Главная

"Альтернатива 6*23. Трудный выбор" Глава 5. Продолжение

13.11.2017, 09:58
Стоит ли говорить, что Крис испытал настоящий ужас, придя в себя на полу мрачной сырой пещеры? Наверное, нет. Морщась от темноты, пытаясь разглядеть в этой скупой серости хоть что-то, хранитель услышал за своей спиной противный мужской голос, захотелось перенестись отсюда подальше, куда-нибудь в другое место, где его не смогут отыскать слуги Лорда — демоны. Крис сосредоточился на своих силах, попытался телепортироваться, но голубые спасительные искорки упорно не желали обвивать его тело, растворять в своей блаженной синеве. Он никак не мог понять, что случилось с его силами: неужели Вайетт снова блокировал их, и запер его в своих владениях, называемых «камерой смертников». Брат частенько пользовался этим приемом, чтобы нейтрализовать брата, сломить его психику, и почти всегда это удавалось. Потому что действовал Вайетт всегда так искренне, со всей присущей ему жестокостью, без единой капли сострадания и сожаления. Паника окутала разум Кристофера, реальность смешалась с фантазией, с воображением, рисуемым демоном страха, стоящим точно за его спиной, и упивающимся поистине прекрасным и сочным чувством — чувством страха.
Бессмысленное бормотание, словно на грани своего безумия, испуганные широко распахнутые глаза с расширенными зрачками, дрожащие руки говорили о том, что парень вовсе позабыл, зачем он здесь находится и что от него ждут. Гидеон лишь довольно потирал руки, наблюдая за всей этой картиной со стороны, держа на руках малыша Вайетта, который, не сопротивляясь, позволил взять себя на руки. Еще совсем немного, и парень согласится на что угодно, всего-то стоит подождать пару минут, пока Барбас занесет свои шершавые старческие ладони над телом полуангела и вновь унесет его в долину беспросветной боли.
Крис даже не понял, что произошло: его снова окутала серая дурманящая дымка, запирая его разум в «клетку», чтобы в очередной раз истязать его хрупкое сознание, пытать воображение немыслимыми образами, играть на тонких струнах души. Тяжелая пелена спала, а ноги коснулись пола — парень чуть пошатнулся — и мир вокруг обрел свою ясность и реальность.
Крис огляделся вокруг себя, заметил на стене висящее зеркало с изящной резьбой, и увидел свое отражение: испуганные широко распахнутые глаза, опухшие от слез; затравленный взгляд; растрепанные волосы с короткой стрижкой, которая ему совершенно не шла; чуть вздернутый носик и опущенный вниз подбородок. В отражении на него смотрел подросток, в глазах которого отражалась лишь пустота и боль.

— Мама! Отец! — громко окликнул он их, но в ответ услышал лишь звенящую пустоту, отразившуюся от полупустых комнат особняка.

В доме никого не было, причем уже довольно давно: пыль покрыла зеркальные поверхности мебели, а паутина в углах между стенами была лишь подтверждением того, что в доме никто не живет. Только почему и из-за чего, он никак понять не мог. Словно до этого момента вся его, не такая уж и долгая, жизнь была лишь гипнотическим трансом: все казалось таким размытым, бледным, неправдоподобным, бредовым…

— Где вы? — испуганно прошептал мальчишка, все еще осматривая помещение. Он попятился назад, понимая, что все в этом доме ему чужое.

Слезы снова навернулись на глаза, но, поджав губы, он старался их сдержать, слыша, как за спиной раздался щелчок, а затем кто-то открыл дверь ключом. Послышались чьи-то голоса, чужие голоса, ему совершенно не знакомые. Он не мог понять, что все это значит, кто эти люди, но они вольготно разбрелись по особняку, обходя стороной и подозрительно косясь на Кристофера. Они активно обсуждали предметы мебели, которые могли бы удачно вписаться в комнаты особняка, говорили о цифрах, квадратных метрах, и прочей дребедени, которая вовсе не интересовала мальчишку. Сердце бешено неслось в пятки, он понимал лишь одно — его родной дом продают.

— Что опять ты здесь делаешь?! — навис над ним мужчина, схватив его за шиворот футболки. — Мне, что, позвонить твоему отцу?

И это разве угроза? Да он будет безумно рад увидеть сейчас Лео, обнять его и расспросить о том, что все это значит, но в ответ Крис лишь помотал головой, отказываясь. Что-то внутри говорило о том, что делать все же этого не стоит.

— Мне кажется, я в прошлый раз тебе уже говорил о том, что появляться в этом доме, когда тебе вздумается, категорически запрещено! — возмущенно твердил этот тип, совершенно не желая слушать никаких оправданий мальчика.

От этого сурового тона хотелось провалиться сквозь землю, Крис попытался вырваться из хватки, но не тут-то было, вместо свободы он получил подзатыльник.

— Все, я звоню Деррилу! — мужчина в толстовке достал из кармана мобильный и стал набирать номер телефона полицейского. Через пару гудков на той стороне трубки ответили. — Твой обормот опять сбежал, и незаконно проник в тот дом, — сообщил незнакомец, продолжая держать парня за руку, чтобы тот не убежал.

Крис тяжело сглотнул, почему-то сразу осознав, что его ожидает. В трубке что-то долго говорили, а после мужчина в форме отключил мобильный и бросил его обратно в карман.

— Он тебя ждет.

Коротко и ясно, но стало так противно на душе от этих слов. Вырвавшись из рук копа, Крис рванул в сторону лестницы, направляясь прямиком на чердак. Он дернул ручку на себя, но дверь не открылась, еще одна попытка, но тщетно — кто-то заколотил ее: парень не сразу увидел грубые доски и торчащие из них шапки гвоздей. Крис заглянул в замочную скважину, которая была раскурочена, но чердак оказался совершенно пуст, даже старый хлам был выброшен на помойку.
Мальчишка рванул вниз, пролетев мимо удивленных людей и самого шерифа, и буквально за несколько секунд оказался на улице. Обжигающие лучи полуденного солнца приятно согревали тело, а лёгкий ветерок щекотал лицо. Сбежав по ступенькам вниз, Крис присел на последнюю ступеньку, чтобы восстановить дыхание и хоть как-то прийти в себя. Это уже не его дом… В этом опустевшем здании нет его родных, нет никого, к кому можно было бы обратиться за помощью.
Посидев так еще пару минут, Кристофер встал и направился вверх по улице, ноги сами несли его туда, где, возможно, его ждало наказание за проступок. Он и не заметил, как прошел два квартала, погруженный в свои мысли. Остановился лишь тогда, когда перед его глазами возник ухоженный небольшой домик с аккуратным стриженным газоном и веселыми гномами на нем. В дом идти совершенно не хотелось, но другого выхода просто не было.

— Где ты был?! — с порога налетел на него темнокожий мужчина, глядя на парня с упреком и злостью. — Опять в том доме? Я же запретил тебе! — слова больно резали сознание. — Теперь это не твой дом, как ты не понимаешь?! Всё, — Деррил сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться, — с этого дня ты под домашним арестом, — он толкнул парня вперед и вышел за дверь, на ходу нервно закуривая сигарету.

Крис залез с ногами на диван и уткнулся головой в подушку. Обида и какая-то необъяснимая грусть и боль разъедали душу и сердце.

— Крис, что произошло? — он и не заметил, как рядом появилась не молодая, но довольно милая женщина, которая с сочувствием глядела на съежившегося паренька. — Это Деррил? Я поговорю с ним, — Шейла обошла диван и присела возле Криса, чуть приобняв его за плечи.

— Нет, — от этих объятий стало как-то не по себе, но отстраняться парень не стал. — Я был там… в том особняке, — Крис посмотрел в глаза женщине и увидел, что в них плескалась та же пустота, что и в глазах его самого.

— Крис, мы же договаривались, что ты не будешь ходить туда. Этот дом продали много лет назад твои тетушки, чтобы избавиться от боли потерь, а ты продолжаешь травить свою душу. Прекрати, этим ты не сможешь вернуть своего брата, не изменишь всего того, что уже произошло, — Шейла тяжело вздохнула и вытерла проступившую слезу.

Крис в ответ лишь промолчал.

— Я собираюсь идти к Пайпер, хочешь пойти со мной? — женщина заботливо положила руки на плечи мальчишки, почувствовав, как мышцы под ее ладонями напряглись.

— Конечно, — кивнул мальчик.

Всю дорогу Крис глядел безучастно в окно, в пустое темнеющее небо, полностью отражающего его душу. Дорога заняла около часа, поэтому Крис успел о многом подумать за это время. Отворив дверь автомобиля, Крис замер перед выложенным из белого камня зданием, украшенного весьма своеобразными скульптурами, окружающий парк был аккуратно выстрижен и прибран, отчего вполне уютный он наводил лишь тоску с примесью тихой горечи. Зайдя в здание, Крис нервно огляделся. Госпиталь. Приют для душевнобольных.
Шейла подошла к стойке с секретарем.

— Мы к Пайпер Холливелл, — сообщила миссис Морис.

Девушка в белой униформе протянула женщине пропуски.

— Палата номер шестьдесят четыре, — улыбнулась девушка и снова погрузилась в документы.

Длинный, кажущимся бесконечным, серый коридор, по обе стороны расположены палаты с большими окнами, в которых можно было увидеть больных людей, которые то суетливо бегали по комнате, тарабанили по мягким стенам палаты, то, свернувшись калачиком, лежали прямо на полу. От этого было страшно, жутко и неприятно. А еще очень пугала неизвестность. Крис очень боялся увидеть свою мать в таком состоянии, но, к счастью или сожалению, осмотрев состояние своей пациентки, врачи пришли к выводу, что ее не стоит запирать вот в таких вот камерах.
Шейла повернула ручку на двери, сердце пропустило один удар, Крис зажмурился. Ему всегда тяжело было видеть свою мать в таком состоянии — она сидела как всегда у окна, глядя в одну точку, лицо не выражало никогда ни единой эмоции, оно словно окаменело, ни единого слова, ни единого лишнего движения. И так уже десять лет…

— Мама… — Крис опустился на колени перед матерью, взял ее тонкую ладошку в свои руки и нежно поцеловал. Заглянул в ее пустые глаза, на чуть сжатые побелевшие губы, преподнес к ее рту стакан с водой, заставил сделать небольшой глоток. — Мама… — продолжая держать ее за руку, он покосился в сторону Шейлы, которая тут же поняв намек, положила фрукты на тумбочку и тихо вышла из палаты, оставив Криса и Пайпер наедине.

Крис погладил мать по коротким волосам — сейчас вместо длинных прядей роскошных каштановых волос у нее было весьма симпатичное каре — и слабо улыбнулся, когда почувствовал, как рука матери тихо сжала его ладонь.

— Спасибо… — на щеку упала соленая слеза. — Держись, мам… И я буду держаться, хотя мне так тяжело без вас. Такая пустота внутри, что порою хочется выть волком. Я знаю, ты, наверное, хочешь знать, как я себя веду в семье Морисов? Шейла вполне милая и заботливая женщина, которая относится ко мне, как к своему сыну, но знай, она никогда не заменит мне тебя, мама. А Деррил… Он бывает и строг, и заботлив, но это все мне не нужно. Мне не хватает вас: тебя и отца, которого я даже не помню. И я до сих пор не понимаю, почему тетушки ничего не сделали, чтобы помочь вам. Да, у них своя жизнь, свои проблемы… Вы больше не Зачарованные, не три сильные ведьмы, даже демоны, о которых ты мне рассказывала, когда была еще здорова, когда мне было четыре года. Почему же тогда все так изменилось?! — сердце разрывалось от боли, слезы душили, а по телу пробегала легкая дрожь.

Он знал почти все, что произошло после смерти его старшего брата в прошлом. Почти четыре года Пайпер искала способ найти выход и вернуть своего сына, но Старейшины строго настрого запретили ведьме пытаться вернуть время вспять и изменить события того рокового дня, но она не желала сдаваться и тогда они просто лишили ее сил. Лео «завербовали» сразу же, и стерли ему память о его прошлой жизни, так что Крис даже и не помнил его, а тот никогда больше не появлялся в их семье. Пейдж перебралась в школу магии, заменив одного из директоров, а Фиби, залетев от очередного ухажёра, родила ребенка и мира магии тоже больше не касалась. Деррил попросил Пейдж блокировать силы Криса и взял его к себе в семью, став его опекуном.
Дверь в палату распахнулась, появилась медсестра, которая выставив родственников за дверь, сделала Пайпер укол и дала какие-то таблетки.

— Ей нужен покой, прошу вас, приходите завтра, — она захлопнула дверь и чуть подпихнула Криса в бок.

— Пошли, — кивнула Шейла и двинулась вслед за медсестрой.

Крис, заглянув в окошко палаты, помахал матери ладонью и последовал за женщинами.
Жизнь без магии не всегда может быть счастливой, он это теперь понимал, как никто другой. Магия отобрала у него все, что он имел, все, что он хотел иметь и так жаждал: семью, детство, и простое человеческое счастье…
Они молча сели в машину и двинулись в обратный путь. Говорить о чем-то, а тем более обсуждать, просто не было сил, поэтому Кристофер откинулся на сиденье и закрыл глаза. Резкий и противный скрип тормозов нарушил мерно работающий звук мотора, скрежет разрывающейся на части стали проехался по ушам, заставив резко открыть глаза и увидеть перед собой лишь черную бездну…

***
Ночь, чернота и страх поглотили сознание мага, Крис распахнул свои изумрудные глаза и, не видя, уставился на Барбаса, простирающего над ним свои ладони.

— Превосходно! — пропел Гидеон, подходя ближе к Крису, заглядывая прямо в глаза. — Он готов. Пришло время выбирать, Крис, — он опустил Вайетта перед лицом хранителя, вложил в ладонь хранителя атами и отошел в сторону.
Добавил: Светлана_SS |
Просмотров: 167
Форма входа
Логин:
Пароль:
 
Статистика
Яндекс.Метрика