Главная

Фанфик «Маргаритка для Марго» Глава 2. Провокация

20.11.2019, 10:02
Ему удалось увидеть Гермиону на Чемпионате мира по квиддичу.
Билл даже не сразу узнал ее в этом долговязом подростке с серо-зеленым полосатым шарфом, обмотанным вокруг шеи. Ветер трепал завитушки волос, собранных в нелепый хвостик на затылке, глаза лучились знакомым теплом, а улыбка... Она стояла рядом с Гарри, что-то воодушевленно объясняя ему, при этом взмахивала руками и указывала на поле. Гермиона словно светилась от переполнявших ее эмоций. Билл невольно залюбовался ею. Возникло стойкое ощущение, что все это он уже где-то видел. Билл мотнул головой, прогоняя появившееся перед глазами видение — в таком виде Гермиона напомнила ему Оливию.
В ту же секунду, будто почувствовав что-то, она обернулась, а Уизли отчетливо ощутил неловкость и ледяной холодок давно позабытой юношеской робости, когда темный внимательный взгляд оценивающе скользнул по нему. Но он быстро нашел в себе силы стряхнуть оцепенение и помахать ей рукой. На мгновение его перенесло назад в прошлое, потому что Гермиона лучезарно улыбнулась ему и робко помахала в ответ.
 
* * *


В ее следующем письме большая часть была отведена под впечатления от Чемпионата. Яркость безудержных эмоций и чистый восторг захлестнули Билла настолько, что он невольно ощутил себя опять на стадионе во время матча. Гермиона даже умудрилась сделать сравнительный анализ техники полетов и ловли снитчей фаворита сезона Виктора Крама и Гарри Поттера, как двух талантливых ловцов.
Это не могло не вызвать у Билла веселой усмешки. В этом была она вся. Что-что, а деталям Гермиона всегда уделяла много внимания.
 
* * *


Что плохого в том, что приехав по делам в Хогсмит, он навестит Гермиону? Билл считал это отличной возможностью при встрече обсудить все интересующие ее вопросы. Тем более, что некоторые заклинания требовали особых физических навыков.
Ему подсказали, что мисс Грейнджер часто бывает в Библиотеке Полезных Книг[1].
Вот только то, что он увидел, совсем его не обрадовало.
Гермиона сидела за столом с разложенными на нем фолиантами. Но вместо того, чтобы воодушевленно штудировать книги, как часто представлял себе Билл, она отсутствующим взглядом смотрела в стену, подперев щеку рукой, и рассеянно водила пером по пергаменту.
— Марго?
Она вздрогнула и обернулась.
Замешательство в карих глазах и виноватая полуулыбка. Нет, так не пойдет.
Да, Гермиона заметно подросла, но по-прежнему оставалась его подругой, к которой он успел по-своему привязаться за время переписки. Но сейчас эта неуверенная в себе девчонка была совсем непохожа на ту бойкую собеседницу, что дотошно выпытывала нюансы какого-нибудь сложного заклинания. Увидев Билла, она вдруг потупила взгляд, забормотала нелепые извинения, засуетилась, собирая учебники и пергаменты. И тут же выругалась, случайно задев чернильницу и едва не опрокинув ее на свои заметки.
Решение было принято мгновенно — Билл накрыл ее руку своей, предотвращая маленькую трагедию.
Моя маленькая королева, — мягким шутливым тоном произнес он и улыбнулся, слегка склонив голову. — Ваш преданный рыцарь, Уильям Артур Уизли, к вашим услугам.
И замер, ожидая ее реакции.
Каламбур подействовал. Ее рука под его ладонью расслабилась, а Гермиона мягко усмехнулась.
Подняв голову, она бесконечно долгое мгновение прожигала Билла печальным взглядом. Изучала. Вглядывалась. А он терпеливо ждал, пока она решится. Как тогда, в магазине мантий.
Наконец, Гермиона кивнула и, высвободив руку, опустилась на стул.
Билл незамедлительно воспользовался молчаливым приглашением, заняв место рядом.
— Понимаешь, скоро Святочный бал и... — пылкое начало застопорилось почти сразу.
— У тебя нет платья? — предположил Уизли. Насколько он знал, девушки слишком большое значение придавали внешнему виду на таких мероприятиях. Но Грейнджер отрицательно мотнула головой.
— Нет, дело не в платье...
— Тогда в чем? — Билл лихорадочно соображал, что еще может быть важным для девочек ее возраста.
Гермиона покраснела, а он несколько секунд непонимающе смотрел на смутившуюся собеседницу.
Черт! Билл едва удержался, чтобы не хлопнуть себя по лбу — его осенило. Ну конечно же — партнер для танцев! Ведь на Святочный бал следовало приходить парами. Но раз Гермиона в таком состоянии, то возможно, что ее никто не пригласил. А если учитывать отношение многих учеников к ней и то, что она подросток, чьи гормоны сейчас не просто бушуют, а устраивают всевозможные парады в организме, не удивительно, что она так переживает.
— А есть тот, с кем бы ты хотела пойти на бал? — осторожно спросил он, чувствуя себя больше безмозглым ослом, чем умудренным опытом взрослым.
Гермиона снова покраснела и принялась тщательно рассматривать картинку на странице раскрытой книги.
Билл шумно выдохнул и провел рукой по своим волосам. Так тяжело ему не приходилось даже на раскопках захоронения одного из жрецов Анубиса в Египте, когда они наткнулись на серьезную магическую ловушку. Да уж, психология явно не его конек.
— Ни за что не поверю, что тебя никто не пригласил, — попытался разрядить обстановку он.
Гермиона сразу вскинула голову и одарила его таким возмущенным взглядом, что Уизли пожалел, что вообще заговорил про бал.
— Извини, я не хотел...
— Меня пригласили, — вздохнув, перебила его она и снова отвела глаза.
— Но не тот, с кем бы ты хотела пойти, — догадался Билл.
Она сразу поникла, спрятавшись за темными распущенными волосами, а ее тяжелый вздох лишь подтвердил его предположение.
— Я не знала, что ему нравится другая, — расстроено произнесла Гермиона, не поднимая головы. — Вернее, догадывалась, но не знала, что настолько. Я должна была, должна была заметить! Ведь он не сводил с нее глаз ни на лекциях, ни в общей зале. Но никак не решался подойти. А вчера пришел весь расстроенный. Я едва выпытала у него, в чем дело...
Выпытала. Билл невольно усмехнулся. Он-то, как никто другой, на себе испытал всю прелесть напора юной волшебницы. Он мысленно посочувствовал парню и понадеялся, что тот все-таки выжил.
Гермиона отреагировала мгновенно — ее взгляд исподлобья метал молнии, а лицо пылало.
— И что сделал Рон? — спохватился Билл, ляпнув первое, что пришло в голову.
— Да при чем здесь Рон?! — вспылила Грейнджер, резко вскакивая со стула и взмахнув руками. Не выдержавшая такого обращения чернильница все-таки шлепнулась на бок, возмущенно заливая пергамент чернилами. Билл чувствовал, что в ней горела потребность высказаться, а потому он поудобнее устроился на стуле, сделал серьезное заинтересованное лицо и даже вопросительно приподнял бровь — мол, продолжай.
— Тоже мне центр Вселенной! Можно подумать, мир вращается только вокруг него одного! — раздраженно фыркнула Гермиона, применяя очищающее и собирая все, что лежало на столе в свою сумку. — Он, видите ли, вчера наконец-то решился, но она ему отказала. Потому что ее уже пригласили на бал. Но и меня тоже уже пригласили! И я согласилась. Вот.
Сейчас она была так похожа на маленькую Джинни, обидевшуюся на дверь, когда та стукнула ее по лбу.
— Да, Рон! — вспомнила Гермиона, снова повернувшись к Биллу. — Ты в курсе, что он танцует как медведь? Сочувствую той, кто согласится пойти с ним на бал.
Билл проглотил усмешку и нахмурился. Если она говорила не о Роне, тогда о ком?
Гермиона явно была расстроена, и как любой подросток старалась скрыть свои чувства, но в каждом ее слове, в каждом жесте отчетливо ощущались раздражение и обида. Или скорее это была... ревность? Билл еще раз посмотрел на Гермиону, которая не переставала что-то досадливо бормотать себе под нос, отодвигая на край стола и складывая друг на друга огромные книги. До него наконец дошло, что Гермиона приняла приглашение на бал только потому, что нравившейся ей парень увлечен другой. Теперь Билл просто сгорал от любопытства, кто же тот счастливец, что завладел сердцем его маленькой Марго. Он поднялся вслед за ней, перехватив за руку, чтобы остановить. Гермиона замерла и как-то вся сжалась.
Ну и где твое хваленое самообладание, Уильям Артур Уизли? Где твоя уверенность и способность смягчать самые острые углы?
А она все смотрела и смотрела на него вполоборота.
— Гермиона, я уверен, кто бы он ни был, он точно пожалеет, что не пригласил тебя, — Билл старался, чтобы его слова звучали уверенно, но кажется, на Гермиону это не действовало. Он почувствовал, как ее рука снова напряглась.
— Меня пригласил Виктор Крам, — отвернувшись, тихо бросила она через плечо, мягко высвобождая руку. — А я хотела пойти на бал с Гарри...
Крам? Знакомая фамилия. Разве это не тот болгарский ловец с чемпионата? Стоп. Что? С Гарри?
Билл впервые не сразу смог подобрать нужные слова для ответа, а после долго не мог избавиться от воспоминания о горестно рыдающей девчонке на своем плече и ее невероятно мягких волос под своей ладонью.
 
* * *


Когда они всей семьей приехали в Хогвартс поддержать Гарри на Турнире Трех Волшебников, Биллу стоило немалых усилий и отговорок улизнуть от матери, которая норовила познакомить сына с каждой более или менее хорошенькой и подходящей на ее взгляд девушкой.
Сперва он хотел поговорить с Поттером, потом найти Гермиону. Или сначала поговорить с Гермионой, а потом найти Поттера. Но пока он придумывал подходящий повод для разговора, его самого нашли. Милое белокурое создание с фиалковыми глазами. Вейла Флер Делакур. Нет, она не навязывала ему свое общество, не использовала прирожденные чары, но рядом с ней он чувствовал... умиротворение.
Он был приятно удивлен ее неземной эфемерной красотой и легкостью общения. Билл и сам не мог дать объяснение тому, что происходило. Просто куда бы не шел, куда бы он не посмотрел, везде была Флер. Она смотрела распахнутыми глазами цвета утреннего неба и приветливо улыбалась, так мило смущаясь собственного акцента при разговоре.
На трибуне Билл сел рядом с семьей, и мама сразу принялась что-то втолковывать ему про чары вейл.
Но он все время невпопад отвечал ей, потому что искал среди болельщиков ту, кто избегала сегодня с ним встречи. Билл хорошо помнил последнее письмо Гермионы и длинный список всевозможных извинений и искреннего раскаяния в неподобающем поведении, а также за все те нехорошие слова, которые она наговорила и про Гарри, и про Рона, и вообще про всех мальчишек.
Билл уже отчаялся, как заметил пронзительный взгляд знакомых карих глаз совсем рядом. И в этом взгляде четко читалось... Нет, не раскаяние. Это было явное раздражение и... Нет. Быть того не может. Ему наверняка показалось.
 
* * *


Не показалось.
Через несколько дней прилетела сова.
В письме Гермионы не было ни претензий, ни обвинений, хотя, признаться, Билл ждал чего-то подобного. Лишь исчерпывающие, но какие-то холодные ответы на вопросы его последнего письма. Уизли с досадой вчитывался в безэмоциональные строки, в которых отсутствовало и привычное тепло, возникшее между ними, и искристый смех, так полюбившийся ему, и список интересующих ее новых тем.
Зато было скупое пожелание счастья в конце.
И подпись — Марго.
Несмотря на то, что Билл часто называл ее в письмах именно Марго или моя королева, сама Гермиона подписывалась исключительно как Гермиона Джин Грейнджер.
Билл усмехнулся. Она ревновала? Но с чего? Он недоумевал.
Во-первых, их связывали исключительно дружеские отношения. Более того, он воспринимал Гермиону как еще одну младшую сестренку.
Во-вторых, она была влюблена в Гарри Поттера.
Да, Билл подсказывал ей как найти общий язык с тем или иным преподавателем, помогал разбираться в трудных предметах, был свидетелем ее успехов и неудач, одинаково воспринимал как ее недовольство некоторыми личностями, так и трепетное отношение к одному конкретному мальчишке, считавшим Грейнджер просто другом. Он понимал ее переживания и всячески поддерживал. Но никогда, никогда даже и мысли не допускал, что все его действия и их разговоры приведут к такому результату.
Но Гермиона ревновала. Отчаянно. Дерзко. Так, как ревнуют подростки. Хотя и тщательно маскировала свою ревность безразличием.
Он потянулся за чистым пергаментом. Надо как-то мягко и осторожно объяснить ей, что, скорее всего, она просто увлеклась тем образом, который создала сама. Что все это лишь результат переписки. Что ее влюбленность в него продиктована исключительно буйством гормонов и невозможностью открыть Гарри свои чувства. И несмотря на внезапную, необоснованную вспышку раздражения по отношению к нему, глубоко в душе она знает, он прав, потому что прежде чем что-то сделать, она проведет тщательнейший анализ и не станет идти на поводу у мимолетных эмоций.
И не важно, что случилось, он по-прежнему остается ее другом, всегда готовым во всем помочь. А она всегда будет его маленькой королевой Марго.
Билл вдруг задумался, а ведь Гермиона не такая уж и маленькая. Кажется, она младше Флер всего на два года.
Он жалел, что нельзя повременить с объяснением, но затягивать не следовало. Это грозило Гермионе потерей еще одного друга. И хотя она не задала ни одного вопроса в последнем письме, он решил сообщить ей о своем намерении перевестись в лондонское отделение банка «Гринготтс».
 
* * *


Тем летом Билл Уизли стал официально встречаться с Флер Делакур.
 
* * *


На кануне Дня Святого Валентина в комнату Билла явился патронус Гермионы — выдра, потребовавший взволнованным голосом встретиться в Хогсмите по неотложно-важному делу.
Билл долго ломал голову, что же такого срочного понадобилось ей, что они не могут обсудить это в письмах. Патронус, можно сказать, повелительным тоном сообщил место встречи, возможные даты и время. Уизли усмехнулся — ни дать ни взять маленькая королева.
 
* * *


— Билл, ты должен научить меня целоваться! — взволновано выпалила Гермиона, едва за ним закрылась дверь гостиничной комнаты.
От неожиданности он даже закашлялся.
— Прости, мне показалось, что ты попросила меня...
— Научи меня целоваться, — твердо повторила Гермиона, решительно подходя ближе. — Пожалуйста.
Ее глаза горели лихорадочным огнем. Гермиона не прятала взгляд, не смущалась, а наоборот, смотрела на него с вызовом, словно не было между ними никаких размолвок. И сейчас он всего лишь объект ее нового научного эксперимента.
Билл прочистил горло и обошел Гермиону, искоса бросая на нее задумчивые взгляды.
Черт! Она так легко и непринужденно выбила почву у него из-под ног.
— А как же Гарри? — стараясь выглядеть спокойным, осторожно поинтересовался Билл, намекая на ее чувства к Поттеру.
— Так я для этого и хочу научиться... то есть... О, Мерлин! — она крутанулась на месте, всплеснув руками. — Понимаешь, Гарри уже целовался с Чжоу, а мне хочется попробовать переключить его внимание на себя. Тот поцелуй в щеку с Крамом не считается, а Рон вообще ничего не умеет, разве что как следует обслюнявить, — на одном дыхании выпалила Гермиона, при этом скривившись от неприятных воспоминаний. И только договорив, осознала, кому она рассказала про Рона. Она моргнула в растерянности, но тут же вздернула подбородок, напустив на себя невозмутимый вид.
Билла же разрывало от противоречивых эмоций, но он подавил в себе первый порыв отчитать Гермиону за сумасбродную идею.
Что она там сказала про Рона?
По рассказам близнецов, младший брат питал некую симпатию к Гермионе, но умудрялся с легкостью выводить ее из себя, раздражая глупыми высказываниями и нелепыми поступками. Но было заметно, что Гермиона переживала из-за своих чувств к Гарри, который, к сожалению, видел в ней лишь хорошего друга. И сейчас она набралась смелости таким способом прояснить ситуацию.
Стоп. Она целовалась с Роном? Когда она успела? Они встречаются?
— Нет, я не встречаюсь с Роном, — услышав поспешный ответ Гермионы, Билл понял, что задал вопрос вслух.
Видимо на его лице отразилось непонимание, потому как Гермиона пожала плечами, открыв рот, и развела руки в стороны. Затем она выдохнула и скрестила их на груди.
— Что? Мне нужно было на ком-то потренироваться, — не моргнув глазом, пояснила Грейнджер.
Билл усмехнулся. Она была такой искренней в своем порыве!
— И как ты себе это представляешь?
Вообще-то он имел в виду ее поцелуй с Гарри, вернее, как она собирается это провернуть. Но Гермиона решила, что он спрашивал о другом.
— Ну... — она моргнула, запнувшись на полуслове, затем покраснела, но потом зажмурилась, резко выдохнула и быстро приблизилась вплотную к Биллу. — Примерно так.
Ему стоило немалых трудов не отшатнуться назад. Сделай он нечто подобное, и Гермиона наверняка замкнется и прекратит все общение. А она пока доверяла ему.
— Так ты научишь меня... — ее тихий голос отвлек его от размышлений, — Билл?
Он поймал ее выжидательный взгляд и почувствовал, как в груди начало разливаться тепло. Билл сглотнул, когда сердце предательски екнуло и отчего-то пустилось вскачь. Он не смог припомнить, чтобы испытывал что-то похожее, когда впервые целовал Флер.
Карие глаза напротив были полны решимости. Наверняка, Гермиона сейчас обдумывала, под каким углом надо склонить голову, чтобы не столкнуться носами. Билл едва сдержал теплую усмешку. Но, видимо, Гермиона что-то заметила, потому как в ее глазах проскользнуло удивление. Но Билл не позволил ей усомниться. Он бережно провел пальцами по щеке, усыпанной легкой россыпью веснушек, приподнял подбородок и склонился ниже.
Моя Марго... — его шепот растворился в невесомом касании.
Удивление, смешанное с восторгом...
Трепет и податливость теплых девичьих губ...
И робкий нежный ответ.
Умом Билл Уизли понимал, что Гермиона явно слукавила, говоря о неумении целоваться. Но то была запоздалая мысль, потому что собственное тело довольно остро отреагировало на действия девчонки. Разум заволокло сладостной пеленой, грозя смести остатки здравого смысла. О, Мерлин! Билл задыхался, постепенно сдаваясь под напором нахлынувших ощущений. И почему-то не было ни сил, ни желания останавливать юную соблазнительницу. А та с завидным упорством отличницы следовала к намеченной цели. Гермиона неосознанно льнула ближе, следуя за новыми, захватившими ее чувствами. Ее ладони скользнули вверх по его плечам, пальцы зарылись в огненные волосы, в то время как губы жадно впитывали новый вкус — вкус Билла Уизли.
Возникло стойкое ощущение, что еще чуть-чуть и он уже просто не сможет остановиться.
— Думаю... достаточно... — прохрипел он, почти насильно отрывая Гермиону от себя и предусмотрительно отступая на пару шагов назад, пока та окончательно не пришла в себя. Мордред ее подери со своими экспериментами! Теперь ему срочно требовался холодный душ. И о чем он только думал, поддаваясь на ее провокацию. Билл бросил на Гермиону беглый взгляд. Ей же всего лет пятнадцать сейчас! Или больше?
— Нет, нет, нет! — мечтательно шептала та, снова приближаясь к нему. — Надо попробовать еще... Определенно...
Билл повернулся к ней, мысленно застонав. Как же она восхитительна! Слегка растрепанные волосы, затуманенный поволокой взгляд, припухшие от поцелуев губы... Он понимал, что ему удалось произвести на нее впечатление, и даже внутренне ликовал, пока назойливый голос разума услужливо не напомнил о причине произошедшего. Билла будто обдало холодом, разом погасив все эмоции.
— Уверен, Гарри будет в восторге, — хрипло пробормотал он, поспешно покидая комнату, прежде чем Гермиона его остановит и он окончательно слетит с катушек.
 
* * *


Время шло, а Билл все никак не находил себе места. Ни дома, ни на работе, ни рядом с Флер. По сути, находясь рядом со своей девушкой, глядя в ее преданные глаза, его должно было захлестывать всепоглощающее чувство вины, но Билл не испытывал ничего подобного. Зато его не покидало ощущение неправильности случившегося. Еще и ехидный внутренний голос регулярно напоминал насколько ему понравилось. И от этого становилось только хуже. Билл не мог найти логического объяснения своей реакции на поцелуй с Гермионой, а потому просто гнал от себя эти мысли. Как не пытался он убедить свое второе "Я" в дружеско-братских чувствах к ней, выходило не очень.
Билл надеялся, что частое времяпрепровождение с Флер поможет избавиться от терзавших его мыслей.
Он хотел даже просить ее переехать в Нору на правах невесты. Загружал себя работой и сжег все письма Гермионы.
Он запретил себе думать о том поцелуе. И если днем более или менее получалось, то ночью...
Во снах Билл опять целовал Гермиону, но там она не отпускала его, и все заходило гораздо дальше поцелуев. Либо появлялся Поттер, и Грейнджер с упоением целовала уже его, а после благодарила Билла за познавательный урок. Еще были сны, в которых Билл буквально выдергивал ее из объятий Гарри. Иногда после этого счастливая Гермиона принадлежала ему, а иногда — яростно вырывалась и в слезах убегала искать исчезнувшего Гарри.
Билл просыпался по ночам, обливаясь потом. Резко садился на постели, восстанавливая сбитое дыхание и утихомиривая взбунтовавшееся сердце. В который раз уже за неделю? Пятый? Восьмой? Десятый? Горький хриплый смех рвался из горла. Билл потирал ладонями лицо и запускал пальцы в волосы, чтобы сильно дернуть и скривиться от острой боли, проклиная Мордреда и всех его потомков. Потому что заслужил эту боль. И все для того, чтобы прогнать навязчивые мысли.
Глупые, непристойные, неправильные. Запретные. Болезненные.
Но сладкие... Как мед. Приторный, теплый, тягучий мед.
Гречишный. Как ее глаза...
С горьковатым привкусом. Как ее губы...
Если Флер была рядом в такие моменты пробуждения, Билл набрасывался на нее, выплескивая накопившееся отчаяние. А Флер будто понимала, что его что-то гложет, что ему необходимо избавиться от той боли, которая непрерывно сжигает его душу. Она никогда не спрашивала, не упрекала, и Билл был ей благодарен за возможность сбросить тяжкий груз, забыться и почувствовать себя счастливым.
 
* * *


Гермиона же вела себя так, будто ничего и не произошло.
Хотя, возможно, ей было не до того — по словам близнецов, дела в школе шли не очень. Но она умудрялась найти немного времени, чтобы написать Биллу очередное письмо.
Он же после поцелуя в Хогсмите сжигал каждое, даже не распечатывая, предварительно смяв конверт в кулаке. Он чувствовал, что не может и не хочет обсуждать случившееся. Потому что боялся. Не ее. А самого себя и тех чувств, что разбудила в нем эта несносная девчонка. Она словно смазала волшебным целебным бальзамом старую рану, которая окончательно затянулась. Но на месте старого шрама постепенно образовывался новый — витиеватый вензель подозрительно похожий на букву «М».
Но признать внезапно вспыхнувшее на пустом месте чувство к Гермионе противоречило здравому смыслу. А Уильям Артур Уизли не привык сдаваться.
Постепенно письма перестали приходить вообще, и Билл, казалось, вздохнул с облегчением.
Вскоре и сны с Гермионой почти сошли на нет, а его отношения с Флер крепли день ото дня. И в тот день, когда он попросил ее присоединиться к большому семейству Уизли, переехав в Нору, Билл почувствовал, будто с души упал еще один камень.
 
* * *


Билл гневно мерил шагами свою комнату. Какого Мордреда Орден решил нынче собраться в Норе? Наверняка это была идея отца. Ну конечно, ведь так безопаснее для Гарри, да и подростки могут пожить тут до отъезда в Хогвартс.
Билл жалел, что нет возможности проигнорировать собрание. И Гермиону.
Конечно, он надеялся, что по приезду она не станет искать встречи и тем более задавать вопросы. Но чтобы девчонка вела себя так, будто между ними вообще ничего не было! Это порадовало и задело одновременно. Билл мысленно одернул себя.
На собрании Гермиона сидела рядом с Гарри и держала его за руку. При этом она что-то нашептывала ему, а ее взгляд лучился таким теплом и нежностью, что Билл невольно почувствовал всевозрастающее раздражение.
Вдруг кто-то крепко сжал его руку. Билл поднял голову и наткнулся на взволнованный взгляд Флер. Она ободряюще улыбнулась ему. Уизли мысленно обозвал себя идиотом. Докатился. Ревнует Гермиону к Гарри в присутствии своей девушки. Стоп. Ревнует?! Чушь! Быть того не может. Эта мысль привела его в ужас.
Хорошо, что Флер была рядом, это помогало сосредоточиться и игнорировать ехидный внутренний голос.
Билл перевел взгляд на Рона. На лице младшего брата четко отражалось недовольство происходящим. Он тоже не сводил хмурого взгляда с Гермионы, особенно с ее руки, которая безмятежно покоилась в ладони Гарри.
Ну наконец-то! Хоть кого-то еще раздражают эти «милые» семейные посиделки.
Билл тяжело вздохнул, покрепче сжал в ответ руку Флер и заставил себя вслушаться в слова отца.
 
* * *


Сегодня Молли Уизли превзошла себя — она носилась с гостями, точно наседка с цыплятами. Всем досталось всего с лихвой: душевные объятия и теплые взгляды, ласковые слова, разбавленные приветливым ворчанием, и дополнительный кусок персикового пирога к чашке горячего чая. Уставший от долгих разговоров и чрезмерной мамочкиной опеки, Билл сбежал в сад. Прохладный ночной воздух придавал ясности мыслям, а холодный рассудок ему сейчас был очень необходим, чтобы понять, что творится в душе.
Он так и стоял, запрокинув голову и глубоко дыша. Ему нравилось ощущение свежести, пока ночной ветерок трепал его волосы. Билл поежился, жалея, что не захватил куртку, но возвращаться в дом пока не хотел. Лучше подождать на улице, когда все разойдутся. А еще лучше пройтись, чтобы согреться. Билл натянул капюшон худи поглубже и сунул руки в карманы. Но едва он успел завернуть за угол дома и мысленно порадоваться безлунной ночи, как в него врезался кто-то, с ног до головы закутанный в длинное и мягкое одеяние.
Послышалось сдавленное «ой», а в шею Билла уткнулся кончик волшебной палочки.
— Только дернись, — угрожающе пообещал до боли знакомый голос.
— Марго?!
— Билл?!
Изумление было обоюдным.
Гермиона замерла, удивленно распахнув глаза, которые в темноте казались почти черными. Плед, придерживаемый рукой, пополз вниз, оголяя шею. Ветер подхватил пряди ее волос, взметнув их, и нагло пробрался за ворот тонкого свитера. Но она, казалось, не замечала холода. Гермиона открыла рот и даже набрала воздуха в грудь, словно хотела что-то сказать. Билл только внутренне подобрался, приготовившись отражать обвинения.
Но она вдруг шумно выдохнула, замотала головой и попыталась его обойти, убирая палочку и плотнее кутаясь в плед.
— Ты меня избегаешь? — вопрос сорвался с языка, прежде чем Билл успел осознать, что делает.
— Ам... что? Конечно, нет, — ее голос звучал слегка растерянно. — Мне казалось, ты не хочешь ничего обсуждать.
Он немного опешил, потому что ждал вспышки негодования, а не рационального ответа.
— Да, действительно не хочу, — прочистив горло, согласился Билл, ощущая себя в этот момент полным идиотом. — Потому что это было...
Он запнулся на полуслове — Гермиона подошла ближе и подняла на него упрямый взгляд.
— Глупой безрассудной провокацией. Ошибкой, — подсказала она. Билл удивился, распознав в ее голосе язвительные нотки.
— Да. Нет. То есть... — он сокрушенно вздохнул.
— Послушай, Билл, ты четко дал понять, что не хочешь больше общаться. Так к чему сейчас весь этот разговор? Я думала, ты мой друг. — Он услышал, как дрогнул ее голос. — Ты же сам писал, что я могу обращаться к тебе по любым вопросам. Так что произошло?
О, Мерлин! Неужели она, действительно, не понимает? Или просто притворяется? Он вздохнул и аккуратно сжал ее плечи.
— Думаю, просто я не подхожу на роль учителя, — Билл старался, чтобы его голос звучал ровно и мягко. — Да, я беспокоюсь за тебя, но нужно забыть про тот... кхм... урок в Хогсмите. — Он сглотнул, мысленно призвав всю свою уверенность. — Гермиона, хорошо, что тебе нравится Гарри. — Он почувствовал, как напряглись ее плечи. — Дерзай. И прости, что перестал отвечать, но Флер и так смотрит на меня косо из-за твоих писем. Мне кажется, она скоро рычать начнет на каждую сову с конвертом!
— Так ты прекратил общение только из-за Флер?
— Что?! — Билл разжал пальцы, отпуская Гермиону и отступая на шаг назад. Черт подери ее дотошность!
Гермиона повторила свой вопрос. Ему на долю секунды показалось, что ее забавляла сложившаяся ситуация.
— Да! — подтвердил он и уже спокойнее добавил: — Да, это из-за Флер.
Гермиона отвела глаза и согласно закивала. Билл облегченно выдохнул. Слава Мерлину!
— Значит, это из-за Флер ты так злился сегодня? — невинно поинтересовалась она, снова посмотрев на него.
Ему ведь показалось, что она улыбалась?
— Я не злился, — попытался оправдаться Билл. — Просто устал. Рон тоже был недоволен.
— Тем, что я сидела рядом с Гарри или тем, что держала его за руку? — в ее голосе проскользнуло самодовольство.
— И то, и другое, — не раздумывая, ответил Уизли.
— Значит, тоже... — почти нараспев повторила Гермиона. Неосторожно брошенное им слово, и Билл явственно ощутил, как будто его поймали с поличным на месте преступления. — У меня больше нет вопросов. Спокойной ночи.
Билл на мгновение прикрыл глаза и стиснул зубы. Эта девчонка выводила его из себя.
А она поправила плед, одарив его напоследок долгим насмешливым взглядом, и зашагала к дому.
Нет, ему не показалось, она точно улыбалась.
— Марго! — Он догнал ее в два шага и развернул, удерживая за плечи. Нет, она не сбежит. Она его выслушает. — Послушай, ты очень умная и рассудительная девочка. Если хочешь, мы можем продолжить переписку. И я снова буду учить тебя всему, что умею. Но... Уж не знаю, что ты себе напридумывала, но мне все равно. Слышишь? Все равно с кем ты: с Крамом, с Роном или с Гарри. У меня есть Флер. Флер! А тот поцелуй был всего лишь глупой...
— Стоить проверить, — резко перебила его Гермиона и подалась вперед, обхватив ладонями его лицо и прижимаясь губами к его губам.
Билл застыл. А вот его сердце опять екнуло и забилось, как сумасшедшее. Нет! Нет! Нет! В этот раз он не потеряет голову.
Билл крепко стиснул плечи Гермионы и резко отстранился.
— Так нельзя. Это неправильно! — в сердцах бросил он и тут же прикусил язык, услышав, как она разочарованно ахнула. Он ожидал от нее гневной тирады, но Гермиона молчала, опустив глаза.
— Гермиона, — тихо позвал Билл, но она не реагировала. Он сокрушенно вздохнул. — Прости, но я могу быть лишь твоим другом. Если ты хочешь, конечно.
Он не оборачиваясь, быстро зашагал к дому, несмотря на то, что внутренний голос требовал вернуться и признаться, что она сводит его с ума, что он до зубовного скрежета ревнует ее к Гарри. Нет. Он не может позволить себе так подло поступить с Флер.
Стиснув зубы, Билл с силой ударил кулаком первое попавшееся дерево.
 
* * *


— Тоже решил выпить чаю? — спросил Билл, заметив на лестнице спускающегося Гарри. Уизли надеялся, что тот не увидит, как у него дрожат руки.
— Нет, спасибо. Ты не видел Гермиону?
— Кажется, она вышла в сад, — ответил Билл, беря со стола кружку с горячим чаем.
— Гарри?
Билл и Гарри обернулись одновременно.
— Все в порядке? — Поттер поспешил к Гермионе, которая в нерешительности стояла на пороге кухни. Ее настороженный взгляд метался между двумя парнями. — Тебя так долго не было, что мы с Роном уже начали беспокоиться.
Билл посмотрел в окно, все еще чувствуя спиной ее взгляд.
— Не спится что-то, — после паузы ответила она. — Вот и решила прогуляться.
— Тогда ладно, — согласился Гарри, заботливо поправляя плед на ее плечах, — только ведь там холодно. А если ты простынешь, кто нам будет помогать с домашним заданием?
Гермиона улыбнулась.
Наблюдая за тем, как Гарри, приобняв ее, вместе с ней поднимается по лестнице, Билл снова ощутил острую вспышку раздражения.
Он тихо чертыхнулся. Чай показался ему безвкусным.
 
* * *


Близилось 19 сентября.
Билл долго сомневался в правильности своего поступка, но все-таки отправил сову в Хогвартс, приложив к привычному уже поздравлению ярко-красную маргаритку.
Ответ пришел только через два месяца.
Усевшись на полу и прислонившись спиною к стене, Билл дрожащими пальцами распечатал конверт.
От первых же строк его сначала бросило в жар, а потом окатило ледяным холодом.

«Билл, я — полная дура»,— было написано вместо приветствия.

От зажмурился, борясь с внутренним страхом, и стиснул кулаки. Ну вот, сейчас посыпятся обвинения. Она будет винить его за холодную сдержанность, корить себя за беспечность и провокацию, или за что-нибудь еще. С нее станется найти за что. Билл сделал глубокий вдох, расправил помятое письмо и продолжил читать.

«Меня опередили с поцелуем. А Гарри... по-моему, он счастлив. По крайней мере, он ходит по школе с той самой глупой и счастливой улыбочкой. Что ж, я рада за него. Наверное.
Кажется, Рон что-то подозревает о моей симпатии к Гарри. Нелепые претензии сыпятся из него, как из рога изобилия. И по-моему, даже встречаться с Лавандой Браун он стал только мне назло. Ненавижу. И его, и Лаванду. Представляешь, она называет его «Бон-Бон».
Из-за всего случившегося мы теперь избегаем друг друга. Но нам всем приходится встречаться на занятиях Отряда и старательно делать вид, что все в порядке.»


Билл испытал одновременно и досаду, и облегчение.
Близнецы уже поведали ему, что именно их младшая сестренка прибрала Гарри к рукам. Отчасти Билл сочувствовал Гермионе, что Джинни оказалась решительнее и смелее.
Но другая его часть отчего-то злорадствовала. Он слишком хорошо помнил реакцию Гермионы на его поцелуи, а потому считал, что вряд ли у Гарри вышло бы столь же хорошо.
Билл громко чертыхнулся, обругав себя за непозволительные мысли. Но следующие слова заставили его сердце сначала сжаться, а после зайтись в бешеном ритме.

«Прости. Мне не следовало так с тобой поступать. Ты прав — это была глупая идея.
Но... это было восхитительно.
Марго»


Глупая идея? Да если бы она только знала!
Первым его порывом было аппарировать к Гермионе, где бы она не была, чтобы сгрести в охапку и на деле доказать, насколько она заблуждается. Но он понимал, что не может так поступить с Флер, с которой до сих пор все неопределенно и понятно одновременно. Да, вейла хороша собой, умна и отважна, сумела расположить к себе почти всю его семью и вполне подходит ему в качестве жены, но...
Билл глухо застонал, упираясь затылком в прохладную стену.
Как же все сложно!
 
* * *


Следующее письмо от Гермионы пришло только после Рождества.

«Билл, я дважды дура.
Я поцеловала Гарри...»


Дочитывать письмо Билл не стал, а просто скомкал его и бросил в пылающий камин.

Примечания автора:

Библиотека Полезных Книг[1] — выдуманная автором локация Хогсмита, куда часто наведывалась Гермиона.
Добавил: Jastina |
Просмотров: 76
Форма входа
Логин:
Пароль:
 

Статистика