доносились голоса на повышенных тонах. Жалюзи на окне были опущены, поэтому Деймон не видел тех, кто внутри. Один из голосов принадлежал Елене, а другой был незнаком.

Прислушавшись, Деймон остолбенел.

- Мы обязательно найдем его и выясним, кто он такой. И ты обязана подать на него в суд! – не в силах скрыть гнев, на грани крика говорил мужчина. – Такие преступления не должны оставаться безнаказанными!

- Пожалуйста, - голос Елены был теплым и умоляющим, - прошу тебя, не надо. Сегодня Рождество, мы так долго ждали его. Не порть нам праздник разговорами о суде и прочем.

- Но, Елена, - протестовал собеседник, - как ты можешь?! Из-за него… Он же… - мужчина не решался произнести вслух страшный вердикт врачей.

Следующая фраза повергла Деймона в шок.

- Это была случайность. Он ни в чем не виноват. Я не смотрела, куда иду. – Елена замолчала, а потом, глубоко вздохнув, добавила: - Я не хочу, чтобы еще чья-то жизнь была разрушена по моей вине. Так что, пожалуйста, Джереми, оставим эту тему. Больше не хочу об этом говорить. Эй, - Деймону показалось, что при следующих словах она улыбнулась – такой теплотой повеяло от ее голоса, - ты обещал привести Дейзи и Томми. Сто лет не видела их, соскучилась ужасно. И по одному подарку им все-таки достанется от меня.

- Ладно, как скажешь. Сейчас у них спектакль. Представляешь? Они играют ангелов, это мои-то маленькие чертенята. После представления Бонни сразу приведет их сюда.

- О, не говори так о моих племянниках! Они самые милые дети на свете!
- Скоро вернусь. А ты пока отдыхай и береги себя.

- Да что со мной может случиться здесь? – засмеялась Елена.

Деймон едва успел отскочить в сторону, как открылась дверь, и из палаты вышел под два метра ростом мужчина с добродушным лицом, которое тут же приняло озабоченное выражение.

- Простите, - сказал он, зацепив Деймона плечом, и направился к выходу.

Машинально Сальваторе последовал за ним, чтоб где-нибудь в темном углу нейтрализовать вероятную угрозу. На полпути остановил сам себя. Что он делает?
Деймон запустил руку в свои взлохмаченные черные волосы. Неужели он пришел сюда, чтоб убить брата женщины, пострадавшей по его вине, который имел полное право искать и требовать справедливости? Она, эта Елена Майклсон, защищала человека, повинного в ее несчастье, а он, в своей привычной манере плохого парня, собрался ее так отблагодарить?

Деймон не узнавал себя, не понимал, откуда в нем взялось это неожиданное благородство. Ему было совершенно не свойственно проявлять широту души, всецело положенной на алтарь удовольствий Кэтрин. Но Кэтрин больше нет в его жизни. А привычка делать кого-то счастливым, оказывается, никуда не пропала.

Недалеко от клиники Деймон купил маленький букет камелий с вкраплениями веточек хвои и мобильный телефон. Возле палаты Елены он на секунду замер, сомневаясь, правильно ли поступает, а потом вошел без стука.

Она дремала. Ее темные веки слегка подрагивали во сне, а рот приоткрылся. Трубки от капельницы были на месте, но бинты на голове исчезли, сменившись на пластырь. В палате повсюду стояли букеты самых прекрасных роз, их аромат был настолько густой, что мешал нормально дышать. Джереми держит магазин цветов?

Первой мыслью Деймона было оставить подарки и тихо уйти, не нарушая покой женщины. Но, почувствовав постороннее присутствие, она открыла глаза.

- Вы?
Он пожал плечами.

- Я.
- Не думала, что вы вернетесь.

- Рождественское чудо, - неловко пошутил Деймон.
- Чудес не бывает, - грустно ответила Елена, не чувствуя ног.

- Что говорят врачи?

Она посмотрела на букет, который он все еще держал в руках.
- Это мне?

- У вас отвратительная привычка не отвечать на вопросы.
- Ох, мне нисколько не жаль, что я вас разочаровала.
- Елена…

Ее имя так странно звучало в его устах, как мягкий сладкий комок желе.

- Счастливого Рождества, - добавил он, протягивая ей камелии и телефон. – Взамен того, что разбился.

- Спасибо, - она коротко улыбнулась и прижала цветы к носу. – Наконец-то хоть что-то не пахнет.

Ухмыльнувшись, Деймон присел на стул рядом.
- Не любите розы?
- Вообще-то, нет.

- Так зачем же ваш брат притащил их в таком количестве?
- Что вы! Джереми - строительный подрядчик, он ничего не понимает в цветах и даже своей жене их не дарит. Это от мужа.

На последних словах ее лицо помрачнело. Деймон молчал.
- Он сейчас на Аляске. Его рейс задержали из-за непогоды.

- Хотите сказать, что он не нашел возможность за эти три дня приехать к жене, попавшей в аварию?

- Вы ничего не знаете, поэтому не смейте с таким пренебрежением говорить о нем! – выпалила Елена. Однако Деймону почудилось, что она не столько защищает супруга, сколько злится.
- И он уже приходил.

Это заявление озадачило Сальваторе.

- Его работа слишком важна, он просто не успел вернуться вовремя. И я не понимаю, почему я должна перед вами отчитываться?

Деймон скрестил руки на груди и внимательно посмотрел на женщину. Вся эта ситуация казалась ему какой-то сюрреалистичной. Ему не хватало кусочка паззла, чтобы все встало на свои места. Эта человеческая копия Кэтрин пробуждала в нем интерес и желание узнать ее, изучить и понять, что в ней не так, почему он ощущает странную потребность находиться рядом.

Легкая улыбка играла на его губах, пока он рассматривал Елену. Она смутилась: поправила больничное одеяние, подтянула повыше одеяло, пригладила волосы, нервно сглотнула и с вызовом глянула на посетителя:

- Что?

Он склонил голову на бок:
- Вы прекрасны.
- Вы смеетесь надо мной?!

- Вовсе нет.
- Почему вы пришли?

- Хотел увидеть вас.
- Зачем?

- Вы похожи на одну девушку, которую я когда-то знал.
- Мое лицо вызывает воспоминания о ней?

- Нет. Я мечтаю ее забыть.
- Если вы будете так пялиться на меня, вряд ли у вас это получится.

- Пока мы с вами разговаривали, это уже произошло.
- Рада, что смогла вам помочь.

Деймон собрался продолжить обмен репликами, но новый посетитель заставил проглотить так и не сказанные слова.

- Любимая, прости! Эти самолеты…

Весь засыпанный снегом, мужчина в длинном элегантном пальто принес с собой в палату поток морозного воздуха. Он держал в руках очередной букет шикарных ярко-красных роз, которые уже некуда было ставить. Наклонился над Еленой, страстно целуя бледные губы.

- Милый, все в порядке, правда.
- Как ты?

Он присел на стул, который секунду назад занимал Деймон, благоразумно скрывшийся за ширмой.

- Все хорошо, - она явно лгала любимому мужу.
- Я не успел побеседовать с твоим лечащим врачом – спешил к тебе. Что он говорит, когда тебя выпишут?

Елена бросила испуганный взгляд на ширму. Деймон, сквозь просветы между половинками наблюдавший за ее лицом и мужской спиной, видел сомнения и страх женщины. Почему она боится сказать правду?

Он прокашлялся, прервав напряженное молчание.
- Прошу прощения, я искал место для цве…

Он оборвал себя на полуслове, уставившись на обернувшегося супруга Елены так, словно увидел призрака. Черт!

- Деймон?
- Элайджа.

- Вы знакомы? – вмешалась Елена.
- Были когда-то.

- Что он здесь делает? – обратился Майклсон к Елене.
- А мне интересно, что здесь до сих пор делает она? – парировал Деймон, выразительно глядя на Элайджу.

Тот смерил оппонента презрительным взглядом и, коротко кивнув, сказал:
- Выйдем на пару слов.

- Элайджа, не надо, он ни в чем не виноват!

Но мужчины уже удалились решать по-мужски свои проблемы.

Оставшись наедине, два многолетних врага сверлили друг друга взглядами: один – сдержанно-любопытный, другой – подозрительный.

- Ты совсем не изменился, - начал Элайджа.
- А вот ты… - Деймон заметил виски с проседью, более глубокие морщины на лице, обветренную кожу (как такое возможно?), но предпочел не развивать тему и добавил: – Ты получил свою девушку.

- Повторения истории не будет.
- Почему ты не поможешь ей? – в лоб спросил Сальваторе.

- Это не твое дело.
- Ты вообще в курсе, что она не сможет ходить?

Мужчины сидели в маленькой больничной часовне, из витражного окна которой падали на пол желто-красные лучи зимнего солнца. Всегда сдержанный Элайджа, невозмутимый в любой ситуации, сейчас резко встал и отошел к окну. Деймон видел, с каким трудом дается ему этот разговор.

Голос Майклсона звучал глухо, когда он ответил:
- Еще есть шанс. Как только станет возможным, я перевезу ее в самую лучшую клинику, где ее обследуют и сделают все необходимое.

- Я не понимаю! - Деймон подошел вплотную, пытаясь обратить на себя внимание собеседника. - Ты хочешь подвергнуть ее всем этим испытаниям… Зачем?

Элайджа рассердился.
- Почему тебя так интересует ее судьба? Какое тебе дело? Тебе мало Кэтрин?!
- Мы расстались.

Злая улыбка на мгновение тронула губы Элайджи. Исполнившись скрытой ярости, он начал наступать на бывшего соперника:

- Повторения. Не. Будет! Елену. Ты. Не. Получишь!

Деймон сделал шаг назад.
- Мне не нужна Елена. Я просто хочу помочь.

- Я бы убил тебя, если б мог, - процедил сквозь зубы Майклсон.
- Так что тебе мешает это сделать?! Что мешает тебе исцелить ее и забыть об этом, как дурной сон?!

- Потому что я человек! – Элайджа сорвался на крик. – Всего лишь человек!

Потом глубоко вздохнул, успокаиваясь и принимая привычный хладнокровный вид.

Ошарашенный Деймон присел на скамью.
- Ты хочешь сказать…

Потом снова подошел к Майклсону (тот протянул руку) и крепко ухватился. Один за другим в сознании Сальваторе замелькали образы, как в ускоренной киносъемке. Юная Елена, счастливый Элайджа, они вместе под палящими лучами африканского солнца; темная хижина, разрисованный красками шаман; благородный тысячелетний вампир, приносящий в жертву своих братьев за то, чтобы стать человеком; готический собор, венчание, долгие годы счастливой человеческой жизни…

Деймон резко отдернул руку. Элайджа невидяще смотрел куда-то в сторону, словно заглядывая в прошлое и заново проживая свою судьбу.

- Елена знает, кто ты?.. Вернее, кем ты был?
- Нет.

Многие годы тайна угнетала Элайджу, но только сейчас он ощутил всю ее неподъемную тяжесть - когда поделился со своим заклятым врагом. Нелегко было признаться и заговорить, но, начав, он уже не мог остановиться:

- Я встретил Елену, когда ей было шестнадцать. Она была божественна и совсем не похожа на Кэтрин. Ее улыбка светилась добротой, а душа была полна света. В лучах ее теплоты я возродился для новой жизни, она заставила меня поверить, что я достоин любви, как никто другой. Елена подарила мне самого себя. Она мечтала о большой семье, о детях и чудесных праздниках, которые будет им устраивать. Я не мог лишить ее этого и потратил несколько лет, чтобы найти средство снова стать человеком. Мне удалось, но пришлось заплатить слишком высокую цену.

Он замолчал.

- Такая, как она, заслуживает самого лучшего, - Деймон удивился, что его голос стал таким хриплым. Он прокашлялся.

- Я хотел исполнить не только ее мечту, но и свою. Но не знал, что за это тоже последует расплата.

- В твоих воспоминаниях я не видел детей, - не то вопросительно, не то утвердительно сказал Деймон.
- Верно.

Проведя рукой по волосам, он вздохнул:
- Теперь понятно, почему она так привязана к племянникам.

Наконец Элайжда присел рядом.
- Мы пробовали все, обращались к лучшим светилам мировой медицины, даже эко – все бесполезно.

- Дай угадаю, - невесело усмехнулся Деймон, - она винит в этом себя.
- В этом вся она, - с любовью в голосе и горечью заключил Майклсон.

- Позволь мне исцелить ее, - внезапно произнес Сальваторе.
- И что ты предлагаешь? Дать ей пузырек с кровью и сказать, что это лекарство?

- Не знал, что ты способен на сарказм.
- Я поклялся, что никогда в жизни не прибегну к магии.

Деймон не сдержал смешок:
- Тебе не кажется, что как-то слишком много условий для одного чуда?

- У всего есть своя цена, - мрачно подытожил Элайджа.
- Эй, старик, похоже, человеческая жизнь не пошла тебе на пользу. Ты клялся, а я – нет.

И он решительно вышел из часовни.
Добавил: LinaAlex |
Просмотров: 1138
Форма входа
Логин:
Пароль:
 
Статистика