Главная

Фанфик "Паук и музыка" Глава 4

02.01.2018, 14:58
Прошло несколько дней, прежде чем навязчивый вопрос «Что не так с моим супом?» заставил Бейла вновь открыть кулинарную книгу и перечитать рецепт. Он не забыл ни один ингредиент, соблюдал все пропорции, варил на медленном огне около трех часов, как положено.

Паук вернулся к своей недавней работе, прошелся по нити, проверил соединения. Придирчиво уставился на нее в задумчивости. Серые клочья тумана все еще парили вокруг, мешая сосредоточиться.
Не придя ни к какому выводу, Люциус попытался выкинуть это из головы и взялся мариновать свиную корейку для запекания к обеду.

Внезапно за его спиной прозвучал голос Чарли:

- Да, вот так.

Дворецкий обернулся. Молодой господин стоял в дверях кухни, небрежно прислонившись плечом к косяку и скрестив руки на груди. Бейл вопросительно приподнял брови и поправил очки.

- Суп «Эктон» пахнет вот так, - Чарли кивнул на приготовленный кусок мяса на кухонном столе.

Люциус окинул взглядом разложенные на столе ингредиенты для маринада. «Розмарин! - осенило Бейла. – Но его не было в рецепте. Должно быть, рецепты разные!»

Паук увидел, как одна из мелких спиралей паутины засветилась голубым призрачным светом. Он взволнованно подбежал к ней, бережно отцепил и убрал нить, а на её месте выложил новую, закрученную в другую сторону! От этой новой спирали по всей паутине пробежали волны сияния, разгоняя серый туман. Влажно поблескивающая до этого белая паутина теперь переливалась, словно перламутр, расцвечивая своды полой грудной клетки, играя на них, точно солнечный свет на дне кристально-чистого водоема. Это наполняло души человека и Паука восторгом свершившегося творения.

«Разные рецепты… разные мнения… единственно верного варианта быть не может… для каждого он свой».

Люциус медленно склонил голову:

- Спасибо, Чарли.

***
Время шло, и Люциус Бейл открыл для себя еще одну необычную способность Паука. Маленький дух научился узнавать людей, с которыми чаще всего общался дворецкий. Должно быть, по некоему ментальному излучению от каждого. Эта информация передавалась Люциусу, и теперь дворецкий точно знал, дома ли горничная и хозяин и даже мог отследить их перемещение из комнаты в комнату, не слыша и не видя их самих. Пока это работало только в пределах квартиры, но Люциус велел Пауку тренироваться, чтобы «расширить горизонты».

Однако эта способность подкинула и новую загадку. Она была связана с репетициями Чарли.

Люциус Бейл был равнодушен к музыке. Когда в квартире гремели могучие звуки рояля, он воспринимал это как некий звуковой фон и в лучшем случае двигался в такт мелодии, занимаясь домашними делами.
Рояль стоял в отдельной комнате на втором этаже, где была создана нужная акустика. Репетиции проводились ежедневно в строго определенный час. Чарли иногда велел плотно задергивать шторы, создавая в комнате полную темноту. Он приказывал слугам не издавать во время репетиции ни звука и запирался в комнате на ключ. Это окружало предстоящее действо ореолом таинственности, и дворецкий с интересом подсмотрел бы, что там происходит.

Однажды он попытался это сделать мысленно с помощью ментальной силы Паука. Из-за закрытых дверей полилась музыка, начинаясь с нот вкрадчивых, будто первые капли дождя, превращаясь в бурный поток и затапливая все пространство квартиры. Бейл дал Пауку задание разыскать Чарли и проявить его образ как можно точнее. Но к его величайшему удивлению, Паук ответил, что Чарли в квартире нет. А музыка, полная таинственного смысла, продолжала звучать. Бейл спрашивал духа снова и снова, но молодой господин возник в поле мысленного зрения лишь тогда, когда смолк последний аккорд.

Так продолжалось около месяца. Люциус бесшумно ходил под дверью во время репетиции, пытался заглянуть в замочную скважину и даже (какая глупость!) стоял на улице под окном этой комнаты. Но, как и следовало ожидать, Чарли не сбегал через окно, а рояль не оставался играть сам собою по воле неведомой магии.

«Куда он исчезает? Что за сила переносит его дух в неведомые пространства? На что способна эта его музыка?». Такие вопросы упорно преследовали Люциуса, который после собственного проклятья уже не удивлялся ничему.

Любопытство распаляло его все больше. Теперь редкие часы свободного времени он проводил не в клубе по интересам, а в читальном зале Библиотеки Британского музея, собирая информацию о знаменитых композиторах. Однако это никак не прояснило дела. Бейлу стало понятно, что приблизиться к этому таинственному миру можно только занявшись музыкой самому.

Придя к такому выводу, он ощутил… страх. Поначалу Бейл принял это за страх вторгаться в дело, которое он совсем не понимал.

Но Паук не дал хозяину возможности обмануть самого себя – он услужливо подкинул ему воспоминание о горьких ночах разочарования в винном погребе Дугласа.

«Я боюсь критики! – осознал Люциус. – Да, именно критики! Ведь она последует в процессе обучения. Это неизбежно. Я ненавижу критику! Она причиняет боль… Как я однако зависим от чужого мнения! Как уязвим! Как неуверен в себе…»

Поток самобичевания, грозящий снова навлечь серый туман и выбить из колеи, остановил опять же Паук. Он напомнил Люциусу о прекрасной, сияющей перламутровой паутине, о чувствах вдохновения, когда грудную клетку распирает, но не от черного тумана, а от чего-то теплого и ароматного, такого тяжелого, что кружится голова, теряется координация движений, но ты в этот момент совершенно счастлив. Напомнил о полете фантазии и удовлетворении результатом – о самых прекрасных чувствах в их с Люциусом жизни!

«Интересно, что сказал бы Чарли, если бы услышал, как я играю на рояле… Интересно, смогу ли я тоже проникнуть туда, куда уходит он, растворяясь в музыке? Интересно, как он себя чувствует и что видит при этом? Интересно попробовать…»

Страх понемногу вытеснялся интересом к новой деятельности, которая таит столько тонкостей и загадок. Но сомнения были еще сильны.

***
И вот молодой мужчина в смятении смотрит на клавиши рояля.

Белое… черное… белое… снова черное…

- Люциус?

Дворецкий вздрогнул, обернулся и отступил от инструмента.

- Чарли… вы уже вернулись… Я прошу прощения…

Пианист смерил его внимательным взглядом, что-то обдумывая. Потом, очевидно приняв решение, он прошел мимо дворецкого и сел на длинный пуфик перед роялем, заменявший ему дома банкетку*****. И жестом пригласил Бейла сесть рядом. Чувствуя, как холодеют пальцы рук, тот занял предложенное место.

Чарли улыбнулся немного устало, и раскрыл нотную тетрадь.

- Смотри, Люциус. Это не страшно…

Конец.

* источник https://ficbook.net/readfic/1241934
** источник https://kremenchug.ua
*** источник http://www.tavika.ru/2013/10/spider.html
**** В Викторианской Британии слуг высшего ранга было принято называть исключительно по фамилии.
***** Банкетка – специальный стул без спинки для рояля.
Добавил: Бёдвильд |
Просмотров: 135
Форма входа
Логин:
Пароль:
 
Статистика
Яндекс.Метрика