Главная

"Если лучше приглядеться..." Глава 7: Сказочка на прощание

Если лучше приглядеться

25.08.2014, 19:52
Шло их третье занятие в Большом Зале. Ученики пытались трансгрессировать. Но только пытались. Гарри со злостью осматривал небольшой круг вокруг себя, начерченный мелом на полу Большого Зала. Как он не старался, вот уже третье занятие подряд, трангрессировать хоть на сантиметр так и не смог. Хоть он был и не один такой. Если честно, до сих пор трансгрессировать за границы своего круга удалось только Шеймусу Финнигану, которого расщепило (зрелище было то еще), и сейчас мальчик пребывал в лазарете. Гарри вновь и вновь представлял, как он стоит в пустом круге, размещенном на полметра спереди, стараясь не забыть ни одной детали. Затем он крутнулся на месте, стараясь не упускать из сознания нужной картинки. Ничего не произошло. И с каждой такой попыткой он все больше унывал.

Вдруг на весь Большой Зал прозвучал громкий хлопок. Дети изумленно оглянулись в поисках виновника этого звука. Гарри уже испугался, что кого-то опять расщепило. Каким же был его испуг, когда он увидел Гермиону, которая стояла в своем переднем круге!

Девочка лишь обвела изумленным взглядом зал, и у нее подкосились ноги. Гарри дернулся в ее сторону, но Рон, который находился ближе к Гермионе, за долю секунды подбежал и уберег ее от падения. Осторожно опустив Гермиону на пол, он присел возле нее и принялся что-то ей говорить.

Гарри почувствовал, что злится. Он сам удивился, насколько разгневал его своим поступком Рон. Гарри не мог объяснить свою злость, ведь понимал, что, по сути, Рон не сделал ничего плохого – совсем наоборот! Но злость кипела внутри, как зелье в котле.

Впрочем, все эти странные мысли пронеслись в голове Гарри за ту секунду, пока он подбегал к друзьям.

- Гермиона! Ты как? – спросил он, опустившись на пол рядом. Она была немного бледная. Гарри с облегчением заметил, что девочка, вроде бы, целая и невредимая.

- В-все нормально, – пробормотала гриффиндорка, открыв, наконец, глаза.

Вокруг уже собрался весь класс.

- Думаю, молодые люди, мисс Грейнджер необходимо отвести в лазарет, – заметил аврор, который учил их трансгрессировать.

Гарри с Роном лишь кивнули и, схватив подругу за обе руки, помогли ей подняться на ноги.

- Ну, и как оно? – полюбопытствовал Рон по дороге до лазарета.

- Э-э… Ну, это было не самое приятное чувство… Будто я попалась в дьявольские силки и при этом очень дергалась, – она многозначительно глянула на Рона. Тот криво усмехнулся и заметил, что это, наверняка, действительно было противно.

- А потом, когда я трансгрессировала, вроде отпустило… но я почувствовала сильную слабость. Это ведь много энергии вытягивает, – продолжила Гермиона, скорее озвучивая свои мысли, нежели поддерживая разговор.

А Гарри молчал, думая о своей злости на Рона, которая никуда деваться не собиралась. Неужели этот глупец был прав? Как может быть, что Гермиона, та самая Гермиона, которая всегда была ему как сестра, теперь ему небезразлична? Ну, то есть, она никогда не была Гарри безразлична, вернее… Уф, запутался. Она никогда не была для Гарри никем большим! Хоть и являлась очень хорошим другом. Но как девушка...

Во всяком случае, верить в правоту Рона, тем более такую глупую, было невозможно. Хотя Гарри в последнее время вообще узнал о себе много нового. И о чем он думает? Откуда такие идиотские мысли?!

Итак, трое друзей наконец добрели до лазарета. Мадам Помфри встретила их в полной боевой готовности, будто целыми днями только сидела и ждала, когда же к ней зайдет хоть кто-нибудь с какими-либо недомоганиями. Впрочем, наверняка так оно и было.

В лазарете сейчас находился только один больной – Шеймус, но его кровать была загорожена белой занавеской, и он, скорее всего, спал.

Гермиону в два счета уложили на койку. Мадам Помфри принесла девочке Зелье Для Сна Без Сновидений и заставила выпить.

- Тебе необходимо возобновить запас энергии. Зелье подействует в течение пяти минут. А вы, - повернулась она к Гарри и Рону, - когда она уснет, можете идти.

С этими словами колдомедик удалилась на чай к профессору травологии.

Гарри наклонился, чтобы подоткнуть Гермионе одеяло.

- Спокойной ночи, - пробормотал он, и вдруг случилось нечто… невообразимое. Гарри не смог бы точно объяснить, как… но. Тем не менее. Гермиона в этот самый момент решила резко повернуть к мальчику голову. Но не рассчитала траектории. И.

Они коснулись губами.

Гарри резко отпрянул и залился краской. Гермиона, впрочем, сделала то же самое.

- Извини… - невнятно пробормотал Гарри.

- Нет, ты извини…

- Ну, если я вам мешаю, пожалуй, мне лучше удалиться, – слова Рона обрушились на Гарри, словно груда камней.

- Нет, Р-рон… Это не то, что ты подумал… - пробормотала растерянная Гермиона.

- Нет, не стесняйтесь! Я уже ухожу, – выкрикнул разъяренный Рон.

- Рон, что ты несешь?! – взорвался Гарри. – Это же полнейший бред!

- Ну, конечно же, Мальчику-Который–Выжил все позволяется! – не желал успокаиваться тот, сжав кулаки. Лицо Рона покраснело, а нижняя губа задрожала.

- Рон, ты прекрасно знаешь, что это не так! – отрезал Гарри, стараясь не броситься на друга.

- Ребята, успокойтесь, прошу! – взмолилась Гермиона ослабевшим голосом, сон постепенно одолевал ею.

- Ведь великий Гарри Поттер решил, что целовать всех направо и налево – это нормально, значит, так тому и быть, да?! – Рон будто оглох. Гарри вдруг почувствовал к нему презрение.

- А неужто тебе завидно? – спросил он, захлебываясь злостью.

- А вдруг и завистно? Ты просто отделался шрамом, а о тебе уже книги пишут! Фанклуб даже создали! Да еще и самый юный ловец за всю историю Хогвартса! Вундеркинд, блин. Еще и четвертым участником на Турнир Трех Волшебников записался!

- Рон, мне кажется, мы это уже обсуждали! Ну… ну, как ты так можешь?! У тебя ведь все есть – семья, мама…

- А ты думаешь, раз твои мамочка с папочкой умерли, бедненькой сиротке все потакать должны?!

Это была последняя капля. Гарри дернулся вперед и со всей силы заехал Рону в челюсть. Тот пошатнулся, прижал ладонь к ушибленному месту и пронизал Поттера полным ненависти взглядом.

Гарри не успел опомниться, когда сильный удар в живот отбросил его на полметра назад. Он почувствовал острую боль в затылке. Поднес руку к источнику боли и ощутил теплую влагу. Посмотрел на пальцы – красные. В глазах потемнело.

* * *


Гермиона проснулась, но глаза открывать не торопилась. Она наслаждалась свежим воздухом, вдыхала его с наслаждением, будто ела какую-то сладость. Девочка чувствовала себя прекрасно отдохнувшей. Кроме того, было тепло. Гермиона сладко потянулась и снова свернулась клубочком. Хотелось еще немного подремать… Стоп. А как же занятия?!

Она очень резко села на кровати – прям голова закружилась.

- О, Гермиона! Ты проснулась… - очень знакомый голос. Звучит, правда, как-то печально.

- Рон? – изумилась Гермиона, увидев именно его на стуле возле своей кровати. – Что… как… где? Ах, Больничное Крыло…

Гриффиндорка начала что-то вспоминать. Она нахмурилась.

- Рон… - начала она, но не договорила, когда заметила, наконец, на соседней кровати Гарри. Глаза его были закрыты, лицо бледное, на голове – «шапочка Гиппократа», что придавало мальчику несколько жалкий вид. Гермиона перевела убийственный взгляд на Уизли.

Рон сидел между их кроватями с ужасно виноватым видом.

- Рон. Ты что, совсем рехнулся? – спросила она тихо, но от тона Гермионы Рон вздрогнул.

- Я… Извини, не знаю, что на меня… - начал он лепетать, но не тут-то было.

- Убирайся отсюда, пока я тебя не убила, – произнесла замогильным голосом Гермиона, сжимая в пальцах одеяло, дабы не схватить случайно палочку.

- Гермиона, я честно не специально…

- Рональд Уизли! Если ты не исчезнешь сию секунду, я за себя не ручаюсь, – Гермиона подавила в себе желание зарычать.

Рон, похоже, совсем испугался. Он торопливо поднялся со своего стула и принялся осторожно отступать, ни в коем случае не поворачиваясь к подруге спиной. При этом он успевал бормотать какие-то извинения вперемешку с оправданиями.

Гермиона нащупала руками одну из двух своих подушек. Лицо ее перекосила такая гримаса, что Рон вытаращил глаза и даже замолчал. Он, наконец, врезался спиной в дверь.

- Гермиона, это было какое-то помешательство. Ты же знаешь, я бы никогда…

- Уйди. Вон, – процедила Гермиона, целясь в него подушкой.

Рон вдруг кивнул и закрыл за собой дверь, бросив в девочку сожалеющий взгляд напоследок. В момент, когда дверь закрылась, в нее со всего размаху врезалась подушка Гермионы, испустив в воздух десяток перышек.

Выдохнув, девочка выбралась из постели и босяком подошла к кровати Гарри.

Мальчик, по-видимому, спал, так как дышал он совсем ровно и медленно. Гермиона углубилась в свои мысли, разглядывая бледное лицо друга.

Думала о том, сколько все-таки пришлось пережить Гарри. И о том, какой его лучший друг кретин. А еще о том, какие глупые случайности их преследуют в последнее время. При воспоминании о последнем таком случае, она поняла, как это – когда пылают уши. Также Гермиона вспомнила о загадочном завещании Скримджера и подумала, не было ли это неумелым предупреждением о том, что год сей будет особенно сумасшедшим. Так девочка размышляла бы еще долго, если бы Поттер вдруг не замычал и перевернулся на другой бок.

Гермиона уже совсем испугалась, но вскоре поняла, что Гарри до сих пор спит. Она хотела возвратиться назад в свою койку – босые ноги успели замерзнуть, но… кое-что заинтересовало гриффиндорку. Это кое-что оказалось уголком пурпурного цвета корешка книги, которая торчала из кармана мантии Гарри – одеяло тот с себя стянул и обнял, если можно так выразиться.

Гермионе даже стыдно стало от резкого желания взять в руки эту книгу. Но как она могла такое сделать? Это немыслимо! Хотя с другой стороны… у девочки появились сомнения, что кому-нибудь может быть уютно, спать с книгой в кармане…

Гермиона Грейнджер никогда не хотела быть зубрилкой. Более того, ее не особо интересовали высокие баллы. Она даже не горела желанием прославить либо свой факультет, либо себя саму. Ей, конечно, нравилось быть самой умной ученицей Хогвартса, но главная причина этого была весьма заурядной – просто, когда гриффиндорка видела перед собой какую-либо книгу, ничто и никогда уже не могло помешать прочесть ее от корки до корки. Из этой слабости и исходили бесконечные знания Гермионы Грейнджер.

* * *


По пустому коридору кралась фигура шестого по счету Уизли. Дойдя до двери Больничного Крыла, Рон застыл, прислушиваясь. Ничего не услышав, он осторожно приоткрыл дверь и просунул в образовавшуюся щель голову. Обнаружив внутри палаты мирно спящую Гермиону, он на цыпочках вошел в помещение. На соседней кровати сидел Гарри. Он смотрел прямо перед собой, даже не повернув голову на звук открывающейся двери.

- Э-э… Привет, Гарри, – неуверенно приветствовал друга Рон.

Ответа не последовало. Поттер лишь нахмурился, окинув Уизли быстрым взглядом.

- Гарри, я не… Извини меня. Знаю, я самый худший друг в мире. Мне ужасно стыдно, – пробормотал он, заглядывая Гарри в глаза. Тот лишь устало закрыл их и повалился на кровать. – Мне не стоило говорить тебе эти глупости. Я… вел себя, как эгоистический идиот. И, черт побери, едва не убил тебя…

- Рон, перестань. Забудь. Я ведь первый ударил, – сказал, наконец, Гарри, не открывая глаз.

- Ты… правда простил меня? – глаза Рона загорелись надеждой.

- Нет. Но мне неприятно, когда тот, кого я называл другом, впадает в депрессию из-за того, что я валяюсь в койке, - он слегка улыбнулся.

Несколько ближайших минут Рон еще был немного напряжен, но вскоре мальчишки он уже восвю смеялся вместе с Гарри над какой-то незамысловатой шуткой.

Между прочим, Рон принес с собой целую коробку сладостей и фруктов. Поеданием их мальчики и занялись. Говорили о веселых глупостях. На поедании второго апельсина Гарри посерьезнел.

- Но, Рон, - сказал он, посмотрев другу в глаза. – Ты ведь понимаешь, что… Я никогда не хотел быть Избранным. Я все отдал бы, чтобы быть нормальным, обычным. Чтобы не существовало этого треклятого пророчества. И чтобы у меня была семья…

- Конечно, Гарри, ты мне уже это говорил, но мне все равно сложно тебя понять. Ведь в этом вопросе я вообще ничего не смыслю, если честно. Хотя, в принципе, знаешь, наверное никому не будет приятно, если ему на голову свалиться судьба всего Волшебного Мира, – ответил Рон, опустив глаза.

- Рон. Мои родители умерли из-за меня. Из-за меня погиб Сириус. И Седрик. Из моей крови возродился Волдеморт. К тому же, я понятия не имею, что значит эта чертова загадка в завещании Скримджера, - продолжил убито Гарри. Но его перебили:

- Зато я знаю, Гарри, – это сказала Гермиона, которая уже, кажется, давно не спала. Она как-то странно смотрела на него. Виновато, что ли?

- Откуда? – спросил озадаченный Поттер, думая, сколько же она слышала.

- Ну… Я знаю, я ужасно поступила… Но… Отсюда, – лицо Гермионы излучало сожаление о сделанном. Она протянула Гарри книжку «Сказки Барда Бидля».

Гарри понял, что ему плохо. Он резко схватил книгу, и поднял на Гермиону недоумевающий взгляд.

- Что это? – обратился к друзьям удивленный Рон.

- Ничего, – ответил Гарри, продолжая пронизывать взглядом Гермиону.

- Гарри, извини, пожалуйста… Я не знала, - в голосе Гермионы звучало раскаяние всего Волшебного Мира.

Гарри вздохнул и прикрыл глаза. Тяжело было сдерживать порыв злости.

- Так что же ты узнала? – попытался отвлечь себя он.

- В… этой книге есть кое-что, - неловко объяснила Гермиона.

- Но ведь это… сказки, – заметил Гарри.

- Дай, пожалуйста, я покажу, – попросила она.

Гарри заколебался. Но, с другой стороны, Гермиона ведь все уже видела. Он нехотя протянул гриффиндорке книгу, проклиная все на этом ужасном свете. Гермиона аккуратно нашла нужную страницу и принялась читать.

- Но… я не понимаю, зачем это все? - нахмурился Рон, когда Гермиона прочла сказку. – Ну, то есть, с какой целью Скримджер прислал Гарри переделанную в стишок сказку и эту странную погремушку?

- Смотри, – только и ответила Гермиона, оборачивая к друзьям книгу. На одной из пожелтевших страниц, под текстом был нарисован знак – точная копия амулета. – Мне кажется, это не просто сказка. Либо Скримджер пытался намекнуть на что-то символически… Ну, что-то типа морально-этического воспитания Мальчика-Который-Выжил, что маловероятно. Либо… он верил, что Дары Смерти существуют.

- Как это существуют? Звучит не очень-то правдоподобно, – заметил удивленный Гарри.

- Но сам подумай, зачем тогда Скримджеру это? Знаю, что очень странно. В конце концов, мог бы просто написать тебе письмо и все нормально рассказать. Да и неизвестно, зачем ему эти Дары Смерти, даже если они сто раз существуют, – размышляла в голос Гермиона.

- А какие там они бывают, Подарки эти? – спросил вдруг Рон.

- Не Подарки, а Дары, Рон! – засмеялась Гермиона. – Бузиновая палочка, камень бессмертия и плащ-невидимка.

- Хм… А что, если… Ну, это, конечно, совсем уже бред, но может быть, я знаю, - пробормотал Рон, - Да нет, бред.

- Рон! Что ты там знаешь, расскажи, – попросил Гарри. Ему было ужасно интересно. Какой-то просто игровой азарт проснулся. Все казалось нереальным и захватывающим, как детские игры, с которыми мальчик, впрочем, не был особенно знаком.

- Короче, помнишь, я говорил, что плащи-невидимки очень редко встречаются? Я слышал о них кое-что. Так вот, твой плащ – он не совсем такой, как другие. У моего дедушки был плащ-невидимка, но его чары рассеялись в течение пяти лет. И это был очень крутой плащ – он стоил целое состояние. Обычные и года не проживают. А твой у тебя еще от отца. Вот я и подумал…

- Ты хочешь сказать, что мой плащ – тот самый, который Смерть подарила младшему брату из сказки? – глаза у Гарри округлились. – То есть, я уже пять лет ношу в кармане Дар от самой Смерти?

- Ой, Гарри… - протянула озадаченно Гермиона. – Это же может значить, что ты потомок младшего брата.

- Что?..

- Да-да, здесь написано, что он передал плащ сыну. А если сын решил продолжить традицию, что весьма вероятно, а его сын тоже, и так далее…

- Это. Сказка. – Только и вымолвил Гарри, подняв бровь.

- Тогда зачем Скримджеру рассказывать тебе ее?

- А черт его знает, он вообще там что-то странное напутал. Пускай хотел рассказать на прощание сказочку, но зачем амулет? Как ты это объяснишь? – спросил он, скрестив руки на груди. Почувствовал, вдруг, что голова болит. Ах, это идиотское сотрясение. Пришлось опуститься на подушку. Рон при этом немного занервничал.

- Ну, не знаю. Может, чтобы нам легче догадаться было?.. – пожала плечами Гермиона. – Смотрите, если обладать воображением, треугольник может сойти за плащ. Высота, опущенная с его вершины на основу – палочка. Круг – это, безусловно, камень.

- Да нет… Если бы не эта книжка… кстати, откуда она у тебя, Гарри? И… - начал Рон, но Гарри его перебил:

- Это неважно, Рон. Но да, если бы не эта книжка, мы бы никогда ни о чем не догадались.

- Наверно, Скримджер, просто надеялся, что мы окажемся сообразительней, – сказала Гермиона.

- Ох, а я ведь помню эту глупую сказку! – ударил себя по лбу Рон. - Ну да, мне мама ее рассказывала в детстве. Совсем из головы вылетело.

- Может, он так и подумал, что Гарри знает сказку. Но зачем амулет – все равно непонятно, – проговорила гриффиндорка задумчиво.

Тут дверь отворилась, и вошла быстрым шагом мадам Помфри.

- Мистер Уизли! – произнесла она с неодобрением. – Прошу удалиться вон – вашим друзьям необходимо отдохнуть. Это уже без десяти девять – вам тоже пора в гостиную.

Гарри удивленно посмотрел в окно – действительно, уже и стемнело…

- Да, мэм, – произнес слегка расстроенный Рон, вставая.

- А меня вы не отпустите? – спросила изумленная Гермиона.

- Нет, дорогая. Тебе необходим постельный режим.

- Но я прекрасно себя чувствую!

- Твоя магия очень ослабела после трансгрессирования. Выброс был настолько большой, что ты сейчас вряд ли сможешь наколдовать элементарный «Люмос». Хоть физически ты абсолютно здорова, придется остаться здесь еще на ночь и выпить еще несколько восстанавливающих зелий, - безапелляционно ответила мадам Помфри.

Гермиона недовольно нахмурилась, но ничего не ответила.

- Спокойной ночи, – произнес Рон, и вышел из лазарета под акомпонемент ответных пожеланий.

Когда мадам Помфри заставила друзей выпить все существующие доселе мерзкие зелья и ушла, Гермиона заговорила:

- Гарри, ты не говорил, что… они все дружили, – подбирала слова она.

- К… то? – спросил Гарри, поняв на полуслове. Снова вернулась ужасная неловкость.

- Извини. Ничего не говори, – прервала его Гермиона. – Это не мое дело.

- Гермиона. Ты уже и так слишком много знаешь. Было бы странно не рассказать тебе и это, – произнес он, смотря в стену перед собой. Ему просто необходимо выговориться. – Я и сам не знал, что они… дружили все вместе.

- Но… что должно было произойти, чтобы Снейп… так возненавидел их?

- Не знаю. Но мне кажется, что я уже вообще ничего не смыслю в этом мире.

- Гарри… Я знаю тебя довольно давно. И знаю, через что тебе пришлось пройти, - начала Гермиона смущенно. – Мне кажется, тебе это редко говорят. Но я скажу, чтобы ты просто знал. Ты – очень хороший человек.

У Гарри перехватило дыхание. Как странно.
Добавил: Vassy |
Просмотров: 1904
Форма входа
Логин:
Пароль:
 
Статистика
Яндекс.Метрика