Главная

Фанфик "Легенды зачарованного леса" Зов крови

03.11.2017, 19:47
– Есть одна легенда… – произнёс Лес, когда я попросила рассказать что-нибудь ещё. – Очень старая легенда. Это произошло задолго до рождения Эрики и Отто. Тогда лес был шире, гуще и страшнее. Людям было запрещено заходить в лес.

– Почему? – спросила я, невольно поежившись.

– Это было опасно для их же жизни. Тогда здесь жили разные дикие животные, намного опаснее нынешних хищников. А ещё в то время в лесу жили оборотни.

По спине пробежал холодок, а Лес продолжал:

– Поэтому то, что случилось, всколыхнуло не только мир людей, но и весь лесной народ.

– Так что же произошло?

– В лесу появился человек. И не простой! Он смог победить саму Смерть…

***

В чащу, словно рыжий ураган, бежала бурая волчица. Под её лапами мягко шелестела трава, по бокам её хлестали ветки. Но волчице было всё равно. Она обратилась в ветер, ей нужно было как можно быстрее попасть к реке.

Вечер выдался прохладным, а густая листва защищала от немногочисленных солнечных лучей – последних сегодня. Зелень постепенно окрашивалась в красный, розовый и оранжевый. Весь лес менялся, будто бы стараясь укрыть бурую волчицу от посторонних глаз.

В воздухе с ароматом цветов, мелкой, мерцающей пылью и запахом воды – видимо река была уже совсем рядом – перемешался металл – запах крови. В лесу был человек. Человек ранен. Поэтому волчица должна найти его раньше, чем кто-либо другой.

Кусты, будто врата, пропустили волчицу к реке. Она тут же увидела того, кого искала. Тихо, мягко ступая по нежной траве, зверь подошел к человеку, лежавшему у самой воды. Это был мальчик лет тринадцати. В коротких каштановых волосах запутались листья и комки грязи. От коричневых штанин остались одни лоскуты. Длинная, когда-то белая рубаха, подпоясанная синим куском ткани, порвалась у плеча. Её края окрасились в красный. Рана на плече мальчика кровоточила.

Волчица подошла ближе и обнюхала его лицо. Мальчик зажмурился. Прикосновение длинной шелковой шерсти щекотало щеки. Он тяжело дышал, но был в сознании.

– Здравствуй, – улыбнулся человек, приоткрыв глаза. Он погладил волчицу по шее. – Ты меня убьёшь?

Волчица покачала головой.

– Хороший волчок, – похвалил мальчик и болезненно зажмурился. Ему было очень больно, и он понимал, что жить ему осталось недолго.

Волчица думала пару секунд. Она посмотрела на мальчика пронзительными рыже-желтыми глазами, мысленно прося прощения. Мальчик дышал всё тяжелее, паузы между вдохами становились длиннее. Медлить было нельзя. Волчица наклонилась к шее раненого, приоткрыла пасть, обнажив острые белоснежные клыки…

Стая чёрных птиц взмыла над лесом. Их спугнул душераздирающий крик человека.

***

– Буря! – радостные крики встретил девушку, когда она вернулась в поселение. – Буря! Эхо тоже пройдет посвящение!

– Это прекрасная новость! – Буря присела на корточки, чтобы быть одного роста с девочками, выбежавшими к ней. – Кстати, где он?

– На скале. Он, как узнал, сразу туда убежал. Почему только? Я так и не поняла… – ответила девочка со светлыми короткими волосами. Её так и звали – Солнце.

– И разговаривать он ни с кем не хочет, – заметила Луна – близнец Солнца, только с абсолютно белыми волосами. Когда они родились, никто долго не думал над именами. – Может, ты сможешь его разговорить?

– Тебя-то он всегда слушает, – кивнула вторая близняшка.

– Ну, я попробую, – улыбнулась Буря и, поднявшись с корточек, направилась к скале.

Поселение находилось в «чаше». Оно было окружено низкими, обрывистыми горами – надежной защитой для племени. Скал вокруг поселения было много, но всех особенно привлекала лишь одна из них. Эту скалу все называли Зелёной. Удивительно, но на ней росли кудрявые кусты, деревья с пышными нежно-салатовыми кронами, шёлковая трава. На этой скале обожали играть дети, но по-особому нежно относился к ней Эхо. Нигде, кроме этого зелёного уголка, он не любил отдыхать, не любил сидеть и слушать природу и песни ветра. Он прогонял оттуда всех, если хотел побыть один, и все его слушали. Поэтому его и назвали Эхо – он говорил тихо, часто повторял последние слова собеседника или свои слова, и именно это заставляло всех, порой даже взрослых, ему повиноваться.

Буря сразу заметила Эхо на скале. Он сидел на краю, свесив ноги. Его укрывали от посторонних глаз деревья и кусты, но Буря могла найти его всегда.

– Эхо-о-о, – протянула она и осторожно положила руку ему на плечо. – Волчонок, ты в порядке?

Он молча кивнул, даже не обернувшись. Буря поняла, что всё плохо. Она присела рядом, свесив ноги, и стала смотреть вперед, туда, куда смотрел Эхо. Это было поселение, отсюда его прекрасно видно.

– Что произошло? Чего ты такой хмурый?

Мальчик не ответил.

– Луна и Солнце сказали, что тебя можно поздравить, что тебе разрешили пройти посвящение. Это ведь не ложь?

– Не ложь.

– А чего тогда такой хмурый?

– Хмурый? Не хмурый я.

– Расскажи мне, в чём дело. Ты ведь знаешь, я не выдам.

– Не выдашь, – Эхо вздохнул и взглянул на Бурю пронзительными зелёными глазами. – Я просто-напросто боюсь. Все волки, которые будут проходить посвящение, старше меня. А взрослые? А вождь? Что если я не смогу? Если сорвусь? Второго шанса не будет никогда. Никогда.

– Что за вздор! – воскликнула Буря, хотя прекрасно понимала чувства мальчика. Она помнила своё посвящение, тогда ей пришлось нелегко. И она точно также сидела вдали ото всех и переживала, прокручивая в голове самые страшные финалы того дня. – Ты просто накручиваешь себя! Сам подумай своей кудрявой головой: если тебя допустили к посвящению, то ты готов; вождь и вся стая решили, что ты справишься.

– Справлюсь… А если…

– Никаких если! – Буря поднялась на ноги и весело подмигнула мальчику. – И потом, кто утащил ветку рябины у меня, главной охотницы и Стража стаи? А если ты так боишься, мы можем потренироваться вместе.

– Вместе? Можно вместе, – мальчик улыбнулся, наверное, впервые с разговора с вождём.

– Но есть условие: ты – волк, – предупредила Буря.

– Я – волк, – кивнул Эхо и обернулся волком с каштановой, переливающейся на солнце шерстью.

– Спустись. Твоя задача – взобраться на скалу и незаметно украсть у меня хворостинку. Понял, волчонок? Ну, начнем.

***

Когда небо над поселением заалело, Буря и Эхо, вернувший человеческий облик, ещё сидели на Зелёной скале. Мальчик теперь был уверен в себе и больше ничего не боялся. Он смог украсть у охотницы восемь хворостинок из двенадцати. Одна из веточек сгорела в ходе битвы (естественно, тренировочной), поэтому можно сказать, что восемь из одиннадцати.

– Справлюсь, теперь я уверен. Уверен.

– Замечательно. Значит, я не буду просить вождя назначить меня твоим спутником, – довольно заметила Буря.

– Что?! Ты могла быть моим спутником? Моим спутником?! И даже не сказала мне? А вместо этого заставила тренироваться? Тренироваться?! – внутри Эхо все кипело от негодования.

– Ну-ну, уймись! Спутник просто наблюдает за молодым волком, а не делает за него всю работу! – Буря недовольно взглянула на мальчика, и он сразу притих. – Запомни на всю жизнь: ты должен полагаться на себя и только на себя.

– На себя. А как же стая?

– Стая не всегда сможет помочь. Будет время, когда только ты сможешь помочь стае, когда вся стая будет надеяться на одного тебя.

– Меня… А ты?

– Я не всегда буду рядом.

Мальчик вдруг фыркнул:

– Мне не нравится твой настрой!

– Что не так? – удивилась Буря.

– Если полагаться только на себя, можно стать одиночкой. Одиночкам в стае не место.

Девушка потрепала Эхо по волосам.

– Смотрите-ка, какой умный волчок! А что ты будешь делать, если стая не сможет тебе помочь? Ты должен уметь делать что-то сам, нельзя всегда полагаться на стаю.

– Нельзя всегда полагаться на стаю, – согласился волчонок. – Но бывают моменты, когда без помощи просто не обойтись! Правда?

– Правда, – немного неуверенно отозвалась волчица. Сама она держалась ото всех в стороне. Не то, чтобы Буря не доверяла стае; ей было спокойнее, если она знала, что её жизнь только в её руках и ни в чьих других.

– Если я не спущусь к ужину, мама будет волноваться. С тех пор, как она узнала, что мне разрешили пройти посвящение, она сама не своя, – донёсся до Бури тихий голос Эхо. – Я побегу. До встречи. До встречи…

Последние слова прозвучали совсем тихо, мальчик успел уже скрыться за кудрявыми кустами. Буря осталась на скале. Слова её друга всполошили почти затухший костёр в душе волчицы. Ещё немного и от костра остались бы одни угольки… Но слова Эхо стали той маленькой искрой, которая смогла вновь его разжечь.

Буря хорошо помнила каштанового волка с невероятно красивыми карими глазами. Его звали Огонь. Огонь, потому что родился на закате – так ей рассказывали. Он был старше, всегда шутил и смеялся над Бурей, но так дружески, по-доброму. Она любила проводить с ним время. Она любила его и знала, что чувство было взаимным. Как жаль, что судьба и стая так жестоко обошлись с Огнём…

Прошло много времени. Взрослые волки, которые не пришли на помощь Огню, уже поседели. Увидев Бурю, они всегда отводили глаза, чувствуя себя виноватыми. Но она понимала, что не только они причастны к случившемуся – она сама должна была защитить Огня. Но сейчас уже поздно…

Буря поднялась на ноги. Солнце уже спряталось за горизонт, отдав поселение в объятия ночи. Это значит, что нужно очнуться, вынырнуть из своих мыслей, и наблюдать за поселением. Буря обратилась и замерла, глядя сверху на стаю. Волки готовились ко сну…

***

Тишина нарушалась лишь шелестом листьев и мелодичным воем ветра. Буря по-прежнему сидела на Зелёной скале, не двигаясь. На своих постах – трех таких же высоких, но менее зелёных скалах, «выросших» по периметру над поселением, находились остальные Стражи. Напротив Бури – Океан – Страж Воды, серебристо-белый волк. Он смотрел то на неё, то на Стража Земли – огромного, мускулистого волка со светло-охристой шерстью (его звали Песок из-за светлого окраса и мягкой поступи), то на Стража Ветра – немного легкомысленного, изменчивого, словно сам ветер, серого с белой шерстью вокруг глаз, на груди и лапах, волка по имени Ураган. Голубые глаза Океана – спокойного в любых обстоятельствах, за что он и получил своё имя – ярко сверкали в темноте. Он оберегал не только поселение, но и других Стражей, которые были намного моложе его.

Но Буря уже не нуждалась в опеке, а внимание и забота Океана порой выводили её из себя. Буря – не маленькая волчица, а опытная охотница.

«Я в состоянии позаботиться о себе сама, и сама принимать решения», – думала девушка в обличии зверя. – «А завтра я позабочусь и о молодых волках. Я справлюсь. И они справятся, они все пройдут посвящение. И Эхо пройдет».

***

Эхо впервые вышел из поселения, впервые был один. Если не считать Бури, которая пряталась за кустами, деревьями и камнями. Но он не будет надеяться на неё, он должен сделать всё сам.

«Справлюсь, справлюсь», – стучало в голове волка.

Дорогу к высокой горе, на которой жила Смерть, он нашёл быстро. Теперь оставалось самое сложное: украсть из её дровницы, связанной самой природой из корней деревьев, пару веточек, и чем больше он украдет, тем больше его будут уважать в стае.

Мальчик, всё это время шедший по лесу в облике человека, обратился. Каштановая шерсть мелькала среди кустов и камней. Волк, мягко ступая на каменную дорогу, крался к вершине. Волфов не было видно, но их и не должно было быть здесь. Приближаться к своей госпоже они не смеют.

«Что ж, тем для меня лучше, лучше», – думал Эхо и осторожно втянул ноздрями воздух. В нем отчетливо чувствовался запах дыма. Значит, Смерть уже разожгла костёр. Это несколько усложняло задачу, и волк занервничал.

Дорога, протоптанная тысячами лап, становилась круче, и вдруг резко закончилась. Волк оказался на ровной, поросшей редкими кустами и деревьями, тусклой зелёной травой, вершине, будто срезанной огромным острым ножом – настолько ровной. Кое-где трава выгорела, почва выветрилась и обнажила камень. Удивительно, что здесь вообще была растительность. Эхо припал к земле и медленно, тихо крался к мощному стволу дерева, самого высокого здесь. В углублении под его корнями лежал хворост.

Волк крался совершенно бесшумно, хотя в его груди сердце билось настолько сильно и гулко, что, казалось, только по этому биению можно было его заметить. Эхо полз на животе, касаясь земли, собирая все острые камни и выступы. Было больно, но он даже не заскулил, он терпел.

И вот когда волк уже просунул мордочку в дровницу, уже зажал между клыков целых пять веток, ведьма повернулась. Волчонок испуганно зажмурился. Нет, на неё нельзя смотреть. Её глаза пронзают тело, словно тысячи кинжалов, они заколдовывают, зачаровывают, и ты не можешь противиться этому колдовству.

– Очередной волчонок проходит посвящение, – проговорила она низким, хриплым голосом, никак не вязавшимся с её прекрасной внешностью. – А я всё ждала, когда вы начнёте сюда шастать. Ты первый?

Эхо не ответил. Он должен поскорее выбраться отсюда. Скорее, пока не пришла Буря. Он хочет сам пройти посвящение, без чьей-либо помощи.

Эхо мысленно произнёс: «Ведьма» и его слова повторили сотни, тысячи голосов вокруг колдуньи. Она растерянно замотала головой. Оборотень, обладающий такой силой, ей ещё не встречался.

Волк воспользовался этой заминкой, сильнее зажал в зубах хворост и со всех лап пустился вниз, к подножию. Ему было страшно и радостно одновременно. Он не был так счастлив наверное с того момента, как узнал от вождя, что может пройти испытание, даже несмотря на то, что был младше, чем следовало бы. Его допустили, потому что его Дар раскрылся рано. Многие волчата считали его бесполезным, ведь это не огненная магия, которой можно сжечь противника, не способность двигать камни, не быстрые лапы… Но он справился. Он доказал, что не бесполезен! И теперь он возвращается в стаю, как взрослый охотник.

– И зря ты волновалась, – пожал плечами Ураган, прячась за деревьями в облике человека. Он был назначен спутником Эхо. – Молодец парень, сам справился. От самой Смерти увильнул!

– Да-да, Эхо такой, – кивнула Буря, нервно заламывая пальцы. Напряжение до сих пор не исчезло.

– А вождь знает, что ты здесь?

– Нет! И только попробуй сказать!

– А что я за это получу?

– Ты не получишь пинок под хвост, чертов Ветер, – фыркнула Буря.

– Какие мы вспыльчивые, – притворно обиделся Ураган и, скрестив руки на груди, посмотрел туда, где был Эхо. Но волчонка здесь уже не было…

– Где он?

Но Ураган уже не слышал Бурю. Он рванулся с места, очертаний его тела даже не было видно, будто он сам превратился в ветер. Волчица быстро пробиралась сквозь кусты и высокие травы, и вскоре нагнала Стража Ветра. Он по-прежнему таился за стволами деревьев и наблюдал за Эхо. Волчонок, видимо немного сбившись с пути, пошёл к поселению другой дорогой и выбежал к большому обрыву. Длинный канат со свисающими с него верёвками – всё, что осталось от веревочного моста.

Эхо заколебался. Он не смог бы пройти по веревке в облике волка, не смог бы и в облике человека. Видимо, опасаясь погони, волк торопился с принятием решения. Тогда он обратился. Хворостинки, которые он держал в пасти, оказались во рту, и мальчик принялся отплевываться. Эхо поднял с земли упавший хворост, сунул его за пояс и подошел к канату. Глубоко вздохнув, он присел, пощупал веревку – прочная ли, не порвется – и, крепко вцепившись в него руками, свесил сначала ноги, а потом и все тело. Буря испуганно ахнула и зажала рот руками. Ей не хотелось, чтобы Ураган видел, как сильно она переживает. Но он не мог это не заметить.

– С ним все будет нормально. А если он упадет, я обязательно его поймаю, – успокоил Страж волчицу.

Но Эхо и не думал падать. Он цеплялся за канат, продвигаясь всё дальше и дальше, словно был рожден не волком, а мартышкой. Босые ноги болтались над пропастью, и мальчик пытался меньше ими размахать – при этом канат начинал опасно пружинить и дергаться.

Наконец Эхо схватился за выступ земли, подтянулся и выкарабкался на землю. Оказавшись в безопасности, мальчик лег, раскинув в стороны руки и ноги. Мышцы ныли от
непривычного напряжения, он тяжело дышал. Но отдыхать долго Эхо не стал. Уже через несколько минут он вскочил, вытащил из-за пояса веточки, радуясь, что ни одна не сломалась, обратился, подобрал их и бросился к поселению. Осталось совсем немного.

– Тебя перенести или ты пойдешь той же дорогой? – поинтересовался Ураган.

– Справлюсь сама, – отозвалась Буря. Два прыжка – и она у каната. Секунда – Буря уже висит на нем. Ещё минута, две, три – девушка уже поднимается с колен на противоположной стороне. В отличие от Эхо, Буря не первый раз пересекала этот овраг.

Ураган же с лёгкостью перелетел через пропасть и вместе с волчицей побежал вслед за Эхо.

«Он справился, – думала Буря, улыбаясь. – Справился!»

***

Празднования в честь посвящение Эхо и ещё нескольких волчат продлились до позднего вечера. Спать волки легли уже после заката.

Сегодняшней ночью поселение охраняли лишь три Стража. Ураган после праздника был уже не в состоянии взобраться на скалу: он до своего-то шатра еле-еле дошел. Потом ещё несколько минут оттуда доносился его нетрезвый голос. Ураган любил распевать песни на пьяную голову (а он сегодня был в центре внимание наравне с Эхо, так как был его спутником), но получалось это у него из рук вон плохо. Вскоре он уснул, и поселение погрузилось в тишину.

Буря прокручивала в голове произошедшие сегодня события. Пять хворостинок! Это больше, чем у кого-либо сегодня. Это её число, она в своё время тоже принесла пять веточек. Сегодня вождь кинул их в костер, защищающий стаю от волфов. Через луну посвящение пройдут ещё несколько волчат и принесут ещё хворостинок. Костёр может защищать поселение, только если в него подкидывать хворост именно из дровницы ведьмы. И теперь он будет гореть ещё долго, вплоть до следующего года.

Вдруг Буря заметила, что Океан напрягся, Песок поднялся и начал внимательно вглядываться в темноту. В воздухе чувствовался чужой запах, такой знакомый и незнакомый одновременно.

«Чужак. Я посмотрю» – тихо провыл низким голосом Песок.

«Нет! Я знаю, кто это. Ждите меня здесь» – ответила Буря, обратилась в волчицу и прыгнула в темноту.

***

Зачарованный лес встретил человека враждебно: воем диких зверей и настораживающим шелестом листьев. Зорэн не понимал, почему его так тянет сюда. Он был здесь пять лет назад. Юноша даже не помнит, как оказался у той реки, еле живой; помнит лишь бурую волчицу с добрыми рыже-золотыми глазами… и с острыми, словно ножи, белыми клыками. Она укусила его. Зорэн хорошо помнил ту боль, она ни с чем не сравнится. Даже когда его плечо порвали огромные, мускулистые волки. Это были необычные волки, юноша это понимал. Они ходили на задних лапах и были вдвое больше обычных. Но почему-то его бросили у реки, а вскоре пришла рыжая волчица и укусила его. Тогда внутри него всё горело, и странная ярость, и необычное ощущение силы, способной покорить всё и вся переполнили его сущность.

С тех пор прошло пять лет. В деревню он вернулся сам, будучи совершенно здоровым. Рана затянулась на удивление быстро, только уродливый шрам на плече напоминал о произошедшем. Но с того дня Зорэн изменился. Он стал сильнее любого своего сверстника и человека, который старше его. Раны, полученные им, даже самые глубокие, затягивались, как на собаке. Юноша научился видеть в темноте, у него обострилось обоняние. Он не понимал, что с ним происходит…

Последние два года его стало тянуть в лес, но он противился этой странной тяге. Но вот вчера Зорэну исполнилось восемнадцать, и желание отправиться в лес стало просто непреодолимым. Ноги сами несли его туда, в место, где по легендам, жили духи и оборотни. Люди боялись леса, но Зорэн не чувствовал страха. Не чувствовал страха, когда ночью через окно выбирался из дома мачехи, когда в одиночку пересекал широкое поле посреди ночи и даже тогда, когда он ступил под тень деревьев зачарованного леса.

Зорэн старался ступать неслышно, чтобы не разбудить спящих животных. Он не знал, куда идёт, но шёл, шёл вперед, в самую глубь леса.

Кто-то следил за ним, Зорэн ощущал пристальные взгляды на себе. Это были ночные охотники-совы, стражи леса – деревья-великаны… и волк, рыжим вихрем метавшийся между кустов.

Юноша вышел на открытую поляну, на которой кроме большого, ребристого камня да полевых цветов, не было ничего. Тогда-то волчица вышла из тени. Зорэн увидел её на камне. Она спокойно лежала, положив голову на передние лапы, и не сводила с него глаз.

– Ты наконец-то пришел, – на глазах юноши волчица обратилась молодой девушкой с длинными, рыжими, как и шерсть волчицы, волосами. – Я ждала тебя.

– Я тебя знаю, – проговорил Зорэн. Во рту пересохло. Только что, прямо на его глазах животное превратилось в человека!

– Да. Мы встречались с тобой лет пять назад. Правда, тогда ты видел меня только в обличии волка.

Девушка перевернулась на спину и смотрела на гостя леса оценивающе, запрокинув голову. В непроглядной темноте, её рыже-золотые глаза светились, подобно маленьким звёздочкам. Зорэн подумал, что она похожа на него самого.

– Ты – та рыжая волчица?

– Я думала, ты это уже понял.

– Извини… Это ты спасла меня? Тогда, у реки.

– Да.

Буря понимала, что человеку трудно поверить в увиденное, но нужно было торопиться. Ночью даже двум волкам опасно быть вне поселения.

– Тогда, может быть, ты поможешь мне ещё раз? – с надеждой спросил Зорэн и подошёл ближе к собеседнице. – Я не знаю, как это объяснить, но меня непреодолимо тянет в лес. Ты не знаешь почему?

– Знаю, – волчица села на камне, свесив ноги, и наклонилась к юноше. – Это зов крови, тебя тянет к своим.

– К своим?

– Если ты пойдешь со мной, я всё подробно тебе объясню, – Буря поднялась на ноги и спрыгнула с камня, оказавшись рядом с Зорэном. Несмотря на то, что был младше девушки на два года, юноша был на полголовы выше.

«Крупный будет волк» – отметила про себя Буря.

– Здесь небезопасно, всё-таки мы посреди леса, полного диких зверей. Идём.

Она взяла его за руку и повела за собой в чащу. В волка девушка обращаться не стала – и сложнее подстроиться под шаг человека будет, и Зорэн испугаться может. «Хотя он, кажется, не робкого десятка» – думала довольная Буря.

– Ты ведь… оборотень, да?

– Да, я оборотень. И ты тоже оборотень.

Зорэн кажется не ожидал такого прямого заявления. Может где-то в самой глубине души он знал, кем является, но поверить в это не мог и не хотел.

Больше они не говорили и до самого поселения дошли молча. Зорэн не произнёс ни слова, когда они подошли к высоким горам, когда они прошли через скрытую за каменными насыпями и деревьями арку, в которой горел огромный костёр. Он не произнес ни слова даже тогда, когда они оказались в образованном горами кольце, внутри которого прятались множества шатров, в которых явно кто-то был. Юноша обрёл дар речи только тогда, когда с помощью Бури он взобрался на скалу, поросшую зеленью. Отсюда всё поселение было видно как на ладони. Высокие шалаши, ещё тлеющие угольки – всё, что осталась от костерка посреди небольшой площади, на котором, вероятно, что-то жарили, лавочки, составленные из бревен. Но не это заинтересовало и удивило Зорэна, а то, что на двух других скалах сидели волки – белый и песочного цвета. Их голубые и зелёные глаза смотрели прямо на юношу.

«Чужак» – взвыл Песок, недобро щурясь.

И к своему удивлению, Зорэн понял волка…

«Нет! Он наш, свой!» – ответила Стражу тихим, но решительным воем Буря.

Смотреть на девушку, которая общается с волком, было немного странно и непривычно, и юноша попятился. Волк, общавшийся с Бурей, грозно зарычал, оскалив белоснежные, острые клыки.

«Песок, не смей. Успокойся немедленно» – подал голос белый, голубоглазый волк.

Зорэн постепенно отходил от шока, непреодолимая тяга и вовсе исчезла (наверное, он прибыл туда, куда должен был), интерес угасал и восторг от того, что он попал в такое необычное место, наконец, сменился нормальным человеческим чувством – страхом. Юноша медленно шёл назад, переводя взгляд с волчицы на волка, потом на второго и обратно. Он не заметил, как приблизился к краю, как нога его оказалось над обрывом…

– Держись!

Реакция Бури была мгновенна. Она молниеносно метнулась к человеку и, упав на живот, схватила его за руку. Девушка стиснула зубы.

«Ну и тяжелый же ты» – пронеслось в голове.

С трудом, но Зорэну удалось вскарабкаться на скалу.

– Смотри под ноги – первое правило охотника. Споткнёшься – упустишь добычу, – предупредила Буря.

Юноша кивнул. Он прислушался. Отчетливо слышались мягкие шаги за спиной. Зорэн кинул взгляд на противоположную скалу, белого волка там не оказалось. Тогда он резко обернулся. Белый волк стоял около него и принюхивался.

– Некрасиво с твоей стороны так делать, – заметила Буря, обращаясь к белому волку. – Он ведь человек и не понимает, зачем ты делаешь это. К тому же, видит нас первый раз.

– Да, прошу прощения, – мгновение, и вот уже перед Зорэном стоит мужчина с длинными белыми волосами и голубыми волчьими глазами, одетый в обыкновенные штаны и голубую, накинутую на одно плечо, ткань, подпоясанную серебристым шнуром.

– Меня зовут Океан, – представился мужчина. – Я – Страж Воды, старший Страж.

– Страж? – переспросил Зорэн.

– Стражи – волки, охраняющие стаю. Ими становятся волки, обладающие огромной силой и необычными способностями – физическими и душевными. Буря – волк, обративший тебя – является Стражем Огня.

Девушка присела в шуточном реверансе.

– Песок, – она махнула в сторону большого волка, с неодобрением встретившего чужака. – Страж Земли.

– Должен быть Страж Воздуха, – задумчиво проговорил Зорэн, поднявшись с колен. – Четыре стихии.

– Верно, – кивнул Океан. – Есть и четвертый Страж, его зовут Ураган. Сейчас он погружен в глубокий сон. Ты увидишь его утром.

– Утром? Я останусь здесь до утра?

– Ты просто не сможешь уйти, – сказала Буря и улыбнулась. – Теперь лес – твой дом, стая – твоя семья, а ты – волк.

Сердце Зорэна пропустило несколько ударов. Вот почему его тянуло в лес: он должен был встретиться с волками.

– Я помогу тебе обратиться, – сказала Буря. – Сейчас самое лучшее время. Я знаю, что ты боишься и сомневаешься, но когда это произойдет, ты поймешь, что сделал правильный выбор.

Зорэн и не заметил, как оказался вместе с Бурей на одинокой скале, залитой лунным светом. Он не понял, когда и почему внутри стало тепло-тепло. Он понял, что с ним что-то происходит, когда каждую клетку тела наполнила тупая боль, каждую мышцу будто растягивали. Казалось, что его выворачивают наизнанку.

– Посмотри на меня.

Зорэн не видел ничего, кроме золотисто-рыжих горящих глаз.

И вдруг всё прекратилось. В одно мгновение боль утихла, неприятные ощущения исчезли. Что-то в Зорэне изменилось. Он вдыхал прохладный воздух тихой ночи, чувствуя запах цветов и животных, живущих в лесу. Он смотрел на мир по-новому, будто впервые видел его. Он чувствовал лапами каждый бугорок скалы, каждую маленькую ямку. Внутри возникло непреодолимое желание... Зорэн поднял голову и пронзительно завыл.

Юноша не заметил, как рядом с ним возникла бурая волчица. Она глубоко вдохнула, и к вою Зорэна, немного хриплому и низкому, присоединился ещё один – мелодичный и звонкий.

***

Зорэн проснулся в незнаком помещении, на мягком пушистом ковре. Суставы ныли, голова будто налилась чугуном – поднять её было практически невозможно. Юноша дышал тяжело, но, несмотря на плохое самочувствие, на душе у него было легко.

В глаза ударил яркий солнечный свет. Зорэн сощурился.

– Проснулся? Замечательно.

Это была Буря. Юноша открыл глаза. Сейчас она была в человеческом облике и приветливо ему улыбалась.

– Давай, поднимайся. Чем быстрее ты выйдешь на свежий воздух, тем быстрее пройдёт боль после превращения. Ты ничего не помнишь? Да не может быть такого! Ну-ка вставай, лежебока! Пока будешь валяться, неприятные ощущения будут только усиливаться!

Зорэн попытался встать и вдруг понял, что у него нет ни ног, ни рук!

– А чего ты удивляешься? Ты уснул в облике волка, в облике волка и проснулся. Всё логично, по-моему.

С трудом и с помощью Бури юноша-волк встал на четыре лапы, тряхнул головой и тяжело вздохнул.

– Вот не надо. Превратись обратно и будет полегче. Давай, я помогу. Сядь. Ну не смотри на меня так, сядь.

Волк соображал медленно. Ему было непривычно и несколько неудобно находиться в теле животного, и, несмотря на то, что конечности полностью его слушались, управлять ими было сложно.

Превращение произошло в долю секунды. Из всего, что запомнил Зорэн, были глаза Бури. Снова тепло внутри, но той сильной боли юноша больше не испытал.

– Чтобы превратиться обратно, ты должен просто сильно захотеть этого, вспомнить те ощущения, которые появляются при обращении и представить что-то или кого-то, что или кто был рядом с тобой во время первого обращения, – рассказывала Буря, а Зорэн приготовился вернуть человеческий облик. – Обычно мы представляем глаза волка, который помогал…

Но в мыслях юноши золотистые глаза волчицы возникли сами собой. Он почувствовал, как ему становится прохладно, лапы удлиняются, превращаясь в руки, клыки становятся меньше и практически исчезают в ряду ровных зубов. Когда он открыл глаза, то увидел перед собой улыбающуюся Бурю. За её спиной горело яркое солнце, дарившее своё свечение и девушке, и из-за этого она казалась какой-то неземной, сказочной… Хотя то, что происходит с Зорэном сейчас и можно назвать сказкой.

– Держи, – Буря кинула юноше несколько холодных кусков ткани. – Идти в таком рванье к вожаку будет высшей степенью неприличия.

И она вышла из шалаша, чтобы юноша смог переодеться.

«Видимо, одежда порвалась при обращении» – думал он отвлеченно, завязывая плетенный пояс на короткой синей тунике. Штаны были коричневые и, кажется, льняные. Он невольно вспомнил мужчину в голубых одеждах, которого видел вчера.

С трудом поднявшись на ноги, – оказывается, он и от человеческого тела успел немного отвыкнуть – Зорэн осторожно выглянул на улицу и увидел то же поселение, в которое привела его Буря прошедшей ночью. Сомнений в том, что всё произошедшее – правда, быть не могло. Да и какие сомнения, если ты проснулся в теле волка?

Теперь уже при солнечном свете поселение выглядело не таким таинственным и жутким. В центре у обычного костра сидели мужчины, во что-то играли дети, с чашками и корзинами ходили туда-сюда женщины; и если не знать, что все они – оборотни, можно было принять их за вполне себе обычных мирных жителей.

Буря ждала Зорэна у входа в шатер.

– Выползай уже оттуда, – сказала она, заметив его лохматую голову. – Эй, только не в буквальном смысле, не на четвереньках. Не забывай, ты сейчас человек.

Зорэн покраснел и, наконец, выбрался из шатра.

– Идём, тебя ждёт вожак.

– Вожак? Зачем? А мне обязательно к нему идти? Может, для начала ты мне расскажешь, куда я попал и зачем? И кто здесь живет? И кто вы?

Зорэн, оправившись от шока и сна, обрёл дар речи и задал вопросы, интересующие его с момента пробуждения.

– Я не думала, что ты такой болтун, – удивленно выгнула брови девушка. – Если ты ещё не понял, то мы и ты – волки-оборотни, способные оборачиваться то человеком, то зверем. Мы живём здесь уже долгие-долгие годы, и смысл нашего существования – борьба с волфами. Это волки или люди, потерявшие разум и контроль над своим телом. Их хозяйка – старая ведьма, поселившаяся в лесу много веков назад. Её цели нам неизвестны, но её нужно остановить, иначе она уничтожит весь лес – наш дом.

Этого Зорэну было мало, он хотел знать больше, хотел получить ответ и на другие вопросы, но не успел. Буря остановилась у украшенного тонкими кусками красной ткани, длинными плющами и шкурами шатра, который и шатром было трудно назвать. Она, наклонившись, зашла туда, и потянула за собой Зорэна. Внутри помещение, которое юноша про себя окрестил «дворцом», было такое же огромное, каким казалось снаружи. Было ясно, что здесь жил охотник: на полу, прикрывая землю, лежали шкуры, на деревянных подставках – ножи в кожаных чехлах.

Оторвав взгляд от оружия, Зорэн посмотрел на мужчину, чьи глаза были закрыты. Он сидел, скрестив ноги, положив на колени руки, и даже так был одного роста с Бурей. Вид у вожака – Зорэн сразу понял, что это именно он – был грозный. Смуглую кожу покрывали шрамы, развитую мускулатуру не скрывала туника без рукавов и свободные шаровары, волосы светло-каштанового цвета были собраны в хвост на затылке.

Буря чуть склонила голову и села перед вожаком на колени. Видя, что пораженный Зорэн не собирается двигаться, она больно толкнула его в бок. Только тогда он последовал примеру волчицы, и тут же вожак открыл глаза.

– Тебя Буря привела ночью? – спросил он, пристально глядя на Зорэна. Тот кивнул.

– Что чувствуешь ты сейчас? Ты испуган?

Зорэн покачал головой, но Буря снова толкнула его. На этот раз он не понял, что сделал не так, поэтому удивленно на неё посмотрел, а она даже не удостоила его взглядом.

– Ты рад, что попал к нам?

Кивок, и Буря уже мысленно скулит от его глупости.

– Тогда, если ты не испуган, даже рад, почему ты молчишь?

– Ещё вчера я не знал о существовании поселения оборотней в Зачарованном лесу, – ответил юноша и сам подивился своей откровенности. – Для меня здесь все новое, я не знаю ваших обычаев и боюсь сказать что-то не так.

– Твои чувства мне понятны. Отныне твоим наставником станет та, кто обратил тебя в волка.

– Буря? – уточнил Зорэн, взглянув на девушку.

– Она будет тебя учить до твоего посвящения, расскажет о нашем мире. Ты должен слушать и выполнять всё, что она говорит. Относись к ней с уважением и вниманием. А теперь подойди ко мне, юный волк.

Зорэн взглянул на нового учителя и, дождавшись её кивка, поднялся с колен и подошел к мужчине. Вожак коснулся его лба и тут же нарёк новым именем:

– Тебя будут звать Огонь.

В груди Бури сердце забилось быстрее. Она едва не кинулась на вожака и Зорэна, но сдержалась, сжав кулаки так, что ногти вонзились в кожу. Что значит «Огонь»? В стае был лишь один Огонь, погибший из-за её глупости и нерадивости других волков. Другого быть не может и не должно! Как можно отдать другому имя Огня?! Её Огня…

– Благодарю, – сказал Зорэн, не зная, за что благодарит, но интуитивно чувствуя, что должен это сделать.

– Иди, Зорэн, – сказала Буря, по-особому выделив человеческое имя подопечного. – Иди к костру, я скоро приду.

– Хорошо, – юноша в который раз за последние полчаса кивнул и вышел из шатра, не понимая, что так разозлило Бурю.

– Запомни его имя, сделай уж милость… – начал, было, вожак, но Буря его перебила:

– Как вы могли? Имя Огня не может носить какой-то мальчишка! Вы и сами говорили, что не назовете так недостойного; что Огонь был героем, что…

– Хватит, Буря! – громкий голос разгневанного вожака как раскат грома разнесся по шатру, оглушив волчицу. – Успокойся и послушай меня: ты не знаешь этого юношу. Я почти уверен, что он и есть тот, кого мы видели в Огне – избранный, тот, кто спасет нас.

– Только вот Огня эта ваша уверенность погубила, – проворчала девушка. В груди снова забурлила злость, которую она с трудом могла сдерживать.

– Ступай, Буря, я не поменяю своё решение. Усмири свой пыл и займись подготовкой нового волка к посвящению.

Волчица поклонилась, встала с колен и, обернувшись у выхода, спросила:

– Вы не можете назначить ему другого наставника?

Вожак покачал головой, и она, опустив голову, вышла из шатра. Сейчас ей как никогда хотелось побыть в одиночестве, но она уже успела заметить Зорэна в компании Урагана. Оставить новоиспеченного волка в компании Ветра Буря не могла, иначе потом ей придется развенчивать миф за мифом, которыми любезно поделиться с новичком старший «товарищ». Мало того, что Ураган был довольно ветреным волком, так ещё и приврать любил.

– Ну что, Огонёк, – выдавила из себя Буря. Она знала, что Ветер не раз наступит ей на больную мозоль, – Ты нашел себе нового друга? Хочу заметить, что Ураган – не лучший вариант.

– Ну что ж ты так нелестно обо мне отзываешься? – обиженным голосом проговорил Ветер. – Я, может, стал бы для него даже лучшим наставником, чем ты.

– Правда? И почему, мне интересно?

– Хотя бы потому, что не буду пытаться прожечь что-нибудь глазами, произнося его имя, – усмехнулся Ураган, оскалив белоснежные зубы, а потом потянулся и беззаботно добавил, – Схожу-ка я к нашим травницам. А то голова с утра раскалывается – ужас.

– Пить надо меньше, – скрестила руки на груди Буря, борясь с желанием ударить этого балабола.

– Вчера – грех не выпить. Мой подопечный, как-никак, стал полноправным охотником. Надеюсь, скоро мы будем пить и за твоё посвящение, Огонь, – подмигнул Ветер мало что понимающему юноше. – Если твоя наставница будет рычать – приходи ко мне. Мы на неё управу найдем, – и он пошёл прочь от костра.

– Надеюсь, ты понимаешь, что к Урагану нужно относиться с осторожностью? – строго спросила Буря.

– Наверное, – почесал затылок Зорэн и выразительно посмотрел на наставницу.

– Не надо так пялиться: если хочешь что-то спросить – спрашивай.

– Я даже не знаю, с чего начать.

– Уж что-нибудь выбери.

Желудок волка ответил за него. Он отчетливо чувствовал голод, но сказать об этом, когда вокруг все только и делали, что обсуждали какие-то очень важные и очень непонятные вещи, не решался.

– Понятно, – Буря улыбнулась. Кажется, гнев постепенно проходил, – Общий завтрак ты проспал, но я могу что-нибудь стащить. Ну, или попросить. Идём.

Буря повела юношу той же дорогой, по которой недавно шел Ураган. Мимо них пробегали дети, останавливаясь около них и махая руками. Буря приветливо махала рукой в ответ. Зорэн удивился, когда одна светловолосая девочка на его глазах превратилась в волка. Хотя, чему уж ему – оборотню с недавнего времени – удивляться…

– Все, кто здесь живет – оборотни с рождения? – поинтересовался Зорэн.

– Большая часть. Есть такие же, как ты; те, кого обратили. Кстати, с одним обращенным ты только что общался.

– Ураган? – удивился Зорэн и его вопрос прозвучал, кажется, слишком громко, потому что на него обернулись не только дети, но и взрослые волки. Заметив это, он поежился. Но жители поселения только улыбнулись и продолжили заниматься своими делами. Кажется, они не такие жестокие и злые звери, какими оборотней представлял себе Зорэн.

– Да, представь себе. Волк, который обратил его, уже давно мёртв. Ураган был слугой у кого-то богатого человека. Ох и натерпелся он там… С ним обращались, как с вещью, он не имел никаких прав, потому сбежал. Тогда его нашёл Гром. По его словам, Ураган молил о смерти… – Буря нахмурилась, – Гром укусил его и через год Ураган прибежал сюда. Он быстро освоился, через три года после своего обращения он заменил Грома и стал Стражем Ветра.

– Но вы, кажется, не очень хорошо ладите.

– Почувствовав свободу, Ураган пустился во все тяжкие. Он неплохой волк, но раздражает своей любовью к девушкам.

– Что в этом плохого? – улыбнулся Зорэн.

– Ты не понял: к каждой девушке в стае. Кому нужен такой ветреный волчище, – пожала плечами Буря. – Ну вот, мы пришли. Заходи.

Зорэн даже не заметил, как они оказались у пещеры, завешанной зелеными лианами, откуда исходил такой приятный запах жаренного мяса, что юноша облизнулся.

– Это наша кухня, – сказала Буря, протолкнув подопечного внутрь. – Сюда непринято заходить, но, как ты понимаешь, кое-кто умудряется незаметно проскальзывать и тащить что-нибудь съестное. Пойдем, представлю тебе повелительницу этой обители мяса и мёда.

Буря пошла вглубь пещеры. В воздухе витал одурманивающий запах специй, и через легкую дымку Зорэн увидел невысокую, на вид очень молодую женщину в косынке с румяными щеками.

– Кажется, это тот волчонок, о котором говорит вся стая, – мельком взглянув на гостей, спросила она. – Наслышана. Проголодался? Как тебя зовут?

– Огонь, – ответил юноша, прислушиваясь: как звучит его новое имя?

– Огонь? – испуганно переспросила хозяйка кухни. Из её рук выпали деревянные тарелки и нож, с грохотом ударившись о каменный пол, а женщина в косынке застыла, глядя на Бурю. Та поежилась, отвела взгляд:

– Он действительно проголодался, Золотко. С момента обращения у него во рту и маковой росинки не было.

– Конечно! – спохватилась повариха и забегала Золотко, то и дело врезаясь в других кухарок. – Чем бы тебя накормить попривычнее? Посмотрим-посмотрим.

– А что вы вообще едите? – поинтересовался Зорэн, наблюдая за кухаркой.

– Мясо разных животных. Для того и ходим на охоту. А вообще – всё, что можно найти в лесу: мёд, ягоды. А ещё мы выращиваем пшеницу, делаем из неё что-то вроде вашего хлеба, но только по форме круглое – подсмотрели у людей, – ответила Буря. – Большая часть девушек и женщин поселения занимается собирательством ягод и мёда, готовит на кухне. Дети им помогают. А мужчины ходят на охоту.

– А ты что делаешь?

– Я тоже охочусь. Среди девушек тоже есть охотницы – те, что посильнее, кто прошел посвящение.

– То есть ты сильнее той же Золотки? – удивился юноша.

– Конечно, – усмехнулась Буря, скрестив руки на груди. – Я кажусь слишком тощей? Мой Дар позволяет мне не бороться голыми руками. К тому же, будь я слабее мужчин, я бы не стала Стражем.

Зорэн не успел задать очередной вопрос: к ним подлетела Золотко с большой глубокой тарелкой. Зорэн даже сильнее проголодался, учуяв запах мяса и мёда.

– Спасибо, – кивнул он.

– На здоровье. Но имей в виду: первый и последний раз я делаю для тебя исключение.

– Хорошо, – немного растерянно проговорил Зорэн и вместе с Бурей вышел из пещеры.

– Пойдем во-о-он на ту скалу. Она называется Зелёной, это мой пост и моё любимое место. Там ты поешь, и я расскажу тебе всё, что ты хочешь знать.

***

– Да, на счёт исключения. Вся стая собирается у костра, около которого ты познакомился с Ураганом, во время приема пищи. Вечером на этом же костре жарят телёнка, оленёнка – в общем, того, кого поймают во время охоты. В другое время – никаких вылазок на кухню за съестным. Карается по всей строгости закона. Потому что мы убиваем ровно столько, сколько нам нужно для питания. Если кто-то съест больше, чем ему полагается, то кто-то останется голодным. Ясно?

Зорэн кивнул, за обе щеки уплетая хорошо прожаренный стейк, политый мёдом. Кажется, ничего вкуснее в своей жизни он не пробовал.

Буря молча смотрела на своего подопечного, но, наконец, это занятие ей наскучило.

– Может, что-нибудь спросишь? Я не знаю, с чего начать.

– Хорофо, – с набитым ртом отозвался юноша, проглотил и произнес, – Как вообще так получилось, что вы стали оборотнями? Вы всегда ими были или вас тоже кто-то обратил? И давно здесь поселение оборотней? И почему вы не показываетесь людям?

– Стоп! Ну-ка угомонись, иначе я все не запомню, – остановила его Буря и села поудобнее, настраиваясь на долгий разговор. – Ну, давай всё с самого начала. Кажется, ты мало что запомнил из нашего утреннего разговора. Никто уже и не помнит, когда оборотни появились в лесу. Мы знаем только то, что живем здесь очень давно; что должны побороть ведьму, живущую на горе в глубине леса; что это сделает Избранный. Он будет отличаться от других волков невероятной смелостью и особенно сильным Даром: «тот, у кого ястребиное зрение, человечьи глаза, кто там, где смерть жжет костер, вдыхает дым». Мы даже не знаем, кто произнес это предсказание, но каждое посвящение ждем, что кто-то из волков покажет себя, испугает, а может и победит саму Смерть – так зовут ведьму.

– А ведьма уничтожает ваш лес? Это я запомнил – пробубнил Зорэн, закончив с трапезой и откинувшись на траву. Кажется, он начал привыкать к жизни в лесу.

– Поэтому её нужно остановить.

– Оно и понятно, – понимающе кивнул Зорэн. – А что за Дар? Ты несколько раз говорила об этом.

– Дар? Ну, это что-то похожее на магию, как в человеческих сказках. Особый талант, который есть у каждого оборотня.

– И какой же у тебя?

Вместо ответа Буря провела в воздухе изогнутую линию, и она тут же загорелась. Буря подула, и волна изогнулась спиралью, пролетела над восхищенным юношей и, поднявшись вверх, рассыпалась мелкими искрами.

– Ты повелеваешь огнем?

– Да. И ты, судя по имени, тоже.

– Я? – переспросил Зорэн, сел и внимательно осмотрел свои руки. Потом повторил движения Бури, но ничего не произошло в первую секунду. Потом воздух заискрился и тут же потух.

– Неплохо! Ни у кого не получается с первого раза! Но не так быстро, этому нужно учиться, иначе всё спалишь.

– У кого училась ты? – полюбопытствовал он, взглянув на наставницу, и вдруг отшатнулся. – Я сказал что-то не так?

– Все в порядке, – Буря отвернулась, так что Зорэн мог видеть только её волосы, сияющие на солнце, и по её щеке прокатилась одинокая слезинка. Но даже голос не выдал душевного состояния девушки, – Оборотня, который был моим учителем, давно нет в живых.

– Он был тебе дорог?

– Как и любой учитель для ученика.

Повисла неловкая пауза. Буря не шевелилась, а Зорэн не знал, как завести разговор снова. Он и раньше не знал, как успокаивать девушек, а теперь – и вовсе. Буря казалась старше, мудрее, но выглядела, как его ровесница. Он не знал её возраста, поэтому боялся обидеть сильнее неуважением или излишней ласковостью, с какой обычно успокаивают детей.

– Наверное, тебе интересно послушать побольше о Стражах? – первой нарушила молчание Буря и вновь повернулась к подопечному: на её лице не было и тени недавней перемены.

– Неплохо было бы это узнать.

– Ну, старший Страж – Океан, он Страж Воды. Он самый старший в стае, после вождя, разумеется, поэтому относись к нему с должным уважением. Управляет водной стихией. Помимо всего прочего, он учит волчат, которые обладают даром, связанным с его стихией, им управлять. Страж Земли – Песок, немного твердолобая гора мускул, с которым спорить – себе дороже. Его стихия – земля. В случае особой опасности должен заключить под каменный купол поселение. Дальше по возрасту идем мы с Ураганом – мы одногодки. Ураган, как ты уже понял, Страж Ветра, чем и управляет. Самый быстрый волк в стае. Ну, а о его личных качествах ты немного уже знаешь. Кстати, несмотря на все его минусы, в бою он отличный товарищ, положиться на него можно. Теперь немного обо мне. Меня зовут Буря, я сменила своего учителя на посту Стража Огня. Я строгий наставник, поэтому не жди послаблений, – девушка улыбнулась и задумалась, – Вот, вроде бы, и всё.

– Можно нескромный вопрос?

– Валяй, но не обещаю ответить.

– Сколько тебе лет?

– Двадцать.

– Ничего, что я обращаюсь к тебе на «ты»?

– Ничего, – засмеялась Буря, – У нас небольшая разница.

– Хорошо. У меня есть ещё пара вопросов. Можно?

– Конечно.

– Что такое посвящение? Я понял только в общих чертах, но, кажется, я должен буду его пройти.

– Да. Обычно его проходят мальчики четырнадцати лет; девочки – в пятнадцать. Конечно, есть исключения: я с одним из них знакома, его зовут Эхо. Вчера он прошел свое посвящение, ему тринадцать. Помнишь, когда мы шли сюда вчера ночью, мы проходили мимо высокого костра, преграждающего путь в поселение? Он защищает нас от вторжения людей и волфов. Конечно, он не простой. Чтобы поддерживать его, мы должны подбрасывать в него прутики из дровницы Смерти. За ними и отправляются волчата, показывая, что готовы защищать и помогать стае, доказывая свою смелость и умение пользоваться Даром.

– И вы не боитесь отправлять волчат к самой Смерти? Вдруг они не справятся?

– Давным-давно дети действительно погибали во время испытания. Это было ужасное время: матери прятали детей, чтобы не потерять их. Но сейчас традиция изменилась. У каждого волчонка есть взрослый спутник, который поможет в случае опасности.

– И то сахар!

– Да уж, – усмехнулась Буря и посмотрела вверх, – у нас ещё много времени до ужина. Если ты нормально себя чувствуешь, то можем заняться твоей подготовкой.

– Можем. И с чего начнем? – воодушевился Зорэн, тут же вскочив на ноги. – С огненных шаров? Или этих искр, которые ты мне показывала?

– Ну-ка притормози, – засмеялась Буря – так заливисто и легко, впервые с момента их встречи. – Для начала ты должен научиться хотя бы в волка превращаться быстро, без увечий для себя, других и одежды.

– Тоже неплохо! – не расстроился юноша.

– Давай для начала спустимся со скалы? А то мало ли, как тебя будет заносить, пока ты научишься передвигаться в обличии волка. У подножия скалы есть поляна, где тренируются волки. Сейчас там никого быть не должно, а если и будет, то дальний угол – моя негласная собственность. Пойдём!

Они спустились к подножию где, как и говорила Буря, находилась широкая поляна. Правда, здесь было не так безлюдно – трое волчат сцепились в один черно-бело-каштановый клубок, пытаясь что-то друг у друга отобрать.

– Вроде уже взрослые волки, – громко сказала Буря, обращаясь к ним.

Клубок тут же распался на три волчонка, которые мгновенно уселись в линейку перед девушкой. Два из них – черный и белый с серыми подпалинами – были немного крупнее, чем их каштановый товарищ.

– Что не поделили? – поинтересовалась Страж, скрестив руки на груди.

Тут черный и белый обратились в лохматых мальчиков и один из них заговорил:

– Это был тренировочный бой.

– Мне кажется, он перерос в нечто более опасное, чем просто тренировка, – строго заметила Буря.

– Может, хватит нам указывать? – раздраженно отозвался светленький мальчик, второй кивнул в знак согласия и незаметно для девушки спрятал что-то в карман выпачканных в пыли штанов. Зорэн заметил это, но виду не подал.

– Мы уже прошли посвящение, ты нам больше не указ.

– Думаете, прошли посвящение – стали взрослыми волками? Три «ха-ха»! Пока я – Страж и волк, который, к тому же, старше вас, будьте добры слушать мои указания. А сейчас вон с поляны! И чтобы вашего скулежа я сегодня больше не слышала!

Фыркнув, оба мальчика ушли. Третий же сидел неподвижно, опустив продолговатую морду с аккуратным черным носом. Буря вздохнула, подошла к нему и, присев рядом на колени, погладила по мягкой шерсти.

– Ну, хоть ты скажешь мне, что тут у вас произошло?

Вместо ответа волчонок уткнулся в её плечо и заскулил. Буря не стала его ругать или отрывать от себя, лишь продолжала гладить и обнимать.

Зорэн смотрел на них, и в его груди разливалось тянучее чувство тоски. Он помнил, как, будучи маленьким, попал в чужую семью. Его не приняли; старшие дети не упускали возможности поиздеваться над ним. В том холодном доме только один человек стал для него родным. Её имени он даже не знал, но на всю жизнь запомнил ласковую улыбку, нежные руки, тихий голос. Она пропала в лесу, когда ему было тринадцать, и он отправился её искать. Тогда-то его, раненого, полуживого, нашла Буря и укусила. Зорэн никогда не сожалел о своем поступке, но сейчас, когда тот побег в лес привел его в стаю, где есть те, кому не плевать на него, он с особой радостью вспоминает его.

– Так что им было нужно? – поинтересовалась Буря, когда волк, вдруг обратившийся в её руках мальчиком, отшатнулся.

– Ничего, ничего, – покачал головой он.

– Не смей мне врать.

– Я взрослый волк, твоей помощи больше не попрошу. Не попрошу.

– Просить кого-то о помощи не зазорно, Эхо.

– Ты сама себе противоречишь, противоречишь, – он вздохнул, – Вчера Ураган подарил мне одну вещицу: ветер в маленькой бутылочке. Бутылочке, которую даже на шее можно носить. А Уголь и Зола хотели отобрать. Я бы не дал, не дал. Но ты говорила, что использовать Дар против своих нельзя.

– Нельзя, – кивнула Буря и потрясла головой, – пообщавшись с этим мальчишкой, она и сама начала говорить, как он. – То, что ты хотел отвоевать свою вещь в честном бою – похвально, ты молодец.

– Молодец, – повторил Эхо с горькой усмешкой.

– Мы вернем его, обещаю.

– Не нужно, – мальчик поднялся с земли, – Я разберусь с этим сам, как взрослый волк, – тут он взглянул на Зорэна, – Ты новый подопечный Бури?

– Вроде того, – улыбнулся он. – Меня зовут Зо… – тут он посмотрел на наставницу и поспешил исправиться, – Огонь.

– Огонь, значит, – задумчиво повторил Эхо, – Понятно, понятно.

– Это Эхо, – сказала Буря, и Зорэн снова заметил в ней перемену: в глазах особенно. Они загорелись каким-то странным, неестественным светом. Будто каждый раз наполнялись слезами…

– Очень приятно, Эхо, – кивнул юноша. – Значит, ты вчера прошел посвящение? Поздравляю!

– Спасибо. Надеюсь, смогу скоро поздравить и тебя, и тебя.

Улыбка Зорэна стала натянутой – он понял, за что мальчик получил такое имя. Тут пришла в себя Буря и бодро шагнула вперед:

– Ну что, приступим к тренировкам? Тебе, Огонёк, нужно ещё многому научиться, так что на лень и пустую болтовню времени нет!

Эхо ушёл, сказав, что не будет мешать; Буря уселась на траву и говорила подопечному, что нужно делать, а Зорэн… После множества неудачных попыток, в результате которых у него то вылезали волчьи уши, то хвост, которые он долго не мог убрать, наконец, смог обратиться полностью.

– Неплохо, неплохо, – смеялась Буря. У неё вообще как-то резко поднялось настроение, когда она наблюдала за вроде бы взрослым человеком, но таким неловким и глупым волком. – Ну-ка, давай теперь учиться ходить. Подними одну лапу. И что ты смотришь на меня? Лапу, говорю, подними, – но чёрный волк не шевелился. Буря, хотя и понимала, что он просто боится, подползла к нему и повторила прямо в ухо, – Подними лапу!

Зорэн отшатнулся, но инстинктивно переставил лапы и смог сохранить равновесие.

– А, с тобой нужно по-плохому? Ну что ж, будем по-плохому, – хитро улыбнулась Буря и, что было силы, стукнула его по спине, – Да расслабься, Огонёк.

Волк заскулил и оскалился.

– Попробуешь цапнуть?

Зорэн не решался, тогда Буря отломила от близрастущего дерева ветку и принялась размахивать ею перед мордой зверя, намерено щекоча нос маленькими листочками. Волк злился, а девушка только смеялась, бегала по поляне и играла с ним, как со щенком.

Зорэн и сам не понял, когда побежал; когда принялся догонять Бурю, то и дело, вставая на задние лапы, наскакивая на неё; как разозлился до того, что вдруг ускорился и выхватил злополучную ветвь из её руки. Но будучи неопытным зверем, он царапнул клыками и руку наставницы. В нос ударил металлический запах крови, но в лице Бури, к удивлению зверя, не дрогнул ни один мускул.

– Знаешь, почему метод «по-плохому» нравится мне меньше других? Мне все норовят откусить полруки. Хотя всё не так страшно: каждый только царапает.

Она снова села на траву и оглядела руку. Небольшая рана кровоточила. Зорэн подошел к ней, виновато заскулил и, сам не вполне понимая, что и зачем делает, лизнул её руку.

– Да не убивайся так, Огонёк! Знаешь, сколько таких же, как ты, меня кусали? И ничего, жива. На волках, знаешь ли, раны быстро затягиваются.

Но Зорэн чувствовал себя виноватым и потерся о её плечо мордой. Он не знал, как выразить своё сожаление в обличии волка по-другому, а обратиться обратно не мог.

– Пойдем-ка к Океану. Он с такой пустяковой раной справится быстро, а потом мы вернем тебе человеческий облик. А пока побегаешь так – полезно. Идёт?

Волк кивнул и послушно пошёл за наставницей.
Добавил: RedAngel |
Просмотров: 167
Форма входа
Логин:
Пароль:
 
Статистика
Яндекс.Метрика