Главная

Фанфик "ТвТ". Глава 4

Фанфик "Танцующие в темноте"

04.11.2014, 14:49
- Все мои официанты употребляют вербену, - добавила Ребекка, поднявшись из-за стола и окинув взглядом ошарашенные лица, - надеюсь, наличные у вас имеются?
- Две чашки кофе за счет заведения. Не обеднеешь, - отрезал Деймон.

Древняя вампирша только усмехнулась и пожала плечами.
- Ладно, так и быть. Сегодня у меня хорошее настроение.

Деймон схватил ее запястье, останавливая.
- Погоди. Ты не сказала, в чем именно поможет смерть одного из нас.
- Разорвать связь, что же еще?
- Почему ты так уверена?

Глаза Ребекки блестели, выдавая нескрываемое удовлетворение. Грациозно, но со скрытым предупреждением, она наклонилась к вампиру.
- А как, по-твоему, удалось выжить Сейдж девятьсот лет назад?
- При чем здесь она? – наконец обрела дар речи Елена.

- Когда Никлаус узнал, что Финн обратил деревенскую потаскушку, с которой, к тому же, как выяснилось позже, у них образовалась кровная связь, то пришел в ярость и заколол брата.

- Но это глупо! Логичнее было бы убить девчонку.
- Очевидно, он рассчитывал, что она и так умрет, испытав на себе смерть возлюбленного, мы-то бессмертны.
- Однако… - Деймон задумался.

- Все вышло наоборот. И, как мы успели недавно убедиться, Сейдж благополучно выжила, освободившись от уз. Она сбежала, и обрушить свой гнев на ее голову Ник не успел.

- Психопат, - пробормотала Елена. - Чем ему мешала их любовь?
- Эй, поосторожней! – с угрозой сказала Ребекка, наставив указательный палец на девушку. – Не смей оскорблять память моего брата! Важнее семьи ничего нет, особенно для тех вампиров, у которых она еще осталась, - она демонстративно посмотрела на Деймона. – Финн предал свою семью, променяв на обыкновенную шлюху, и хотел сбежать с ней. Ему было самое место в том гробу.

- Ты такая же сумасшедшая, как и Клаус, - презрительно высказалась Елена.
- Да как ты смеешь!

- Елена… - Деймон быстро встал между девушками, оттесняя свою спутницу к выходу, - нам пора.
- Чтобы ноги вашей здесь больше не было!

Надвигаясь, как грозовая туча, Древняя наступала на них до самой двери и захлопнула ее, чуть не врезав Сальваторе по спине.

Оказавшись на улице под проливным дождем, пара быстро скрылась в машине.
Не замечая, как капли стекают по плечам, Елена в оцепенении обхватила себя руками, не веря, что все может так закончиться. Глупо, это просто глупо – устанавливать такую замысловатую связь, чтобы или мучиться, или умереть. Она вспомнила, что читала несколько дней назад (хотя казалось – целую вечность) в дневнике Стефана: "Если погибнет один, то умрет и другой". Сразу же отмела мысли о любовной составляющей, сосредоточившись на худшей стороне проклятия. Это утверждение никак не совпадало со словами Ребекки. Но в конце концов, когда это Древняя говорила правду?

Собравшись с духом, чтобы обсудить это с Деймоном, Елена повернулась к спутнику.
- Что-то здесь не так.
- Что-то не сходится.

Они выпалили одновременно, уставившись друг на друга. Возникла некоторая неловкость. Елена прочистила горло, Деймон запустил пятерню в свою растрепанную и влажную шевелюру.

- Похоже, у нас и мысли совпадают, - со смешком сказал Сальваторе.
- Продолжай, - ответила вампирша.

- Если следовать логике, то смерть одного из нас повлечет смерть и другого.
- То же самое было в дневнике Стефана.
- Надо же! – Деймон вздернул бровь. – И как я мог пропустить такое занимательное чтиво?

Елена пожала плечами:
- Наверно, был занят соблазнением очередной девицы, - и тут же опустила веки, как будто могла покраснеть.
- Свои домыслы о моем прошлом расскажешь в следующий раз, а сейчас надо сосредоточиться на другом. Что еще было в мемуарах моего братца?

- Эм… о связи больше ничего, - о единственном возлюбленном она предпочла умолчать. * см. гл. 4 FSC
- Ладно, - сощурился Деймон. – Если верить Ребекке, значит, это неправда.

- Как ты можешь быть уверен, что она не солгала?
- Никак. Мне кажется, мы что-то упускаем, какую-то деталь… Черт!

Он резко ударил кулаками по рулю. Раздался сигнал, спугнувший прятавшуюся под авто кошку. Елена вздрогнула – волна холодного раздражения прошла сквозь нее и растворилась в воздухе.

- Нужно найти отель, а потом решить, что делать дальше, - успокоившись, проговорил Деймон.

Он повернул ключ в замке зажигания, а через двадцать минут уже закрывал за ними дверь гостиничного номера. Там сразу направился к мини-бару, вынул мини-бутылочку чего-то крайне алкогольного и залпом выпил до дна.

Оглядевшись и сделав несколько шагов по ничем не примечательной передней комнате (на этот раз номер был один, но с двумя спальнями), Елена присела на диван и с интересом взглянула на спутника. Тот был напряжен, о чем свидетельствовали нахмуренные брови и жесткая складка рта. Деймон явно что-то обдумывал, и девушка предпочла пока не лезть с вопросами. Наконец он остановился напротив нее.

- Ты останешься здесь или можешь прогуляться по городу, мне все равно, я должен кое-что проверить.
- Ты уходишь? – вырвалось у девушки, и мысль о том, что она будет без него даже минуту, неожиданно царапнула и скрылась, не успев оформиться в сознательную.

- Есть у меня одна идея, - с неохотой ответил Деймон. В его взгляде, направленном прямо на Елену, словно промелькнуло сожаление, но так быстро, что та решила, будто ей почудилось. Между тем вампир продолжил давать указания: - Пока я не вернусь, ты не должна думать обо мне ни при каких обстоятельствах. Даже мысленно не произноси мое имя или каким-то другим способом...

- Вот еще! С чего ты взял, что я вообще о тебе думаю? – слишком быстро возразила Елена.
- Ладно, - покладисто кивнул Деймон, - не думаешь – вот и не думай дальше.

- Почему?
- Это поможет частично блокировать в твоем сознании мои… эмоции.
- Что ты собираешься делать?
- Кое-что не очень приятное.

- Деймон… - ее глаза выдали мимолетный страх, что-то подсказывало, что ничем хорошим его затея не кончится.
Заметив сомнение на смуглом лице, Сальваторе подошел и присел на корточки перед Еленой. Он обхватил ладонями ее сцепленные в замке руки и поймал взволнованный взгляд.

- Все будет хорошо, Елена, - тихо произнес он. – Обещаю. Главное – не думай обо мне. Поняла? - Она кивнула, а он сменил тон: – Закажи еду в номер, портье иногда бывают весьма аппетитными, - и, оставляя после себя поток воздуха и неуместный смех, испарился.
*****

Раздумывать было некогда, давать волю внутреннему голосу и зову крови – тоже, поэтому он безжалостно задвинул все возможные проблески сомнений в самый дальний уголок сознания и с обворожительной улыбкой переступил порог ресторана. Отодвинув в сторону официанта, загородившего проход в служебное помещение, Деймон прошел мимо плит с кипящими кастрюлями, столов с разделочными досками и разнообразными продуктами, заметил краем глаза отделение и меню для особых ночных посетителей и без предупредительного стука ворвался в кабинет управляющего. Было странно видеть, как взбалмошная и по сути недалекая девчонка, пусть и тысячелетняя, занимается таким прозаическим и сугубо человеческим делом, как ведение ресторанного бизнеса. Возможно ли, что наконец она обрела цель в жизни, избавившись от ненавистной опеки властного брата?

Выяснять это вампир не стал. Не дав Ребекке опомниться от наглого визита, молниеносным движением обогнул рабочий стол, заваленный бумагами, и припечатал ее к стене поцелуем.

Ошалевшей от такой бесцеремонности древней вампирше потребовалось несколько секунд, чтобы сообразить, кто это, не без скрытого удовольствия ответить на поцелуй и проделать внушительную дыру в стене телом нахала.
Однако тому мгновения замешательства оказалось достаточно.

Сальваторе картинно застонал, съезжая пострадавшей спиной по разрушенным кирпичам и закрываясь рукой от посыпавшейся в глаза штукатурки. Вытащив из-под себя кусок деревянной панели, он натянул улыбку и взглянул на Ребекку, которая, уперев руки в бока, рассерженно взирала на визитера.

- Что ты себе позволяешь? Спятил?
- Ты могла бы быть более гостеприимной с тем, кто хочет предложить помощь.

Ребекка рассмеялась ему в лицо.
- Здорово тебя приложило.

Вампир встал, отряхнулся, не прекращая улыбаться, подошел почти вплотную.
- Я всего лишь пришел напомнить тебе о нашей сделке.
- О чем ты?

- Не о чем, а о ком. О Стефане. Ты до сих пор мечтаешь заполучить его, признайся.

Ребекка присела на край стола. Ее пухлые губы слегка приоткрылись, а взгляд затуманился.
- Продолжай.

- Это же очевидно. Если он узнает о связи Елены со мной, то не простит ее, и в этот момент появишься ты и утешишь моего многострадального братца.

- А как же Елена?
- Я хочу избавиться от нее. Мне ни к чему такая обуза.

Недоверчивый смешок вырвался из уст Древней.
- Насколько я помню, она была небезразлична тебе.

- Что? – возмущение и удивление одновременно отразились на лице Деймона. – Не имеет значения, что там было раньше, но сейчас мне плевать на Елену.

- Не верю. Откуда мне знать, что ты не врешь?
- Думаешь, можно любить того, кого абсолютно не помнишь?
- Что?!
- Я не лгу. Можешь внушить мне сказать правду.

- Этого не потребуется. Я поступлю иначе, - и она мощным рывком притянула его к себе и поцеловала.

Лишившись равновесия, оба упали на поверхность стола, перекатились несколько раз и едва не оказались на полу, когда Ребекка разомкнула стальные объятия. Полное отсутствие Елены в памяти и мыслях Сальваторе, очевидно, убедило ее в искренности его намерений, и она добавила:
- Предлагаю отметить нашу сделку в более комфортной обстановке.

На втором этаже здания располагались жилые помещения, меблированные комнаты для тех клиентов, которым вдруг захотелось бы в качестве десерта попробовать нечто совсем иное, или же просто переместиться после ужина в горизонтальную плоскость. Туда и отправились заговорщики, по пути прихватив из бара бутылку шампанского и пару бокалов.

Игристое вино щекотало горло, смешиваясь с колючими поцелуями, проливалось на подбородок, стекало шипучими каплями по обнаженной груди, животу, бедрам, придавало легкости и насмешливости внезапному вампирскому сексу. Они почти идеально подходили друг другу, их тела привычно реагировали на взаимные раздражители, отвечали дрожью на умелые ласки. Хорошо быть вампиром – удовольствие словно само возникает внутри, когда чувствительной кожи касаются чуткие пальцы или слегка прохладные, но полные страсти губы. Только блаженство, только вихрь наслаждения, захвативший и унесший в горячие глубины, только небывалый взрыв, вознесший на вершину и по волнам неги спустивший обратно, на грешную землю. Ни о чем не думать, ни о ком не заботиться, оставить переживания и глупые волнения, все забыть, отдавшись в объятия чистой… похоти.

Во сне Ребекка была прекрасна. Ее неидеальные черты были расслаблены и делали ее похожей на милую девочку, какой она, в сущности, и оставалась, несмотря на тысячелетний возраст. Чудесное, коварное и жестокое дитя. Деймон, подперев свою пустую голову ладонью, рассматривал, как, недоступно человеческому зрению, едва движется в дыхании ее совершенная грудь, насколько неестественно сияющие в дневном свете почти белые волосы (ни одной человеческой женщине не удалось бы достичь такого эффекта). Он протянул свободную руку и дотронулся до шелковых локонов, затем провел по виску и щеке, задержавшись на несколько секунд и прикрыв безразличные глаза. И подумал, что он как никогда сейчас был близок к тому, чтобы отключить чувства.
****

Елена с трудом подавила в себе желание кинуться вдогонку. Ее расстраивал тот факт, что Деймон не счел необходимым поделиться планом. Она призналась бы себе, что переживает, если б он не запретил думать о нем. Чем бы занять себя, чтоб не возвращаться бесконечно мыслями к тому, что даже вспомнить не в силах? Безропотное ожидание никогда не входило в число ее достоинств, но и помочь она тоже не могла, лучше все-таки не мешать.

Несколько раз девушка обошла гостиничный номер вдоль и поперек, выглянула в окно, понаблюдала за ползущими вниз по гладкой поверхности стекла каплями, впустила в душу серость дня и позволила себе подумать о Стефане.

Интересно, пытается ли он разгадать тайну ее магической амнезии? Или же просто ждет, когда она вернется в Мистик Фоллс?

Елена подумала, что ее бегство в глазах младшего Сальваторе, очевидно, выглядело как предательство. Но это связь толкала на безрассудные поступки, и объяснить такое по телефону просто нереально. Господи, она совершенно не представляла, как разбираться со всем этим по возвращении, что говорить, чем оправдываться. Одна надежда, что Деймон как-то… Черт!

Вампирша завыла от резко ворвавшихся в нее ощущений. По спине прошлись, как будто катком, и она сползла на пол.
Все-таки не удержалась!

Вслед за физической болью, правда, тут же отступившей, словно и не бывало, пришло беспокойство. Неужели Деймон попал в переделку? Но кто может быть так силен, чтобы противостоять вампиру? Какая-нибудь ведьма? Надо было идти с ним, вдвоем было бы больше шансов, а так она даже не знает, где он, и ничем не может… помочь…

Последние мысли буквально парализовало, как только Елена уловила следующую эмоциональную волну. Лучше бы она не впускала его обратно в свое сознание, лучше бы она вообще никогда не впускала его в свою жизнь! Черт бы побрал Деймона Сальваторе и его план, который ей сейчас предстояло прочувствовать на собственной шкуре!

Закрывшись в ванной, Елена включила ледяной душ, чтобы остудить чужое возбуждение. Ее кожа покрылась мурашками, но жар внутри разгорался все сильнее, едва не сводя с ума от невозможности остановить…

Когда пытка закончилась, Елена лежала на холодной мокрой плитке и плакала от боли и унижения. Она чувствовала себя так, словно это ее поимели, а не какую-то другую девушку. Впрочем, кем была та другая, она уже догадывалась. Отвратительней этого сложно было что-то представить, а еще хуже становилось от предательской мысли, что где-то в глубине души ей даже понравилось. И за это Елена ненавидела себя, Деймона, связь и все остальное, приведшее к такому результату.

Деймон. Вместе с его именем пришло прозрение: даже не будь между ними этой проклятой связи, она все равно испытала бы боль. Обманутая, она пыталась внушить себе, что с Деймоном и не может быть иначе, что они ничего не должны друг другу, но эта ноющая рана в области сердца, заставлявшая лить злые слезы, свидетельствовала совсем о другом.

Вампирша не верила, что эту ненавистную связь невозможно разорвать другим способом. Должно быть что-то еще, должно, надо только подумать. Но мыслить рационально сейчас у Елены при всем желании не получалось. Она едва нашла в себе силы подняться, кое-как вытереться насухо и рухнуть бесформенной грудой на постель. Она еще слегка дрожала, сознание уплывало, уступая настойчивой жажде, о которой на время удалось забыть. Ничто лучше не восстанавливает не только физические силы, но и настроение вампира, чем свежая теплая кровь.

Протянув руку, Елена сняла трубку гостиничного телефона и заказала еду в номер. Официант, прикативший тележку с холодными закусками и выбранным наугад вином, был совсем молоденьким парнем. Белоснежная униформа с черной бабочкой не придавала ему солидности, а только подчеркивала невинность и страх, который Елена прочла в его светлых глазах, устремленных на нее. Ее сейчас не волновали ни угрызения совести, беспечно отброшенные, ни моральные принципы, которые она старалась соблюдать, будучи вампиром, не осталось ничего, способного сдержать ее бешеный порыв, как только официант зашел в номер. Как была, в банном халате, вампирша набросилась на него, вонзила клыки в тонкую шею, орошая алой кровью белую рубашку, и утоляла голод, свою ненависть, разочарование и боль, жадно глотая пульсирующую жидкость.

Когда она насытилась, парень уже не дышал.

Сначала был шок, потом накатила паника. Куда девать тело, чем отмыть кровь, а если кто-то зайдет? Тысячи вопросов заполонили голову.

Елена заметалась по комнате, как пойманная в силки птица. Потом застыла над телом и долго вглядывалась в темно-красные пятна, в ошметки кожи на шее, которую разодрало самое совершенное оружие в мире – ее клыки.

Сглотнув подступившие слезы, Елена втащила парня в ванную, закрыла шторой, молниеносно оделась и пулей вылетела из номера, тщательно заперев за собой дверь. Все манипуляции она проделывала на автомате, так же безотчетно внушила администратору на ресепшене и всем, кто попался в холле гостиницы, что они никогда ее не видели.

К счастью, дождь прекратился. Девушка побрела, не замечая луж, по незнакомым улицам, не останавливаясь и не глядя, пока не оказалась в каком-то тупике, и лишь там, прислонившись к мокрой грязной стене, дала волю слезам.

Из кучи мусора и картонных коробок вылез бродяга, прятавшийся там от дождя.
- Эй, красавица, - закряхтел он, - чего плачешь? Дружок бросил, что ли? Или обидел кто?

Елена посмотрела на него взглядом, полным муки. Она разглядела добродушное, заросшее бородой и нечесаными волосами лицо, из-под кустистых бровей добротой и сочувствием лучились до безобразия голубые глаза.

Как может этот человек, с гниющими ранами на ногах, оборванный и голодный, проявлять сочувствие к ней, убийце? Почему не презирает, ведь сейчас она намного более ничтожна, чем он?

Лишь спустя несколько минут Елена сообразила, что бездомный ничего не знает о ней. Но этот теплый взгляд, которого она явно не заслуживала, каким-то непостижимым образом облегчил ее страдания. Девушке захотелось отблагодарить его, и она сделала, что могла, тем самым пытаясь примириться и с собственной совестью, - дала своей крови, чтобы вылечить язвы.

- У вас не найдется монетки? – робко спросила Елена после того, как ошарашенный старик полностью выполз из жалкого укрытия и встал во весь рост на практически здоровые ноги.

- Для тебя, красавица, хоть жизнь отдам, - с энтузиазмом ответил он, роясь в грязных карманах.
Он выудил оттуда двадцать пять центов и протянул Елене. Та грустно улыбнулась и, взяв монету, на прощание сказала:
- Ваша жизнь – самое ценное, что может быть. Берегите себя, - и растворилась в тумане.

Пока Елена искала таксофон, в ее голове созрел собственный план. Обнаружив первый попавшийся на углу, она сняла трубку, кинула монетку, набрала номер, глубоко вздохнула и произнесла:

- Забери меня, пожалуйста, домой, Стефан.
Добавил: LinaAlex |
Просмотров: 693
Форма входа
Логин:
Пароль:
 
Статистика
Яндекс.Метрика