Главная

"Если лучше приглядеться..." Глава 12: Неисправимый Гарри

Если лучше приглядеться

26.08.2014, 00:38
- Я сразу понял, что с этой Лунатичкой что-то не так! – воскликнул побледневший Рон. – Сначала эти серьги из редисок, потом мозгошмыги всякие! Она рехнулась и притворилась умершим Министром Магии!

- Да перестань, Рон! Давай лучше найдем ее и расспросим. Ей наверняка кто-то это передал… - Гарри вдруг запнулся и нахмурился. - А что, если кто-то наложил на нее Империус?! Пойдем найдем ее скорее.

И он вскочил на ноги. Голова закружилась, Гарри едва успел схватиться за край больничной койки.

- Гарри, все в порядке? – Встревожено спросила Гермиона. – Может, не стоит вставать? В конце концов, мадам Помфри тебя еще не выписала. Я думаю, она рассердится…

- Нет. Все нормально, - перебил ее Гарри, беря в руки свою одежду – он был в пижаме. Стоять так перед Гермионой было немного неловко. – Я секунду, - бросил он, зайдя за белую занавеску. Пока он переодевался, Гермиона продолжала читать морали, а Рон возражал, что ему, кстати, весьма свойственно. К тому моменту, как Гарри застегнул последнюю пуговицу на мантии, ребята уже не на шутку поссорились. Когда он вышел из своего укрытия, отмечая про себя, что действительно не следовало вот так вот выпрыгивать сразу из кровати, друзья уже не разговаривали. Они абсолютно идентично скрестили руки на груди, сверля друг друга взглядом. Быть может, раньше, год как назад, Гарри улыбнулся бы, но теперь это вызвало у него лишь некоторое раздражение. Почему-то хотелось, чтобы Гермиона сейчас смотрела так на него. Глупо, конечно…

- Что ж, пошли, - сказал Гарри, немного нахмурившись. Гермиона перевела на него тяжелый взгляд. Гарри подумал, что был дураком, пожелав этого минутой раньше.

- Никуда ты не пойдешь, - процедила Гермиона, не отводя от него взгляд. – Ты еще нездоров.

- Да ладно тебе, Гермиона! Мы на минуту сбегаем, расспросим эту ненормальную, и отконвоируем Гарри обратно. Помфри даже ничего не заметит, - заступился за друга Рон. – Признайся, ведь тебе тоже интересно, откуда у Лунатички этот графоманский стишок.

- Конечно же, я сгораю от нетерпения, Рон, - ответила она не без львиной доли сарказма. – Но Гарри останется здесь, а мы с тобой пойдем искать Луну. Именно Луну, Рон, а не Лунатичку.

- Какая ужасная женщина, - протянул Рон, закатив глаза. Гермиона скрипнула зубами и пнула друга в бок. Гарри почему-то захотелось наколдовать между Гермионой и Роном глухую каменную стену. Сдержав этот порыв, он сказал:

- Гермиона. Мне решать, куда мне идти и что делать. Ты не можешь меня контролировать. Ты мне не ма… - он хотел остановиться, но у него вырвалось тихое: - А, впрочем, откуда мне знать, каково это?..

Друзья притихли. Гарри чертыхнулся про себя, заметив на себе их сочувствующие взгляды.

- Короче, я пошел, а вы как хотите. Если Луну и впрямь прокляли, нельзя терять ни минуты, - сказал Гарри, направляясь быстрым шагом к двери. Рон, ни секунды не раздумывая, пошел следом. Гермиона, кажется, хотела продолжить спор, но почему-то вздохнула с досадой и поплелась следом, догоняя Рона и Гарри.

Гарри еще раз пожалел, что встал с кровати, когда пришлось подниматься по лестнице. На десятой ступеньке голова у него закружилась, и он едва не упал, но вовремя схватился за перила. Друзья этого, к счастью, не заметили. А если и заметили, то виду не подали.

«Хм… Это все так странно. Эти загадки, Луна, Снейп… Боже, Снейп…» - лицо Гарри исказила гримаса боли и стыда, когда он вспомнил о профессоре. Он быстренько убрал с лица это глупое выражение, чтобы не пугать догоняющих его друзей.

Снейп… Учитель видел его в минуту слабости, которую Гарри никогда себе не позволял. Он никогда не представлял даже, что способен на что-то столь… низкое. Другого слова не было. Он не просто хотел выброситься из окна как последний умалишенный, но еще и на глазах у… отца. От этого слова Гарри скрутило живот, а губы непроизвольно скривились.

Свернув налево, пройдя по узкому каменному коридорчику - настолько узкому, что пришлось идти гуськом, они принялись подниматься по высоченной винтовой лестнице. Гарри со злостью прислушивался к гулу в ушах. Он очень скоро отстал от друзей. Остановился, прислонился спиной к стене и спустился по ней, закрыв глаза. Испустил тяжелый вздох.

- Гарри? – спросила взволновано Гермиона, перегнувшись через перила. – Все в порядке?

Рон уже подбежал к Гарри и задал тот же вопрос, наклонившись к нему.

- Да, - ответил Гарри, вставая на ноги. – Все окей.

- Я же говорила… - начала Гермиона, нахмурившись, но Гарри ее перебил:

- Нет времени, Гермиона. Пошли, - и он пустился вверх по лестнице, собрав все силы в кулак.

Рон с Гермионой переглянулись и последовали за ним.

Когда дети преодолели, наконец, это ужасное закрученное препятствие, перед ними оказались обычные старинные двери. Только ручки не было. На учеников смотрела бронзовая голова рейвенкловского орла, выполняющая роль дверного молотка.

Гарри, который до сих пор не мог отдышаться, проклинал свое слабое здоровье – будто у какой-то чахоточной девицы. Наверно, это сказывалась «диета» Дурслей.

Мальчики вздрогнули, когда орел издал какой-то странный скрежещущий звук, тогда как Гермиона даже не моргнула.

- Кхе-кхе, - откашлялся орел. При свете факелов он выглядел довольно зловеще. – Я вам загадку задам, дети. Не отгадаете – идите вон. Чтобы открыть вам двери эти, придется мне ответить в тон.

Гарри и Рон выразительно переглянулись, а Гермиона шикнула на них, мол, все под контролем.

Орел еще раз оглядел детей зорким глазом и заговорил:

-Я – господин двух тел, когда
Они являются одним и тем же.
И если даже не иду я никуда,
Я молнией бегу – быстрей, чем прежде.


Дети сохраняли молчание. Гарри подумал, что им на роду написано отгадывать глупые загадки на каждом углу. Интересно, почему Дамблдор еще не поставил какого-нибудь сфинкса возле входа в туалет, например? Гермиона грызла ногти, пытаясь найти ответ. Рон бормотал себе под нос отрывки из загадки, стремясь провести между ними логическую цепочку.

- Да ну, чушь какая-то! – сказал он, наконец. – Кто может одновременно стоять и бежать?

- Гермиона, может, ты знаешь? – спросил Гарри, повернувшись к ней в надежде.

- Я думаю, Гарри, - ответила она, хмурясь. – Ответ вертится у меня в голове, но я не могу… Ты тоже подумай, кстати.

Орел поворачивал свой маленький острый клюв от одного ученика к другому. Кажется, столь неостроумные гриффиндорцы начинали его раздражать.

Гарри наморщил лоб, пытаясь согнать воедино весь свой интеллект, но ничего подходящего в голову не приходило.

- Ах, черт побери! Это ж часы! – воскликнул Рон, ударив себя по лбу. – Песочные часы!

- Это ответ правдивый, - обрадовался орел, и дверь отворилась. Гарри и Гермиона изумленно уставились на Рона.

- Молодец, - улыбнулась ему Гермиона. Гарри нечаянно закатил глаза. Стало стыдно, и он покраснел.

Дети вошли в гостиную Рейвенкло. Здесь было почти так же уютно, как и в их родной гостиной, только стены были уставлены книжными полками, символика исполнена в сине-бронзовых тонах, и вообще было как-то чище. Кроме того, отовсюду на них смотрел тот самый орел, которого какой-то магический скульптор изобразил на двери. Гарри, Рон и Гермиона впали в легкий ступор, обнаружив комнату полной рейвенкловцев. Все они секунду тому учились или разговаривали или делали еще что-то, но теперь все поголовно уставились на посетителей. Рейвенкловцы помладше перешептывались и тыкали пальцами в гриффиндорцев, особенно в сторону Гарри. Рейвенкловцы постарше смотрели на них с удивлением или даже раздражением.

- Привет, - рассек, наконец, тишину тихий спокойный голос. Гарри нашел глазами его обладателя. Луна сидела на дальнем диванчике одна, в руках у нее был журнал «Придира».

- Э-э… Привет, - ответил Гарри, ощущая страшную неловкость. Рейвенкловцы, будто заколдованные, переводили взгляды с Гарри Поттера на Луну Лавгуд. Шепотки усилились.

- Э-э… Луна, можно тебя на пару слов? – спросил, наконец, Гарри.

Луна кивнула и поднялась на ноги.

Когда они вышли в коридор, и за ними закрылась дверь с орлом, Гарри выдохнул с облегчением.

- Так что вам нужно? – спросила Луна своим фирменным слегка потусторонним голосом.

Рон странным взглядом гипнотизировал ее сережки-редиски. Тут вступила Гермиона:

- Мы хотели знать, откуда у тебя та коробка, которую ты передала Рону.

Луна слегка подняла светлые брови.

- А. Мне ее дал Терри Бут. А ему отдал Энтони Голдштейн, а ему передала Падма, а ей передала Чо, а ей – Роджер, а ему... не помню уже, - перечислила Луна спокойно.

Гарри нахмурился. Вообще, теперь он так часто хмурился, что не удивился бы, если бы у него между бровей вдруг появились огромная морщина.

- Но зачем передавать это столько раз? – подумал он вслух. – Почему нельзя передать сразу адресату?

- Э-э… Там не было адреса, - сказал Рон.

- Это печати такие, - сказала вдруг Луна.

- Что? – спросил Рон, сузив глаза.

- Ах, ну конечно! – воскликнула Гермиона, обхватив руками голову. – И как я раньше не догадалась? Это Печати Завета. Я читала о них. Их используют для завещаний. Печати заколдованы. Суть в том, что открыть Печать Завета может только тот, чье имя указано в заклинании. И снять эти чары может только тот, кто их наложил.

- Значит, это и вправду Скримдж… - Гарри запнулся, вспомнив, что здесь присутствует Луна.

Но Луна даже не посмотрела на него. Она вообще смотрела сейчас только в свой журнал.

- А почему ты передала эту коробку именно Гарри? - обратился Рон к Луне не без подозрения.

- Просто никто не мог ее открыть. И я решила, что Гарри следует попробовать первому, - ответила та безапелляционно, оторвав, наконец, взгляд от какой-то занимательной статьи.

- Ну да. Я могу все, что несвойственно простым смертным, - ляпнул саркастически Гарри.

- Не обижайся, Гарри, но так бывает чаще всего, - улыбнулась Гермиона.

- Мы должны узнать, кто послал эту дрянь. Раньше этот таинственный псих присылал свои бредни почтой, теперь через чужие руки. Он сильно ошибся. Мы вычислим его, расспросив каждого. Наверняка, это кто-то из учеников прикалывается. Или учителей. Или… Ой, мамочки! А что, если это Филч?! Хотя я не уверен, что он умеет писать…

- Рон, остановись! – возопила, наконец, Гермиона, прерывая его разглагольствования. – Это точно не Филч. И, поверь, мы потратим кучу времени на розыск этого твоего «психа», но не найдем его. Могу поспорить на миллион галеонов, что кому-то просто подкинули эту посылку, а потом она прошла по рукам всего Хогвартса.

- Спасибо, Луна, - улыбнулся рейвенкловке Гарри и потянул друзей вон. Луна тоже, вроде, улыбнулась, хотя ее отстраненное выражение лица четкому определению не подлежало. Когда друзья сбежали по той самой треклятой лестнице, они принялись обговаривать, наконец, новую информацию.

- Это либо действительно Скримджер, либо кто-то очень умный, - сказала уверенно Гермиона. – Потому что все сходится. Там завещание, тут заветные печати. Это может быть просто продолжение завещания. Но… Стоп. Зачем тогда подкидывать его не знать кому, чтобы вся школа таскала послание мертвого Министра в руках? Странно все это…

Когда они дошли до лазарета, там их ждал сюрприз. Если вернее высказаться, то целых два. Зайдя в Больничное крыло, они столкнулись с очень злой мадам Помфри. Возле дальней стены стоял традиционно облаченный во все черное профессор Снейп. Лицо его было непроницаемо, но глаза пугали.

Гарри сглотнул и на всякий случай сделал шаг назад. Но мадам Помфри была все еще очень близко, а дверной проем закрыли собой перепуганные друзья.

- Где, позвольте поинтересоваться, вы были, мистер Поттер? – спросила угрожающе мадам Помфри. – Неужели я позволяла вам вставать с кровати?! Вы вообще даете себе отчет, что творите?! Вам нельзя подниматься с постели еще минимум сутки! Вы только усугубите свое положение. Немедленно возвращайтесь в кровать.

Гарри плавно захлопнул открывшийся, было, для возражений рот и осторожно направился к своей кровати, стараясь не смотреть на Снейпа, который прожигал в нем дыры взглядом. Действительно, за те полчаса, что они потратили на розыск Луны и возвращение, у Гарри жутко разболелась голова, не говоря уже о головокружении, всеобщей слабости и легкой тошноте. Это ж надо, как его разнесло. Будто ничего и не случалось с ним такого... Почти.

Пока Гарри добрел до своей койки и сел на нее под аккомпанемент легкого скрипа, мадам Помфри успела выругать его друзей за халатность, ребячество и нарушения правил. Гермиона стояла с опущенной головой, а Рон пытался спорить, но это не увенчалось успехом. Вскоре за ними закрылась дверь.

Снейп все это время молча стоял на одном и том же месте, скрепя руки за спиной. Гарри пугало такое поведение профессора. Признаться, он его вообще пугал. Всегда. А теперь… Теперь хотелось провалиться в сам Ад, лишь бы не сталкиваться со Снейпом.

Гарри опять-таки нахмурился, и ушел за свою любимую занавеску – переодеться назад в пижаму. Он возвратился, и мадам Помфри со злостью уложила его на кровать и принялась водить над ним палочкой, накладывая диагностические заклинания. Когда колдомедик закончила осмотр, она молча поднялась и подошла к Снейпу. Эти двое принялись вполголоса разговаривать. Гарри нахмурился еще больше и стиснул зубы.

- А мне нельзя узнать, что со мной? – спросил он громко и гневно.

Мадам Помфри замолчала и уставилась на него, подняв брови. Снейп пронзил его холодным взглядом.

- Пять баллов с Гриффиндора, Поттер. Неужели вы не в курсе, что, когда говорят взрослые, их нельзя перебивать? У вас обычные последствия лихорадки, вызванной сильной простудой, к которой вы так стремились, когда разгуливали полуголым по двору, - голос Снейпа звучал, как всегда, холодно, но говорил он спокойно и размеренно.

Гарри почувствовал себя идиотом. Но извиняться не собирался. Он откинулся сердито на подушки, так как даже сидя чувствовал себя неважно, и принялся разглядывать свечи, висящие в воздухе под потолком.

Лежа так, Гарри предавался мрачным мыслям. Он думал о том, что можно было бы вскочить с кровати и попробовать аппарировать. Ну, хотя бы в Хогсмид. Только вот Гарри представил себе реакцию Снейпа и мадам Помфри, если бы больной вдруг встал, покрутился вокруг своей оси и с разочарованием лег назад… Да и потом, он совсем забыл, что аппарировать в Хогвартсе невозможно. Может, выждать момент и убежать на своих двоих? Но перспектива бегать по ночному Хогвартсу в одной пижаме тоже заманчивой не являлась. Кстати, Гарри не был уверен, что при попытке бегства ему в спину не полетит тут же «Ступефай» одного из его «стражей». Оставалось только лежать и ждать.

Через несколько минут к нему подошла мадам Помфри. Она заставила Гарри выпить несколько отвратительных на вкус и запах зелий. Гарри подумал, что это, наверняка, сам Снейп их готовил, не забывая додать какой-нибудь гадкий ароматизатор. После этого мадам Помфри еще немного побурчала и ушла. У Гарри екнуло сердце, когда он понял, что находится в лазарете один на один со Снейпом. Он решил уже притвориться спящим, но профессор вдруг подошел к его кровати и присел на табурет рядом.

Гарри стало дурно. Он осторожно сел на кровати. Потому что в лежачем состоянии он чувствовал себя вовсе беспомощным. Дабы не встречаться взглядом со Снейпом, он уставился на свои руки, лежащие на коленях. Незаметно натянул рукав той руки, где остались шрамы от наказаний Амбридж, на самые кончики пальцев.

- Я хотел бы знать, почему, - сказал Снейп очень серьезным тоном.

Гарри напрягся еще больше и прикусил губу.

- Какое вам дело? – выронил Гарри чуть горше, чем хотел.

- Мне, Гарри, есть дело, - ответил Снейп четко, не отрывая от него взгляда.

- Да неужели?! – взорвался вдруг гриффиндорец. – Я думал, вы только и мечтаете, чтобы я помер вот уже пять лет! Почему это я должен отчитываться перед вами?! Тоже мне, родительская забота! Если вам было все равно все эти годы, почему тогда сейчас не наплевать? Или вы выражаете свои теплые чувства теми издевательствами, которыми заваливаете меня на уроках с первого занятия?!

Гарри замолчал и уставился на профессора почему-то растерянным взглядом. Он искал ответа в черных глазах.

- Но ты же знаешь, что я не мог вот так открыто заботиться о тебе, - сказал Снейп незнакомым тоном.

- Нет, не надо заботы! – воскликнул Гарри, сжав пальцами одеяло. – Зачем мне забота? Но зачем эта ненависть?..

- Во-первых, я был шпионом Волдеморта, а не только Дамблдора. Вокруг всегда находились слизеринцы и другие ученики, которые ждали от меня ненависти к тебе. Во-вторых, непреложный обет не позволял мне выражать свои настоящие чувства. А в-третьих… я просто злился. Злился, что не могу быть твоим отцом. Что должен притворяться чужим, недоброжелательным и отталкивать родного сына. Ты понимаешь, что на кон была поставлена твоя же жизнь? Я – главный источник информации для Светлой Стороны в этой войне, как бы тщеславно это не звучало. Но я готов поклясться, что каждый раз, когда мог что-нибудь сделать, я оберегал тебя от тех опасностей, которые стояли на твоем пути. И ты даже не представляешь, сколько лет я ждал этого разговора, даже не веря в его вероятность, - голос Снейпа стал немного хриплым, а глаза смотрели так… искренне.

Гарри застыл с приоткрытым ртом. Было такое впечатление, будто кто-то ушиб его по голове мешком с песком. Что-то теплое наполняло душу, заглушая протесты разума.

- Сэр, вы… - прошептал Гарри.

- Так почему же ты решил сделать… это? – спросил тихо Снейп. – Я должен точно знать.

- Я… Не знаю, - Гарри сглотнул. – Наверно, я не хотел тогда жить. Я просто не могу поверить, что… - в горле застрял большущий горький ком. – Что все на самом деле так. И что Дамблдор столько врал. И вас заставлял…

- Гарри. Я хочу, чтобы ты знал, что теперь я… попытаюсь все исправить, - сказал Снейп таким неснейповским голосом…

Гарри только кивнул, боясь посмотреть профессору в глаза. Лишь сейчас он почувствовал, что голова кружится. Попробовал переждать, но стало только хуже. Пришлось лечь обратно.

Снейп посмотрел на него… обеспокоенно?

- Я тебя оставлю, - сказал он, начиная вставать.

- Нет, сэр. Подождите, - попросил Гарри, поборов некоторое желание схватить профессора за край мантии.

- Да, Поттер? – спросил Снейп, вопросительно подняв брови.

Гарри удивился своей почти негативной реакции на собственную фамилию.

- Сэр, я бы хотел… узнать кое-что, - поймав ожидающий взгляд Снейпа, он продолжил: - Я хотел бы узнать свое генеалогическое дерево, - выпалил он быстро. – Ну, то есть, вообще.

- И зачем же тебе это, позволь поинтересоваться? – спросил удивленно Снейп.

- Просто интересно, - буркнул Гарри, снова уставившись на свои руки.

- Неужели настолько просто? – скептически вопросил Снейп.

Гарри уже сто раз пожалел о своей просьбе.

- Сэр, пожалуйста, - едва вытолкнул он из себя. – Мне ужасно интересно, - слова прозвучали как-то неубедительно и сухо.

- Возможно, я могу предоставить тебе некоторую информацию, - ответил наконец Снейп. – Но только если ты не будешь выскакивать из окон и дашь честное слово, что семейное древо тебе не для того, чтобы впутываться в очередные неприятности.

Гарри кивнул.

- Доброй ночи, - сказал Снейп, и вышел из спальни.

- Доброй, - прошептал Гарри, не отрывая взгляда от двери. – Кажется, я схожу с ума.
Добавил: Vassy |
Просмотров: 1796
Форма входа
Логин:
Пароль:
 
Статистика
Яндекс.Метрика