Главная

"Если лучше приглядеться..." Глава 10: Большая крышка

Если лучше приглядеться

25.08.2014, 23:18
Пасмурное небо навевало самые печальные мысли. Будничная серая масса нависала над головами череды учеников, которые направлялись к Хогсмиду. Под ногами противно чавкала слякоть, образовавшаяся из того, что минуту назад было первым снегом. Ноги от контакта с такой гадостью промокали и замерзали. Своды замка, оставшегося позади, уныло созерцали это утопающее в грязи шествие. Последние снежинки неуверенно кружились в воздухе.

Дети шли. Придорожные магазины были какими-то траурными, несмотря на галдеж, который доносился изнутри. На улице почти никого не было. Хотя время от времени появлялись одинокие колдуны и ведьмы, передвигаясь от одного здания к другому мелкими перебежками. Когда гриффиндорцы приблизились к «Трем метлам», звуки многих голосов стали громче. Конечно, кому же не будет приятно в такую мерзкую погоду сидеть за столиком в пабе, попивая сливочное пиво? Рон потянул на себя крепкую темную дверь, пропуская Гермиону, а потом и Гарри внутрь. В лица им повеяло теплом, а носы уловили аппетитные запахи. Друзья нашли, не без труда, кстати, свободный столик. Сняв теплые мантии, они заказали у прилавка три сливочных пива и горячие бутерброды с сыром, а также три огромных куска вишневого пудинга. Уселись за свободный столик.

Достав несколько монет из кошелька, Гарри отдал их мадам Розмерте, расплатившись за всю еду. На сдачу ему прозвенели о прилавок двенадцать сиклей. И тут в мозгу у него зародилась мысль: «А чьи это деньги я растрачиваю?»

Всю жизнь Гарри был уверен, что те золотые запасы, которые находились в банке «Гринготс» - деньги его умерших родителей. Но теперь, когда он узнал о Снейпе… Может статься, что Гарри уже пять лет подряд каждый день ненавидел человека, который спонсировал его жизнь. И даже ничего об этом не упомянул. Гарри стало очень стыдно. Хагрид сказал, что это деньги его родителей, но если верить профессору зельеварения… И потом Снейп, согласившийся на оплату учебы его… сына из чужого кармана – это маловероятно.

- Гарри? – спросил Рон, заметив, как застыл в нелегких раздумьях его друг. – Что-то случилось?

- Н-нет. Ничего, - помотал головой тот, присаживаясь возле друзей. – Просто задумался.

Гермиона молчала. Кажется, она старалась не смотреть на Гарри. Когда они нечаянно пересекались взглядом, она краснела и отворачивалась. Гарри было ужасно неловко. Он страшно винил себя в произошедшем.

- Да что с вами стряслось? – спросил недоумевающий Рон, переводя взгляд с Гермионы на Гарри. – Почему это вы молчите полдня?

Гарри задумался на секунду, и ответил:

- Да нет, Рон. Все нормально, - он послал Гермионе извиняющийся взгляд.

- Я думаю, вы заметили, что о… Сами-Знаете-Ком ничего не слышно с того случая в Министерстве, - начала вдруг говорить вполголоса оживившаяся Гермиона.

- Да, я давно это заметил, - произнес мрачно Гарри.

- Ну и черт с ним! – воскликнул громче нужного Рон. – Так радуйтесь. Может его попустило, или он заболел драконьей оспой и умер где-то там, а все боятся признаться.

- Рон, ты, конечно, смешной, но очень глупый, - заметила Гермиона, усмехнувшись. Гарри странно посмотрел на друзей.

- Нет, - продолжала Гермиона, - это все не так просто, я уверена. Неужели ты забыл, что Дамблдора, самого Дамблдора, прокляли? И Люциус Малфой – министр магии… Нет, что-то ужасное творится в этом мире.

- Да я же пошутил, - ответил примирительно, но почти серьезно Рон. – Но, согласитесь, пока все хорошо, ну, то есть, никого не убивают, можно же немного отдохнуть?

- Что-то мне подсказывает, что все только начинается, - пробормотал пессимистически Гарри, запихивая ложку с пудингом в рот.

- Надо же, сам Поттер! – прозвучал вблизи знакомый ленивый голос Драко Малфоя.

Гарри от неожиданности подавился пудингом и принялся откашливаться. Рон со всей силы стукнул его по спине, и у Гарри на глаза набежали слезы.

- Нет, ну вы только посмотрите. Я даже ничего не успел сказать, а Поттер уже бьется в агонии, - заметил довольный Драко, и группка слизеринцев заржала.

- А Рыжий Уизли – настоящий друг. Если что – поможет Потти умереть, - протянул Драко, наслаждаясь своей ролью.

Слизеринцы снова подавились смехом, а Рон напрягся и покраснел, сверля Малфоя взглядом. – Ходят слухи, у них частенько бывают такие «семейные ссоры». В прошлый раз бедняга Поттер аж в Больничное Крыло загремел.

Гарри обдумывал, каким способом лучше расчленить мерзкого Малфоя. Но и это мало успокаивало. Он в последний момент схватил за руку Рона, который внезапно рванулся вперед. От этого Гарри чуть не упал со стула. Но усадил друга назад.

Гермиона тоже молчала, разглядывая со смертельно концентрированной неприязнью слизеринцев.

- Правильно, Поттер. Лучше сдерживай своего ненормального дружка. Может, он еще и кусается? – Малфой демонстративно отошел на шаг назад. Слизеринцы потешались изо всех сил.

Гермиона резко встала на ноги и нацелилась в Драко Малфоя палочкой. Лицо ее было бледным от злости, губы превратились в тонкую линию - точь-в-точь, как у Макгонагалл. Люди вокруг насторожились.

- Если ты сейчас же не уберешься отсюда, я тебя прокляну, Малфой, - процедила угрожающе Гермиона сквозь стиснутые зубы.

Гарри уже давно не видел ее в такой ярости.

- Спокойно, грязнокровка. Вижу, вы все тут какие-то нервные, - произнес с отвращением Малфой, пятясь назад.

Гарри неожиданно для самого себя сорвался с места, и вытянул палочку.

- Отойди, Гермиона, - сказал он тихо девочке.

Малфой тоже вытянул палочку, а слизеринцы окружили их.

Дуэлянты открыли рты, дабы сказать заклинания, но в тот же миг воздух рассек «Експелиармус», и палочки обоих врагов выскользнули у них из пальцев.

Гарри, как и Драко, в недоумении посмотрел в ту сторону, куда улетела палочка. В двух метрах от них стояла Луна Лавгуд, и держала в руках их «оружие». Смотрела она на них своими большими светлыми глазами спокойно и немного осуждающе.

- Привет, Гарри, - произнесла она, чуть улыбнувшись.

- Мерлин, что здесь творится?! – прокричала мадам Розмерта, подбегая к ним с целым подносом сливочного пива. Она была очень изумленная и ужасно разгневанная. – Немедленно выметайтесь из моего заведения! – заявила хозяйка громогласно.

Слизеринцы попятились, некоторые незамедлительно удалились.

Но на этом мадам Розмерта не остановилась. Она посмотрела, прищурившись, на Малфоя.

- Я сказала «убирайтесь», - произнесла она убийственным голосом. Драко скривился и отошел назад. Потом направился к Луне.

- Отдай, - буркнул он, резко выдернув у нее из руки свою палочку. Спустя полминуты за мальчиком громыхнули входные двери. «Друзья и родственники Малфоя» мигом улетучились в том самом направлении.

- А вы чего стоите?! – повернулась к трем друзьям и Луне мадам Розмерта. Ребята испуганно переглянулись. – И вы уходите! Дуэлянты, тоже мне.

Дети схватили вещи, и поскорее вылетели из паба.

- Нет, ну что за сволочь этот Малфой?! – проревел Рон, как только они очутились на улице.

Гарри молчал – ему было стыдно за свою несдержанность. Из-за него их выгнали из «Трех метел», даже не позволив доесть. Да и злость на Малфоя, который только что «проехался» по его друзьям, захлестывала.

- Держи, Гарри, - протянула ему палочку Луна.

Гарри и забыл совсем, что она у рейвенкловки.

- Спасибо, Луна, - ответил он слегка смущенно.

- Извини, что забрала ее, - сказала она чуть потусторонним голосом.

- Да нет, ничего.

- Я считаю, ты правильно сделала. Не то они бы поубивали друг друга, - вклинилась Гермиона.

- Ага, а сама же хотела Драко проклясть, - заметил, улыбаясь, Рон.

- Ты же знаешь, что я бы этого не сделала, - смутилась гриффиндорка.

- А кто ж тогда на третьем курсе еще так смачно заехал ему в челюсть? – подколол ее Рон.

Гарри пронзило какое-то странное чувство. Гермиона нахмурилась, но ничего не сказала.

Вчетвером они направлялись к Хогвартсу. Говорили о том, какой монстр этот Малфой. И о мозгошмыгах – благодаря Луне.

- Вообще, их много возле вас троих, - заявила она, оглядывая друзей сквозь очень странные блестящие очки. – Особенно здесь, - Луна указала на рыжую голову Рона.

- Не тычь в меня палочкой, пожалуйста! – попросил он, нахмурившись.

* * *


После случая в «Трех Метлах» Малфой, кажется, старался не попадаться на глаза. И сегодня у Гарри было хорошее настроение, ведь наконец-то он смог выспаться! Встав в десять утра, он, сладко потянувшись, отправился в душ, где смог окончательно прийти в себя после сна. Затем вышел в гостиную. Там уже были его друзья: Рон - за партией волшебных шахмат, Гермиона - с очередной толстенной книгой в руках…

- О, привет, Гарри, - сказала Гермиона, заметив его первой, не отрываясь от книжки.

- Привет, – ответил Поттер. – Привет, Рон, - поприветствовал друга. Тот, почему-то, до этого сидел с каким-то мутным взглядом, а когда назвали его имя, встрепенулся, будто о чем-то задумался настолько, что не увидел Гарри.

- Ммм… Привет, - сказал он, наконец, посмотрев на друга.

Гарри на секунду удивленно поднял брови, а потом решил не вникать и присел рядом с друзьями.

Гермиона немного отодвинулась – совсем чуть-чуть, но Гарри это заметил. Вспомнил тот глупый вечер, и на него опять накатила жуткая неловкость. Вроде же и головой не ударялся, а так психанул…

- Слушай, Гарри, - начал Рон неуверенно, будто решая, продолжать, или нет. – Мне тут письмо надо отправить. Ты не против пройтись?

- Да нет, не против, - ответил Гарри, даже не задумываясь. – Пошли.

Ребята вышли из гостиной и направились к совятне. Рон все время молчал и вообще выглядел каким-то напряженным. В коридорах было пусто – все ученики либо спали, либо сидели в гостиных – это же воскресенье. Звуки шагов двух гриффиндорцев отбивались от древних стен замка, создавая странное ощущение.

Мальчики не без труда взобрались по лестнице на самый верх башни, где находилась школьная совятня. Несколько сов недовольно заухали, поглядывая большими глазищами на нарушителей их совиного покоя. Гарри сразу же нашел взглядом Хедвиг – она спала на одной из жердочек у самого потолка, закрыв голову крылом.

- Э-э… Гарри, - проговорил тихо Рон, когда за ними закрылась дверь. – Мне нужно серьезно с тобой поговорить, - казалось, еле выдавил он.

Гарри насторожился:

- Да, Рон?

- Э-м… Знаешь, я заметил, что… ну, типа, ну, ты понял. Короче…

- Выкладывай, Рон, - попросил Гарри, готовясь к самому страшному.

Друг покраснел, и уставился в стену:

- Короче, я давно хотел с тобой поговорить об этом. Э-э… Вы с Гермионой, - Гарри стало не по себе, - я заметил, что между вами что-то твориться последнее время… Я…

- Рон, что?.. – спросил хрипло Гарри. – К чему ты это?

- Я, Гарри, к тому, что… - Рон запнулся, не отрывая взгляда от грязной стены. Его веснушчатое лицо покраснело еще сильней. - Если ты ее любишь, я пас, - это он проговорил скороговоркой.

Гарри опешил.

- Стой, Рон… Да ты же не так все понял. Да между нами…

- Нет, - перебил его тот, наконец посмотрев другу в глаза. – Это ты не так понял, Гарри! Ты ей нравишься, и для того, чтобы это заметить, не обязательно смотреть в колдобинокль… Черт, я не могу позволить, чтобы из-за меня вы не могли быть вместе.

- Рон, послушай, – перебил его Гарри, – а может, это Гермионе выбирать, с кем ей быть?!

- Один раз я тебя уже чуть не убил. Другого такого раза не будет. Просто, как говорят, «один в поле воин»… - Рон горько усмехнулся при этих словах.

Гарри пронзил друга умоляющим взглядом:

- Ну как ты не понимаешь?...

- Вот я-то прекрасно все понимаю, Гарри! Ты боишься выражать свои чувства, когда я рядом. Это неправильно, - он прикусил нижнюю губу. – Просто послушай меня. Если ты действительно ее любишь, если… мы действительно друзья – не мучай ни себя, ни ее.

- Но Рон… - протянул тихо Гарри. Как же прекратить это сумасшествие? – Я так не могу.

Друг лишь вздохнул.

- Ты должен, если у тебя это по-настоящему. – Ответил он, посмотрев Гарри прямо в глаза. – Кстати, я же письмо должен отправить… - и Рон принялся искать свою сову.


* * *


А с утра в понедельник всех учеников Школы Чародейства И Волшебства Хогвартс собрали в Большом Зале. Неприятным сюрпризом для большинства из них оказался Люциус Малфой, новоиспеченный Министр Магии собственной персоной.

Он стоял на возвышении, где обычно находился учительский стол, который сейчас куда-то убрали. Учителя присутствовали в полном составе. Не хватало только одного человека – Альбуса Дамблдора. И присутствовал еще один новый. Этот человек стоял возле Малфоя-старшего и о чем-то с ним говорил, оглядывая холодным взглядом учеников. Собственно, выглядел он так: высокий, широкоплечий, с правильными чертами лица. Бледный, на голове короткая стрижка, но выглядела она очень аккуратно. В очках, почти, как у Магконагалл. Брови темные, как и волосы на голове - почти сомкнулись на переносице. Очень тонкие губы. Незнакомец был среднего возраста, хотя точно нельзя было сказать, сколько ему лет. Можно ограничиться словом «молодой». Темная мантия без единой складочки либо пылинки. Позволительно сказать - красавец, да больно уж сердит.

Дети застыли в ожидании. Люциус Малфой, наконец, вышел вперед. Зал утопился в почти идеальной тишине.

- Итак, дорогие мои ученики, - начал министр с высокомерно-снисходительной улыбкой. – Как вы все осведомлены, мистер Альбус Даблдор в данный момент… не в состоянии выполнять обязанности директора этой школы, - он выдержал необходимую паузу. – Поэтому, я, как новый Министр Магии, вынужден временно назначить на эту должность вот этого человека.

Малфой довольно изящно указал на незнакомца.

- Знакомьтесь: мистер Скелус Декус, - произнес с легкой усмешкой министр.

По залу прокатилась волна шепоток. Гарри, Рон и Гермиона шокировано переглянулись.

Этот Декус вышел вперед.

- Здравствуйте, - проговорил он низким холодным голосом. – Отныне я – ваш новый директор, как уже сообщил мистер Малфой. Конечно же, я буду более ответственно относиться к своим обязанностям, нежели мистер Дамблдор, - Большой Зал в своем большинстве неодобрительно загудел. Скелус Декус поднял руку, и снова воцарилась относительная тишина. – Должен сразу предупредить всех учеников, а впрочем, и учителей, что нарушения правил я не потерплю ни в каком проявлении. Непослушание будет строго караться. Избегания наказаний могут сулить вылетом из сего учебного заведения. Спасибо за внимание. Можете приступать к завтраку, - закончил новый директор с легким поклоном. При этих его словах снова появились столы. Уже с едой.

Министр Магии откланялся, сказал что-то своему ставленнику напоследок и ушел.

Завтрак был отравлен такой неприятной прелюдией. Еда утратила свою аппетитность. Почти никто не ел – все обговаривали случившееся. Даже слизеринцы, и те игнорировали трапезу, упиваясь какими-то бурными обсуждениями. Гарри просто кусок в горло не лез. Как и его друзьям.

- Я же говорила, что что-то должно случиться, - сказала бледная Гермиона, забыв о своей книге. – Если Малфой у власти – нельзя ждать ничего хорошего.

- Этот псих, кажется, похуже Амбриджки будет… - пробормотал Рон, поглядывая прищурено на Скелуса Декуса, так бесцеремонно усевшегося на «трон» пребывающего в Мунго директора. – Поскорее бы Дамблдора вылечили…

Гарри только промолчал. Ведь ничего хорошего он все равно не мог сейчас сказать, а выливать на друзей потоки своих переживаний и упавшего вдруг настроения было вовсе ни к чему.


* * *


POV Гермионы


Оторвавшись от проверки домашнего задания, я посмотрела в окно. Вот уже два дня идет снег. Земля, соответственно, покрылась тонким пушистым слоем. Снежинки красиво кружатся в своем мистическом танце. Как же это чудесно! Поджав под себя ноги, я удобнее устроилась на подоконнике. Хотелось просто сидеть и смотреть вот так, со свитком пергамента в руках, на то, как падает и падает снег…

- Привет, Гермиона, - услышала я знакомый голос за спиной. Гарри. Как же странно все это в последнее время…

- Привет, - произнесла я задумчиво, посмотрев ему в глаза. Очки Гарри идут, как ни странно. – Почему ты так рано поднялся? Ведь сейчас же всего лишь…

- Пять часов, - перебил меня Гарри. – Да, я знаю.

Он будто бы… волновался?

- Гарри, что случилось? – я, в свою очередь, взволновано посмотрела на него.

- Эмм… Гермиона, извини меня… за тот вечер. Я… не знаю, что на меня нашло. Это было глупо. Извини, - щеки Гарри пылали, он смотрел в пол. Я почувствовала, что тоже наливаюсь краской.

- Да нет, Гарри, - пробормотала я почти нечленораздельно, заплетающимся языком. – Я н-не злюсь на тебя. Это я виновата…

Я вся горю! Воздуха в только что холодной, а теперь раскаленной гостиной критически не хватает! Ну почему, почему все так глупо?!

- Нет, Гермиона. Это все я… Извини, пожалуйста. Этого больше не повторится.

«Не повторится?» - произнесла я про себя, будто пробуя словосочетание на вкус. Почему-то эта фраза не принесла мне облегчения. Может, наоборот?..

- Ах, ну да, - произнесла я, смотря в никуда и рассеянно улыбнувшись. Ну почему, почему, почему?.. – Знаешь, мне тут надо тете написать, - пробормотала я быстро, и вскочила на ноги.

Прежде чем Гарри успел что-нибудь сказать, я схватила свои вещи и пошла по лестнице к спальням девочек.

Захлопнула за собой дверь и прислонилась к ней спиной. Попыталась выровнять дыхание. Трудно. Кровь стучала в висках, словно пресс на фабрике. Я убрала с лица свои каштановые, вечно растрепанные волосы. Немного успокоившись, побрела по коридору к дверям спальни. Девочки еще спали, конечно. Я тихонько прокралась к своему столику. Включила заклинанием электрическую лампу, которую привезла из дома, так как никакой «Люмос» с ней не сравняется, на самом деле. Ведь для «Люмоса» постоянно нужно держать палочку в руке. Так же можно использовать свечи, но они менее практичны, нежели обычная магловская лампа. Тихо, насколько это было возможно, вытянула из вечно скрипящего выдвижного ящика в столе пергамент, макнула перо в чернила и принялась сочинять письмо тетушке.

Ох, эта тетя Розамунда. Это нечто. Вечно вся такая активная, вся в розовом, с гигантскими бусами на шее. Авантюристка тетя Розамунда. У нее постоянно какие-то невероятные приключения. И все они случаются с тетушкой в ее маленьком городишке, в самой забытой провинции, которую можно найти в Англии в наши дни. Зачастую – прямо у нее дома, либо в маленьком садике, заросшем большущими красными розами. Вот и сейчас тетя написала, что у нее в том самом саду, под старой, как мир, яблоней, дядя Джозеф, ее муж, когда копал яму для какого-то там стока, нашел снаряд еще со Второй Мировой. Благо, они додумались вызвать саперов, и все хорошо закончилось. Но, как сообщает тетушка Розамунда, теперь по всему городишке поползли страшные слухи о найденном дядей Джозефом кладе, или скелете, или же таинственном ключе. И с разным – соответственно вкусу сплетника – продолжением этой ужасной истории.

Вообще, тетя мне пишет каждый месяц. Хотя трудно представить человека, хоть немного знакомого тетушке Розамунде, которому бы она не писала хотя бы открытку на Рождество. Такой она у нас экстраверт. В каждом письме она рассказывает новую волнующую историю своей страшно интересной жизни. И в каждом-каждом письме она спрашивает у меня: «А как там твои ухажеры, Гермиона? Умирают от любви? Какой уровень смертности влюбленных в мою милую Грейнджер? Сколько воздыхателей вздыхают о маленькой колдунье?»

Фу, как глупо. Я, конечно, отшучиваюсь, но… Дело в том, что их нет. Хм… Не было до недавнего времени. Когда я поступала в Хогвартс, я помню, мне нравилось много мальчиков…

В начальной школе я не была популярной – считалась жуткой заучкой-ябедой. Но мне нравилась добрая половина существ противоположного пола в моем классе, потому что так надо было. Потому что всем девочкам кто-то нравился, надо было тоже найти кого-то и вздыхать ему вслед. Наверно, это потому, что я действительно была зубрилкой, но в начальной школе у меня совсем не было друзей. Я дружила только с мамой, куклой Кэтти и с книгами. А когда встретила в "Хогвартс-Экспрессе" Рона и Гарри…

Признаюсь, Гарри мне сразу понравился. Но мне тогда нравилось почти все, что двигалось, я сама не воспринимала это серьезно. А потом Рон начал себя вести ко мне недружелюбно – это же такой позор был в младших классах – дружить с девчонкой! И я решила, что во что бы то ни стало подружусь с ними. И подружилась. Но чем больше я взрослела и чем больше читала, тем тупее и примитивней мне казались все мальчишки, которых я знала, кроме Гарри и Рона. А как они ругаются!

Впрочем, вот. Последние четыре года я считала, что мы с Гарри и Роном – просто друзья. А начало этого учебного года перевернуло все вверх дном. Я даже, действительно, не знаю, чего я больше хочу – чтобы между нами тремя все осталось, так как есть, или чтобы все изменялось, как сейчас. Гарри… Рон… Эти два человека, которые до недавнего времени еще были моими друзьями, обычными моими однокурсниками, которые постоянно втягивали не только меня, но и самих себя в неприятности… Теперь все стало намного сложнее.

За своими мыслями я не заметила, как просто-напросто смотрю на чернильное пятно на пергаменте. Опомнившись, я очистила пергамент заклинанием. Так, на чем я остановилась? Ах, да. «Дорогая тетя Розамунд!..»

* * *


Продолжение POV Гермионы


На завтрак я немного опоздала – все-таки задремала на полчасика прямо над книгой по гербологии. Завершив обычный свой ранний туалет – сходила в душ, высушила волосы, попыталась расчесать, почистила зубы, и баста, - я спустилась в Большой Зал. Там уже сидел довольно бодрый, но, как всегда, озадаченный чем-то Гарри. Напротив него засыпал над тарелкой помятый Рон. С отпечатком подушки через всю веснушчатую щеку.

- Доброе утро, - улыбнулась я им, присаживаясь рядом с Роном.

Рон только кивнул, и положил голову на руки, пытаясь заснуть.

- Доброе, - чуть улыбнулся Гарри в ответ.

- У меня два вопроса, - заявила я, глядя внимательно то на друзей, то на свой любимый салат, который накладывала в тарелку. – Первый: почему это ты, Рон, такой сонный и ничего не ешь, как такое возможно?

- Эй, это уже три вопроса, - пробормотал Рон, не поднимая головы. – Я просто не выспался… - он зевнул, - жутко.

- Ясно, - ответила я, задумываясь, что же Рон делал, что не выспался. Надо бы разузнать всю правду, если это что-то серьезное. – Второй вопрос: Гарри, когда ты собираешься узнавать что-то о своем генеалогическом дереве?

Кажется, я застала его врасплох.

- Эм-м, - он нахмурился. - Да, я это сделаю.

- Сегодня? – спросила я настойчиво.

- Гермиона, а как он вообще должен это сделать? Дамблдор же того, в Мунго, - удивился Рон.

- Есть один способ, - ответила я почти безжалостно.

Гарри нахмурился еще больше. Иногда мне кажется, что я его жутко злю, но он сдерживается.

- Ага… Ну, ладно, - пробормотал Рон, наконец принимаясь за еду.

- Так ты сделаешь это сегодня? – повторила я с нажимом, сверля Гарри взглядом.

Он на секунду метнул взгляд на учительский стол.

- Хорошо, - буркнул Гарри недовольно, прикрыв глаза.

- Я надеюсь на твое благоразумие, Гарри, - сказала я как можно мягче.

- Ой, смотрите, этот Декус притащился, - заметил тихо Рон, устремив свой взгляд на учительский стол.

Действительно, «исполняющий обязанности директора» вошел быстрым шагом в Большой Зал. И уселся в кресло Дамблдора. Большинство учителей нахмурились, будто осознавая, что эта «замена» не приснилась им и в страшном сне, а имеет место в реальном мире. Скелус Декус (ну как можно так человека назвать?!) наклонился к профессору Снейпу, который сидел справа возле него, и что-то ему говорил. Профессор Снейп был, как всегда, сама непроницаемость.

Я заметила, с каким видом смотрел на них Гарри. Губы сжал, глаза прищурил, бледный, как всегда.

- Гарри, все в порядке? – спросила я осторожно.

- Да, - ответил он немного резко, поворачиваясь к нам с Роном, потому что профессор Снейп и директор, кажется, уже заметили пристальное внимание ученика. Гарри был немного смущен. Он уставил свой взор в тарелку и принялся колупать вилкой еду.

Я на секунду метнула взгляд на учительский стол – Декус и Снейп действительно смотрели на бедного Гарри, разговаривая между собой. Интересно, о чем они могут говорить?

Но, все же, прекрасно понимая, что я никогда не узнаю об этом, я посмотрела на свой салат. К нему я так и не притронулась, в то время, как все остальные уже накладывали себе вторую порцию еды. Расправившись с ним и закусив еще одной куриной ножкой, я, почувствовав достаточную сытость, продолжила читать ту самую гербологию. И почему все так ее ненавидят?

Когда Гарри доел свою вторую, а Рон третью порцию тыквенного пирога, они встали из-за стола, а с ними и я с гербологией в руках. Я просто не смогла оторваться от этой увлекательной статьи про Фасоль Тентакула! Странно, что раньше я ее не замечала.

Что же, пора на занятия. Сейчас – зельеварение. Если на первом этаже было прохладно, то по мере спускания в подземелья температура, кажется, с каждой пройденой ступенькой снижалась на один градус. Я посильнее укуталась в свою школьную мантию, натянула рукава свитера аж на кончики пальцев. Когда мы вместе с другими гриффиндорцами дошли до кабинета Снейпа, всех девочек, включая меня, пропустили первыми. Ага, чтобы мы первыми приняли на себя удар.

Профессор Снейп пристально смотрел на входящих учеников. Слизеринцы уже сидели на своих местах. Они дружно поприветствовали нас недовольными гримасами. Кто-то даже подставил подножку Невиллу, который едва успел удержаться, чтобы не упасть, ухватившись за край ближней парты. Конечно же, с нее сразу с оглушительным звуком упал громадный котел, и укатился в другой конец класса. Невилл побледнел от испуга. Профессор Снейп даже не обернулся к гриффиндорцу, пробормотав четко: «Десять баллов с Гриффиндора». Невилл виновато посмотрел на однокурсников, и принялся левитировать котел на место.

Я села возле Гарри. Рон удивленно посмотрел на меня, а я бросила ему взгляд под названием «Так Нужно», и он смиренно присоединился к Невиллу.

Гарри немного напрягся, когда увидел такую перемену напарников. Я лишь улыбнулась ему и принялась изучать рецепт нового зелья на доске. И когда я удостоверилась, что Снейп отошел достаточно далеко – то есть на другой конец класса, шепнула Гарри:

- Ты должен поговорить со Снейпом.

Гарри встрепенулся, и нахмурился.

- Да, я знаю, Гермиона, - буркнул он, кромсая на бесконечно малые кусочки корень асфоделя.

- Я знаю, что для тебя это трудно, но ты ведь понимаешь, что это обязательно надо сделать? – прошептала я неугомонно, отмеривая нужную дозу измельченных когтей грифона.

- Да, я понимаю, - сказал много громче нужного разгневанный Гарри, бросая в котел в три раза больше необходимого количества уже стертого в порошок корня асфоделя.

- Вы что-то сказали, мистер Поттер? - тут же отреагировал профессор Снейп, отрываясь от своих дел.

- Нет, ничего. Сэр, - пробормотал тихо Гарри. Мне стало его очень жалко. Это я виновата – я его спровоцировала. Будь сейчас урок какого-либо другого учителя, преподаватель бы даже не обратил внимания на обыкновенную реплику студента. Но на занятиях Снейпа… даже дышать громко гриффиндорцам не позволялось. А уж Гарри – этому ничего с рук не сходило.

- Поттер, ваше зелье, - заметил холодно профессор, приблизившись. – Оно бесповоротно испорчено. Эванеско.

Гарри изумленно уставился на свой уже абсолютно пустой котел. Гриффиндорец побледнел. Сжал кулаки.

- Не стойте без дела, мистер Поттер. У вас осталось достаточно времени, чтобы испортить еще одно зелье, - проговорил безапелляционно Снейп, все так же нависая над нашей партой.

- Сэр, можно мне выйти? – спросил вдруг Гарри странным тоном.

- В смысле? – удивленно поднял брови недовольный зельевар.

- В смысле, в туалет, - отрезал достаточно грубо Гарри.

- Что ж, идите, - пренебрежительно усмехнулся профессор.

Гарри схватил сумку и сгреб в нее свои вещи.

- Позвольте поинтересоваться, Поттер, зачем вам в… туалет все ваши вещи? – вопросил Снейп, внимательно наблюдая за учеником. Впрочем, сейчас уже весь класс наблюдал с открытыми ртами за происходящим.

- В качестве предметов личной гигиены, - бросил дерзко Гарри и вылетел из кабинета.

Снейп еще секунду сверлил взглядом дверь, а потом сказал:

- Продолжайте работать. Когда закончите – нальете зелье в пробирки - на третьей полке слева. Я должен отлучиться с целью усмирения вашего знаменитого однокурсника.

Промолвив это, профессор Снейп вышел быстрым шагом из класса.

- Все, ребята, - сказал громко Малфой, как только за преподавателем закрылась дверь. – Потти крышка.
Добавил: Vassy |
Просмотров: 1875
Форма входа
Логин:
Пароль:
 
Статистика